Без(д)умный прыжок в никуда (СИ)

Глава 8
Этот приход пламени Татьяна почувствовала заранее. Горячая лавина пронеслась по кровотоку, от сердца потянулись нити электрических разрядов, покалывая кончики пальцев, проникая под ногтевые пластины, в груди невыносимо распирало от непонятной тяжести, выдавливающей внутренние органы, а затем болезненная вспышка, выливающаяся в огненные языки, окутывающие руки.
Первая волна страха от порыва вмешаться в драку не успела схлынуть, как накрыла вторая, ещё мощнее и разрушительнее. Если до этого момента девушка списывала своё искромётное состояние на вмешательство тёмной магии, то сейчас всё произошло само, выплёскивая растерянность и гнев. То есть, эта гадость сидела в ней. Как зараза, вирус, неизвестная болезнь, и катализатором к её проявлению стала долина Слёз.
В ту же минуту воздух разрядился, стало легче дышать, и поляна заполнилась обнажёнными мужчинами, сбрасывающими шкуры. Все неописуемые красавцы с бугрящимися от напряжения мышцами, и каждый в недоумении пялился на Таню, закрывшую от неудобства глаза и пытающуюся договориться с бушующем пламенем.
- Да оденьтесь вы, - прорезал тишину раздражённый голос Бача, ощущающего себя не в своей тарелке при таком количестве голого тестостерона, да ещё на глазах у его Ким. – Девушек смущаете.
Танина темнота наполнилась шуршанием одежды, пыхтением, сбитым дыханием и тихим шёпотом. О чём говорили, человечка не слышала, но была уверена, что обсуждали её персону. Слишком пекло в зоне лопаток и пояснице от прожигающих взглядов.
- Можешь открыть глаза, - шепнул Гор, склоняясь над Таней и обозначая занятую территорию для других самцов, которые пожирали её заинтересованными взглядами.
Танюша взмахнула ресницами и окунулась в сборище крепких красавцев с янтарными глазами и светлыми волосами, а среди них ярко выделялся Гор своей чернотой и стальными омутами. Сердце, пустившееся в забег во время драки, успокаивалось, перетягивая тепло волка, льющееся нескончаемым потоком прямиком в душу. В какой-то момент, и подвёрнутая лодыжка, и горячий кофе в области паха, и нераскрывшийся парашют, и отсутствие комфортных удобств, и касание тёмной магии отошли на задний план. Была только луна в его глазах и россыпь звёзд.
- Тайл, представишь свою спутницу? – отделился от компании тигров Лас, не скрывая заинтересованности в отношении человечки. Худощава немного, но всё равно хорошенькая, какой-то нездешней, невенкурской красоты, а её способности вызывать огненную стихию и управлять ей, делали человечку ценным выигрышем.
- Таня, это Лассор. Лас, это Таня, пришлая из другого мира, - представил девушку приятелю Тайл, а потом перечислил имена всех блондинистых красавчиков, пожаловавших на поляну, хотя запомнить такое количество имён было невозможно. – Бач, Ким, - кивнул в сторону гостей из Тёмного леса. – Гориала, надеюсь, представлять не надо.
Очередное перешёптывание пробежало по рядам, и только ленивый не коснулся в переговорах темы другого мира и необычных способностей человечки, параллельно забивая очерёдность сватовства к землянке, что не понравилось Тайлу, Гору и Ласу, посчитавшими себя в приоритете.
- Таня следует в Кирсанол, но по пути погостит в Турманоке, чтобы отдохнуть и подобрать полагающийся гардероб, - закончил ознакомительную речь Тайл, сверля взглядом Ласа и остальных сородичей, стараясь на расстояние донести до них запрет на поползновения в сторону куколки, которая совсем скоро займёт важное место в его гареме.
Гору захотелось поспорить, опротестовать решение наглого тигра, схватить самочку за холку и утащить в свои земли, но долг перед стаей и возможность оказаться в сердце Желтой империи как неофициальное лицо, притормозили животные инстинкты. Таня могла бы оказать пользу Серому королевству, сопровождая в прогулках Гора и отвлекая от него внимание полосатых, а заодно это сблизило бы их, предоставив возможность узнать друг друга получше. А там уже гон, метка, щенки…
Татьяну об изменении направления никто не спросил, просто поставили перед фактом, выстроившись в шеренгу и потянув её за локоть. Они так и пересекали Урчащий лес стройными рядами, словно под конвоем светловолосых стражников, вышагивающих нога в ногу и следящих за обстановкой в своих владениях.
