Адаптация (СИ)

Я затаил дыхание и сделал еще шаг к спине гоблина. Теперь он на расстоянии удара. По-прежнему держа по копью в руке, я вцепился в них мертвой хваткой. Отведя руки назад, я приготовился к атаке. Я совершил резкий выпад правой ногой, перенеся на нее вес всего своего тела, и одновременно с этим выкинул обе руки вперед, целясь в гоблинские бока. У меня не было даже времени на испуг и сомнения в этом ударе, ведь, наперекор моей неуверенности, оба копья пробили свою цель насквозь.
Левой рукой, освободившейся от копья с каменным наконечником, я перехватил копье в правом боку гоблина, и, оттолкнув его левой ногой, резким движением вытащил копье. От пинка гоблин, застрявший одной ногой в волчьей яме, упал на живот. Не дав ему и шанса не просто перевернуться, а даже обернуться, я начал прикладывать всю имеющуюся в руках силу и, остервенело, наносить удары, пытаясь пригвоздить его к земле. Продолжалось это до тех пор, пока он не перестал двигаться.
Поняв, что опасность мне больше не грозит, я облокотился спиной о ближайшее дерево и медленно сполз на землю. Я сидел с закрытыми глазами и пытался успокоить дрожь в руках. Я лишил жизни что-то разумное. Такое событие необходимо обмозговать и переварить. Нет, как я уже говорил — рыба не в счет. Никогда не считал их животными, наделенными сознанием.
В этот момент я заметил новое сообщение от системы.
[При помощи хитрости, ловушек, подлости и прочих, неприсущих настоящему рыцарю, качеств и уловок, Вы успешно завершили свой первый бой с монстром и совершили первое убийство! Вы получили следующие характеристики: ловкость +1, сила +1, выносливость +1, восприятие +1, скрытность +1].
Ого, новый стат! Ну все, с ним я точно смогу стать лысым наемным убийцей — останется только обриться наголо и набить татуировку в виде штрихкода на затылок.
— Стоп. Стоп, стоп, стоп. А почему речь идет про «первое» убийство? Что там с гоблином, умершим от ловушки? Так, я точно получал уведомление. Мать вашу, там было про обезвреживание, а не смерть! Что же получается — он еще живой? Что за дерьмо!
Я посмотрел на зеленую тварь, что запуталась в силке, благодаря восходящее солнце. Первые лучи, пробивающие лесные кроны, начали освещать мои охотничьи угодья. Чуть брезжил робкий, неуверенный в себе, серенький рассвет и разгонял непроглядную ночную мглу. Теперь я мог видеть дальше и четче.
Изначально мне казалось, что гоблин — эта глупая скотина — попал в силок головой и благополучно задохнулся. Сейчас же можно было отчетливо разглядеть, что это не так. Безмозглое создание, прошедшее по нескольким ловушкам и из-за этого истекающее кровью, зацепилось рукой и запаниковало. Не зря говорят, что у страха глаза велики — при большом желании гоблин мог или выпутаться, или перерезать шнурок ножом, который спокойно лежал рядом. Снаряжение гоблина схоже с его компаньоном, только шлем слетел. Единственное отличие — тонкий ремень на поясе с закрепленными на нем ножнами. И почему они игнорируют нижний элемент одежды? Вид-то премерзкий, я не хочу на такое смотреть!
Ветка дерева грозила треснуть. Кто же мог предположить, что в ловушке окажется что-то настолько более крупное, чем кролик? Да и с чего я вообще решил, что голова этого гоблина пролезет в небольшой силок? Это аляповатое существо не только имеет слишком длинные для его тела руки, но и слишком крупную, для его тела, низко посаженную голову с продолговатыми, заостренными ушами. На шее висит ожерелье из зубов. Само же тело, размерами, походит на тело ребенка, если закрыть глаза на выпирающее пузо и обвисшую кожу.
Если бы я не видел настолько гротескное существо своими глазами, то точно не смог бы сфантазировать. РПГ игры и фэнтезийные романы меня к такому точно не готовили. Эй, а прекрасные создания, вроде утонченных эльфов, попадаться будут? Помогите мне это развидеть!
