Созданный монстр (СИ)

Сглотнув, Ашир признался сам себе, что вряд ли нашел бы такое в официальной новостной ленте. Протезирование в нынешние годы вышло явно на виртуозный уровень…
— Странно, что они не повсеместно, — только и смог заявить Ашир, старательно отводя взгляд от вышибалы перед коробкой любовной забегаловки. На его глазах мужик флегматично прикурил от искры, полыхнувшей в стволе психоделического оружия, которое заменяло ему левую руку. Странный агрегат угрожающе вспыхивал в недрах, как реактивный двигатель без оболочки.
Кири заметил его внимание.
— Это все «Амина», — ответил племянник, глядя только в спину впереди идущего как ледокол Хайго. Несмотря на равномерный шум, Ашир его слышал так хорошо, словно тот говорил ему прямо в мозг. — Отец рассказывал, что глава компании, который подменил тебя после ухода, вовремя ввел строжайший контроль за всеми улучшениями и модификациями, основанными на протезировании. Он продавил закон, Сенат с ним согласился. Все протезирование стало строжайше легализовано. Потом поработало информационное давление и мода на «чистое» тело. Стиль, престиж и закон пресекли массовую волну протезирования, возвысив, наоборот, ветвь биотехнологий. Пострадавшим навязывали клонированные и донорские органы взамен на железо и синтетику, предоставляя несравнимые преимущества перед киборгизацией. Богачам пророчили практически бессмертие за счет регулярной накачки биосинтезированных клеток.
Ашир слышал в его словах подвох и не перебивал. На Фарэе все было странным. Он думал, что арконовые коронки в зубах — это блажь, но по увиденному выходило так, что это всего лишь мелочь в сравнении с извращенной фантазией мастеров протезирования.
— Как понимаешь, тэнэ, то, что в системе ставят под строгий контроль и даже запрет, вскоре в полной мере должно было появиться на Фарэе, — констатировал Кири, выдержав короткую паузу на размышление. — Первые мастера, разрабатывающие боевые протезы, появились именно здесь. Здесь же появились первые модификанты. Они вовсю раскрыли свой потенциал в клановой войне, но… даже они стали бессильны против полноценных полиморфов, которых на тот момент на Фарэе появилось уже несколько десятков.
Полиморфы? На Фарэе? Ашир напрягся, но по-прежнему молчал, слушая сжатый пересказ того, что он упустил.
— Ни один модификант, какое бы силовое ядро не стояло в его начинке, не может превзойти даже самого покалеченного и слабого полиморфа. Война технологий быстро сошла на нет. Кланы, которые опирались на модифицированных железом солдат, были полностью уничтожены теми полиморфами, которые успели осесть на Фарэе здесь. В этом сороковом квадрате.
— Но откуда на Фарэе свои полиморфы?! — шепотом воскликнул Ашир в недоумении. Быстро мотнув головой, он убедился, что никто из прохожих не обратил на него внимания.
На что Кири только улыбнулся и показал куда-то в просвет между контейнерами. Туда, где, почти не привлекая внимания, двигалась некая черно-серебристая груда металлолома.
— Их здесь починили.
Слова прозвучали как снизошедшее откровение. Ашир уставился в просвет на хаотичные обводы железа и воочию увидел живую машину. Полиморфа. Почти обыкновенного, боевого. Такого, как он видел на голограммах архива. Стараниями фарэйцев и ремонтников почти половина деталей и конечностей были собраны из какого-то местного хлама и отличались как по фактуре, так и назначению. Угадать модель под такими изменениями было уже невозможно. Но выпрямившийся во весь рост объект, достигший головой до уровня второго этажа, однозначно был полиморфом.
— При появлении необычной сигнатуры среди космического мусора, который остался на месте старого сражения, пираты Фарэи стали подбирать останки таких странных «роботов», — продолжил пояснительную часть Кири. Полиморф меж контейнеров громогласно расхохотался из динамиков, махнул кому-то огромной лапой и двинул по своим делам. — На планете им помогли восстановить тела. Наладили контакт. Собрали голосовые модули. Пираты раньше самих военных узнали, каких солдат те возят в своих ангарах. А уж какой это контингент… Разумеется, никто из полиморфов не пожелал возвращаться в старые ряды регулярной армии. Они осели здесь. А во время грянувшей войны просто отстояли интересы избранных кланов и навели порядок. Считается, что кланы на Фарэе договорились о нейтралитете друг с другом. По факту же… Центральным Рынком давно заправляют они. А Фарэя давно не может существовать без него.
