Б-11
– Спасибо, не надо, – ответил Игорь, расстегнув молнию куртки, – ты и так хорош собой.
Он коснулся рубахи, намереваясь расстегнуть верхнюю пуговицу… и замер в ужасе, который до того, было, отступил. Под пальцами что-то шевелилось.
Непослушными пальцами Игорь кое-как расстегнул пуговицы – одну, другую, третью… вернее, начал расстегивать третью, но тут что-то пощекотало его пальцы, Игорь дернулся, обрывая пуговицы и распахивая рубаху на груди…
Вся грудь и весь живот Игоря были покрыты короткими и тонкими выростами, похожими на небный язычок, но на конце этих языков виднелись хорошо знакомые воронкообразные пасти – пока еще крохотные, с тонкими ворсинками зубов. От ужаса Игорь истошно закричал, и, первый раз в жизни, хлопнулся в настоящий обморок.
* * *Игоря они не нашли. Он как сквозь землю провалился, и это, кстати, было единственное разумное объяснение. Огромный сугроб запечатал все выходы из-под сейда; прокопать его было конечно, вполне возможно, но на это потребовались бы усилия всей команды, а сейчас…
А сейчас важнее всего было найти Игоря. С отвращением отряд разгребал трупы отвратительных существ, вздрагивавших при прикосновении, словно они вот-вот оживут. Одно из существ даже выплюнуло в сторону Генки иглу, но, к счастью, та прошла мимо. Несколько раз реакцией на прикосновение была открывающаяся пасть; на всякий случай, в нее стреляли, хотя Македонский и посоветовал экономить патроны:
– Кто знает, сколько здесь этих тварей? А боеприпасов у нас не так много.
В какой-то момент стало светлее, так, что участники экспедиции смогли видеть друг друга без фонарей.
– Что это? – спросил Волосатый.
– На базе свет включился, – ответил Макс.
– А он что, гас? – удивилась Таня.
– Да, погас, почему-то, – сказал Макс. – Оборудование старое. Наверно, ребятам удалось перезапустить генератор.
Таня кивнула, и Женя заметила, что она кривится от сдерживаемой боли.
Закончив поиски на поле боя, команда, растянувшись цепью, обошла по периметру кратер, в котором стояла празднично сияющая база и виднелась хорошо различимая дыра в земле. Вернувшись на место, с которого они начали поиск, Макс зло пнул один из трупов, и сказал:
– Проклятье. Провались оно все сквозь землю. У кого какие мысли?
– Откуда-то эти твари пришли, – сказал Генка. – Уверен – они поднялись из штольни. Туда и надо идти.
– Заберем кое-что из оборудования, – сказал Макс, – вернемся на базу, узнаем показания аппаратуры с беспилотника…
– …а Игоря, тем временем, эти твари сожрут без соли и перца, – зло сказала Таня.
– Предлагаешь лезть под землю без подготовки? – спросил ее Макс. – Берем вот эти ящики; в них костюмы РХБЗ и экранирующие комбинезоны – какая-никакая, а защита. Берем оружие, боеприпасы, и идем под землю.
– Кстати, командир, – спросил Волосатый, – а спускаться мы на чем планируем?
– В штольне есть подъемник, – сообщил Макс. – Я его проверил – он стоит внизу, на сигналы реагирует, система подъема в рабочем состоянии. Я хотел зарядить аккумуляторы в кабине, но, наверно, придется рискнуть и спускаться на внешнем питании…
– Подъемник стоит внизу? – переспросила Таня. – То есть, из тех, кто спускался в штольню…
– …наверх никто не поднялся, – зло сказал Македонский.
– И вы нас сюда потащили? – удивилась Женя. – Зная это?
Македонский пожал плечами, и достал жестянку с сигаретами:
– Четверть века прошло. Если что-то там было, то оно за тридцать лет должно было или как-то себя проявить, или подохнуть.
– Да оно нас там ждало тысячелетия! – закричала Таня. – Если верить вашему Верховцеву – а с чего бы ему не верить, если тут такое творится?
– Думаю, нам надо отправить девочек наружу, – тихо сказал Макс. – А потом вернуться за Игорем.
– Во-первых, мы потеряем время, – возразила Женя, – во-вторых – наружу надо еще попасть, а в-третьих, предлагаю вернуться на базу, и обсудить все с остальными.