Я подбодрил себя, насколько мог, подошел к лежащему мертвому телу и вытащил из него копье. Каменный наконечник на нем обломался. Деревянное же копье стало просто бесполезной, затупленной от ударов об землю и гоблина палкой. Его наконечник был расщеплен и заляпан в крови. Хорошо, что я орудовал им, как основным, потерять каменное копье мне было бы крайне грустно.
 
Я двинулся по направлению к висящей твари, стараясь идти как можно тише и не шуметь — вдруг эта тварь придет в себя? Краем глаза я увидел результат своей охоты. В одну из ловушек все-таки попало мелкое животное, похожее на кролика. Когда я оказался от гоблина на расстоянии удара копьем, его наконечником я откинул нож подальше, вспомнив подходящие случаю клише из разных произведений.
Вначале мне пришла в голову мысль, мол, может этим ножом просто перерезать глотку, и дело с концом — зачем заставлять мучиться от боли живое создание? — но от нее я довольно быстро отказался. Для меня психологически сложнее сделать подобное, лучше уж просто проткнуть его копьем.
Я основательно подготовился к атаке и точным, выверенным движением сделал выпад вперед. Видимо, инстинкты гоблина сработали, он открыл глаза и попытался увернуться от летящего в него острия, но было слишком поздно — удар настиг цель. Закашлявшись кровью и издавая противные булькающие звуки, из-за пробитой насквозь шеи, гоблин испустил свой последний вздох. Никакого сообщения об очередном достижении не было, но я был уверен, что это существо больше не двинется с места.
Смотря на залитые кровью одежду, трупы зеленых тварей и полянку, я с удивлением обнаружил на своем лице улыбку. Мда, это защитная реакция организма или поезд, с сидящей в купе кукухой, уже отбыл со станции «здравый смысл»? Это что же, у меня есть все шансы привыкнуть к этому дрянному миру? А что тогда делать, когда я вернусь в свою уютную и спокойную современность?
Стараясь не думать в подобном ключе и не волновать свое душевное состояние, я закурил и попытался сконцентрироваться на ужасающей меня реальности и продумать план действий. Приняв лучшие решения, что пришли в мою голову, я освободил гоблина из ловушки и пошел за тушкой кролика, полный решимости подвесить его за лапу и спустить кровь. Кто бы мог подумать, что отрывки книг и обрывки разговоров со знакомым-охотником мне пригодятся? Да и хорошо, что я прихватил свой каменный нож, он явно чище гоблинских. Правда, в том, кролик ли это, я сомневался. Внешне он был схож с кроликом альбиносом, только значительно крупнее и с выступом, похожим на маленький и тупой рог, между ушами.
В ожидании обескровливания кролика я не сидел сложа руки. Я оттащил трупы гоблинов подальше от лагеря, сняв с них все обмундирование. Я хотел вырвать их клыки и использовать их в качестве шипов для дубинки, но только одна мысль заставила мою челюсть заныть от зубной боли, а желудок начало выворачивать наизнанку. Я поборол приступ тошноты, вернулся к опушке с ловушками и начал осматривать все трофеи. Да, для такой жизни я слишком изнежен.
Гоблины были экипированы железным оружием и разными элементами брони! Для меня это был настоящий джекпот. Я надел на себя пластинчатый шлем и начал разбирать гоблинские наплечники, которые все равно не мог надеть на себя. Из них я получил железные и костяные пластины, а также приличное количество кожаных веревок и железных крючков, которыми эти пластины были закреплены между собой. Подвесив на ремень джинсов ножны и закрепив в них кинжал, который я ранее принимал за нож, я почувствовал некоторую уверенность. Я осмотрел гоблинское копье: размер примерно в полтора метра; металлический наконечник, слегка затупленный, но пригодный к использованию; обтянутое кожей древко для более крепкого хвата. Создавалось впечатление, что это копье гоблинами было не создано, а стырено. Возможно, что с трупа.
Я надел на шею ожерелье из зубов и пошел потрошить пойманную дичь. Борясь с чувствами жалости к животному, тошноты, отвращения и неприятия сего действа, в целом, я смог задушить свою «тонкую, городскую душевную натуру», не проблеваться и завершить поставленную себе задачу. Голодный желудок победил разум!