 
Время от времени Таня оглядывалась на сопровождение, рассматривая полосатых с чисто эстетической точки зрения, как картины на выставке, подмечая игру красок и нестандартность мазков кисти. По крайней мере так объясняла себе Танюша своё любопытство. Не часто попадаешь в такое эффектное общество, а с возвращением на Землю останется только ностальгировать вспоминая. Четырнадцать пар прекрасных глаз, и все принадлежат в данный момент ей. Бывает же такое…
Ближе к Турманоку лес, как будто, расступился, являя Татьяне разбросанные среди деревьев домики, становящиеся выше и больше на подступах к городу. Протоптанные тропинки расширялись, переходя в основательные дороги, мощёные камнем. Женщины и мужчины Турманока отличались яркостью, споря красотой с экзотическими бабочками, завораживающе танцующими над цветами.
Везде гомон, смех, приветливые улыбки, украшения, шелка. Обстановка сильно отличалась от строгого, мрачного Тёмного леса, и от холодной, тревожной Воющей горы, а о долине Слёз Танюша даже не вспомнила. Так была поражена городом, полным зелени, радости и… казалось, любви.
Другого слова подобрать девушка не могла. Всё пропиталось ей. Отвязная плавность в движениях женщин, хищная грация в каждом действии мужчин. Поведение сопровождающих их красавчиков стало меняться, вскрывая звериную похоть, горящую в янтаре.
Скорее всего воздух был отравлен феромонами, потому что у Тани, вдруг, закружилась голова. Она вообще ощущала себя странно – учащённый пульс, взбесившееся сердцебиение, лёгкость в ногах, зуд в руках. Душа требовала петь, кричать, танцевать, крутить сальто и делать глупости, а тело, согласное с душой, стремилось всё это воплотить в жизнь.
***
Странной какой-то была Таня, лёгкой, пластичной, мягкой, легкомысленной, будто у неё выключился мозг и остались одни глупые, несуразные мысли. Гор сразу заметил изменения, стоило ступить на городские мостовые. Тонкость её поведения, манка во взгляде, намёки в движениях – серому нравилось, и, если бы он сейчас находился в шкуре зверя, его хвост стоял бы топором, как и шерсть вдоль хребта.
Ему нравилось, но не только ему. Кошаки, аж лоснились от удовольствия, наблюдая за накручивание восьмёрок бёдрами. А это уже волку не нравилось. И масляные взгляды, не скрывающие похоть, и перешёптывания, обсуждающие и делящие его самку. Полосатые уродцы бесили его, и это ещё они не вошли в квартал пятнистых и золотых. Те, вообще, отличались озабоченностью и слабостью на передок, при чём в основном особи мужского пола.
- К открытию праздника всё готово? – поинтересовался Тайл у Ласа.
- Да. С первой звездой начинаем, - кивнул Лас, а Гор начал судорожно вспоминать, что у хвостатых празднуется в это время.
- Танюша, - подхватил Тайл её под руку. – Ты очень вовремя посетила Турманок и сможешь поприсутствовать на открытие праздника Муры.
Вот тут у Гора всё встало на свои места. Праздник Муры, открывающийся ночным балом и заканчивающийся трёхдневными забегами кошек и котов. Что-то похожее на гон, только в кошачьих традициях. Урчащий лес всё это время сходит с ума от криков, рычаний, мяуканий и, конечно же, урчаний.
Поведение котов стало понятно – по всем углам города в эти дни были распиханы пучки кошачьей мяты, но почему на неё реагировала Таня, оставалось тайной. Человечки равнодушны к дурманящей траве оборотней, но по растянутым движениям Татьяны выходило иначе. Девушка не только втягивалась в общий круговорот размножения, но и дребезжала в нетерпении.
А Танюша распадалась на атомы, притягиваясь, то к волку, то к тигру, причём все блондины в её сопровождении вдруг стали одним целым, неделимым. И ещё несколько часов назад эта тяга шокировала бы, удручала, но сейчас выглядело вполне нормальным. Они оказались такими красавчиками, такими горячими самцами, что выбрать кого-то одного Таня оказалась не в силах.