 
Указательный палец парня ткнул в другую сторону над плечом Хайго. К своему нескончаемому изумлению Ашир увидел вторую машину, деловито шедшую мимо. От тяжелых металлических ног привычно расступались и даже не пытались возмущаться вслед. Бесились, если их едва не задевали, но тактичность пиратской братии в отношении боевых машин, не растерявших свои орудия, прямо таки зашкаливала.
— А как же… — вырвалось у Ашира.
— Люди? — осклабился Кири. — Рядовые охотники за сокровищами и торговцы по-прежнему работают на своих больших боссов. Им удобно считать, что машины лишь по прихоти местных делят с ними планету. Что же касается глав больших кланов, то с ними сложнее. Полиголовые иногда выставляют им свои заказы, и люди не смеют отказать, каких бы трудов им это не составило.
Глава «Амины» растянул рот в кривом оскале сомнения. Такой поворот событий радикально не входил в его планы. Полиморфы у власти, пусть даже на одной планете — это страшный сон, который только можно было себе представить. Но Кири вел себя свободно, иронично посмеивался и явно не боялся спонтанного террора под плазменным дулом. Как будто нынешний порядок всех устраивал, и достигнутый баланс сил был той сдерживающей мерой для обеих сторон, которая удовлетворяла простых жителей Фарэи.
Меж тем их компания, наконец, вышла из тесных рядов развлекательно-пищевых контейнеров и окунулась с головой в просторные ряды технического рынка. Аширу, правда, показалось в первый момент, что они по ошибке вышли на свалку старого металлолома. Хаотичные ряды разложенного прямо на земле крупного и среднего барахла соседствовали с распахнутыми контейнерами, внутри которых на стенах и металлических столах лежали мелкие запчасти.
Все это разнообразие напоминало торговую зону только отдаленно. В основном шатающийся по делам народ, словно заходил друг к другу в гости на треп в рабочую среду гаражной автомастерской. Ашир никогда воочию не видел работу ни сборочного цеха, ни ремонтных мастерских, но недавно несколько репортажей с мест неудавшихся восстаний показывали парочку бедных районов Нижней Цинтерры. В них протестующие вооружались самопальным оружием на основе строительного и флайсервисного инструментария и поднимались выше к Средним ярусам, расстреливать пассажирские транспортники «Амины». Ашир тогда был настолько удивлен и возмущен увиденным, что размалеванные неоновой краской дикари и беспризорники, вооруженные усовершенствованными гвоздеметами и силовыми нагнетателями, въелись в его память. У «Амины» из-за них даже начались проблемы с набором народа в ряды полиморфов. Флаеры службы правительственной программы по отлову бездомных пытались в последние годы сбивать с какой-то фанатичной усердностью.
Вот и сейчас рынок Фарэи под вечно бурыми тучами напоминал раскуроченный склад и тысячи мелких мастерских с суетливо торгующимся хамлом. Контейнеры, достроенные до жилых комплексов разных габаритов, здесь стояли в два этажа, и как понял Ашир, в верхних блоках обитатели рынка просто-напросто жили, а в нижних хранили свои богатства. И никаких ценников и бирок. Только частная договоренность. Подойди да спроси. А уж обилие товара было такое, что при желании и наличии бездонного счета из представленных запчастей можно было собрать свой собственный космический корабль с полной начинкой, мебелью и горнодобывающим буром, который будет обслуживать армия ботов с настоящим полиморфом во главе. Ашир готов был поспорить и поставить на кон свой клык, что где-то в недрах рынка, если спросить, могут толкнуть даже нейролитовый кристалл с остатками чьей-то сущности. Потому как на столе в недрах одного контейнера он уже разглядел чей-то выдранный с корнем и проводами глазной светокристалл.