С последним согласились даже Макс и Македонский, и отряд потащился в сторону лестницы, ведущей к базе. На верхней площадке Тане стало плохо. Застонав, она стала оседать по перилам. Генка и Женя успели ее подхватить, и помогли спуститься.
– Кажется, ты ранена сильнее, чем я думала, – сказала Женя, – как придем на базу, я тебя осмотрю.
– Да уж, осмотришь, – кивнула Таня. – Куда ты денешься…
* * *Несмотря на плохое самочувствие, Макарыч решил выйти наружу. Он только взял в комнате, которую занимал, новую пачку папирос:
– Нечего меня… нечего мне вас своим дымом травить, – сказал он. – И потом… здесь на меня стены давят. Хочется на свежем воздухе посидеть.
– Я Вам стул вынесу, – предложил Мишка.
– Там сбоку от входа кладовая, – заметил Макарыч, – в ней ящики. Я на ящиках посижу.
– А с чем, кстати, ящики? – поинтересовался Мишка. Макарыч пожал плечами:
– Пойдем, посмотрим.
В итоге, на улицу вышли все. Над краем стены, ограждавшей кратер, то и дело мелькали лучи фонарей.
– Наши, – сказал Макарыч, улыбаясь, – интересно, что они там ищут? Игоря с Таней или Пал Петровича, чтоб ему…
Тем временем, Мишка с Феликсом открыли чулан, вытащили из него пару тяжеленных ящиков цвета хаки… Феликс открыл один из этих ящиков, и присвистнул:
– Патроны! Ё-мое, не мы одни сюда воевать приперлись.
– Нам-то с них что? – равнодушно сказал Мишка.
– Как это что? – удивился Феликс, – патроны от трехлинейного калаша, к нашим тоже подойдут… Пойду-ка я на складе этом пороюсь, может, там танк завалялся, или гаубицы.
Ни танка, ни гаубицы Феликс не нашел, но со склада вылез довольный:
– Тут патронов хватит на целую «Бурю в пустыне», – сказал он, вытирая тыльной стороной ладони вспотевший лоб. И есть гранаты для подствольников. Голыми и босыми не будем, если этих тварей здесь несколько.
– Смотри, наши спускаются, – показала Ира Даше, безучастно привалившейся к стене базы. – Макс, Волосатый, Женька… ой, Таня… с ней явно что-то не то!
Действительно – Таню буквально волокли на себе Генка и Волосатый; к тому же, в компании не хватало Игоря… Даша не говорила ни слова, но она, внезапно, поняла – случилось что-то очень плохое. Наверняка тварь, убитая им в подвале, была не единственной…
Ее предчувствие подтвердили вернувшиеся. Началась форменная кутерьма. Таню отнесли в ее бокс, там она осталась с Женей Ирой и Дашей – последние вызвались Жене ассистировать. Втроем они с трудом освободили Таню от куртки, и тут стало ясно, что та держалась на ногах на чистом адреналине – бок девушки был разорван до костей, рубаху от раны пришлось отмачивать, местами и отдирать.
Под пропитанной кровью тканью ничего хорошего, конечно не было – словно гигантская трехпалая когтистая лапа пропахала поясницу Тани, оставив три опухших, рубцеватых борозды.
– Ничего не понимаю, – заметила Женя. – Рана выглядит так, будто ее края чем-то прижгли. Похоже на химический ожог. Здесь явно омертвение ткани, а вот это вот что такое?
Она очень осторожно коснулась кончиком ланцета лоскута, свисавшего вдоль черного рубца; лоскуток дернулся, Таня вскрикнула.
– Первый раз такое вижу, – заметила Таня, – Даш, в портфеле – инъектор и ампулы с тетракаином, в синем пластике, найдешь?
Даша не ответила; открыла саквояжик Жени, довольно старомодный на вид («с таким, наверно, Чехов к пациентам ходил», – невпопад подумала она), и достала оттуда похожий на пистолет инъектор и пачку с синими пластиковыми ампулами:
– Эти?
– Ага, – кивнула Женя, осторожно проходясь лезвием по краям раны, – сможешь зарядить инъектор? Ира, намочи кусочек марли теплой водой. Ассистировать мне будете.
– Лады, – согласилась Ира, направляясь в душ. – Хотя я крови боюсь.
– Кровотечения не будет, – пообещала Женя. – Тут ожог третьей степени, надо убрать обугленные куски… Ничего, Тань, мы тебя на ноги поставим. Так…
Она взяла у Даши заряженный шприц: