Гермиона, первая леди Грейнджер (СИ)

Закончили с разбором они лишь к половине пятого, когда Гермиона обратила внимание, что за окном начинает темнеть. С визитом в ателье мадам Малкин можно было попрощаться. Ещё со школьных времён колдунья помнила, что заведение работает до пяти. Вряд ли что-то изменилось.
Торопливо попрощавшись с мистером Стеббинсом, она поспешила в книжный магазин. За два месяца на полках «Флориш и Блотс» не появилось ничего подходящего в её ситуации. По словам Милисент Булстроуд книги, какой-либо стороной касающиеся чистокровных, исчезли из продажи лет пять назад, когда чистокровность перестала быть модной, а следовать древним традициям начало считаться чем-то в высшей степени неприличным. Но Гермиона думала, что вполне могла бы набрать и других книг. В конце концов, она планировала не возвращаться в Англию до весны. Нельзя постоянно читать только маггловскую литературу или иностранные тексты.
История…  арифматика…  геология с точки зрения волшебников… . Эта книга ей точно пригодится. Финансовое управление, справочник по магическому законодательству…  Сто сорок семь галеонов — сумма, на которую человек может спокойно жить целый месяц, за книги и три галеона на чай услужливому продавцу.
За спиной звякнул дверной колокольчик и в магазинной тишине раздался холодный женский голос:
Вряд ли мы здесь найдём то, что нужно… .
В животе свернулась кольцами ледяная змея.
Такое не печатают в учебниках… .
Ох, это определённо она. Голос совершенно не изменился. Даже манера слегка растягивать слова, как «у недоделанного Малфоя» осталась при ней.
Нужна специализированная литература.
Она учила её произносить это слово целый час. Когда это было? На четвёртом курсе, кажется. Когда Гермиона искала в книгах подходящие для Гарри заклинания. Младшая сестрёнка Рональда поинтересовалась, почему «Боевая магия для начинающих» предпочтительнее «Защиты от Тёмных сил. Курс четвёртый».
Мадам, чем я могу вам помочь? — продавец выскочил из-за прилавка и устремился к новым клиенткам. Двух ведьм со стопками покупок в руках, терпеливо ждущих своей очереди к кассе, он проигнорировал.
Джиневра Молли Уизли. Теперь-то, надо полагать, Поттер.
Осторожно, словно каждое движение приносило ей боль, Гермиона повернулась и побрела к двери, прижимая к груди забитую до отказа сумочку.
В необыкновенно красивой, изысканно одетой колдунье ещё можно было узнать Джинни Уизли. Хотя и с большим трудом.
Скромный облик мисс Уизли канул в Лету. Туда же отправилась простая, но аккуратная и почему-то всегда казавшаяся новой одежда. Сейчас в магазине стояла…  леди. Иного слова просто не подберёшь. Изумрудно-зелёное платье с белыми кружевами, ниспадающее благородными складками, а сверху чёрный плащ с меховой опушкой по вороту. Роскошные огненного цвета волосы уложены в сложную прическу, а на пальцах и в ушах блестели крупные драгоценные камни. Пожалуй, даже слишком крупные.
Рядом с блистательной миссис Поттер топталась полная светловолосая колдунья в бархатной мантии. Гермиона не успела её разглядеть, а задерживаться во «Флориш и Блотс» её не хотелось. Джиневра всегда была очень наблюдательна. И почти также умна.
Гермиона толком не помнила, как выбралась из магической части Лондона. Все её силы были направлены на то, чтобы не запнуться и не ускорить шаг, не побежать. В себя она пришла только в Хитроу, в привокзальном кафе. Самолёт в Солоники вылетал только через два часа, и времени у неё было достаточно, чтобы собраться с мыслями и поразмыслить над своей реакцией.
Мимолётное столкновение с Джинни было как удар под дых. До этого Гермиона считала, что встреча с бывшими друзьями вряд ли вызовет у неё сильные эмоции, но на деле оказалось, что это не так. Паника, страх, боль, отчаянье, злость — сложносоставное зелье из эмоций и переживаний. И это только Джинни. А что будет, когда она увидит Рона? Или Гарри? Или Дамблдора?
Честно говоря, ей сильно не понравилось то, что она успела увидеть в магазине. Джинни вышла замуж за богатого волшебника, наследника двух родов, и, судя по всему, не стеснялась демонстрировать всем свой уровень жизни. Очень дорогая одежда и камни, пожалуй, слишком крупные для повседневных украшений. И на лице её было скучающее выражение, когда продавец, слегка согнувшись в поклоне, рассказывал о последних книжных новинках. Что это? Высокомерие? Или ей просто померещилось?
 
Если Джиневра так изменилась, то, что творится с остальными? С Рональдом, для которого деньги всегда были в первой тройке желаний? С Гарри?
Они, возможно, стали другими людьми. Сменили цели, внешность, привычки, наклонности, искоренили недостатки, уничтожили добродетели, взрастили какие-то черты характера… . А она, Гермиона Грейнджер, всё ещё думает о них, как о школьниках. А между тем она и сама изменилась. Приняла все условия Люциуса Малфоя. Причём испытала некое удовольствие от осознания того, что в её жизни появилось хоть что-то определённое. Радовалась наследству семьи Лестранж и собирается назвать будущую дочь именем самой жестокой колдуньи двадцатого столетия. А ещё она хочет отомстить Дамблдору, найти убийцу родителей и уничтожить его со всей возможной жестокостью.
Гермиона Грейнджер изменилась. И не собирается прощать того… . Не предательства. Нет. Пренебрежения, которое гораздо хуже ненависти и измены. Они ведь бросили её. Оставили. Забыли. Словно не было шести лет крепкой дружбы, войны, которую они прошли вместе, слёз и радости, любви, поцелуев, обещаний и шалостей.
Самые близкие после родителей люди равнодушно пожали плечами, когда выяснилось, что Гермиона внезапно уехала. Поверили какому-то письму, переданному через третьи руки. Не заподозрили, не кинулись выяснять. Отставили её в сторону, как побеждённую шахматную фигуру.
Гермиона Грейнджер не намерена больше прощать. Никого.
  
Глава 15
 
Мэтр Кваетус, подозрительный желчный старик, в самом деле «грел кости» в теплой Греции. Встреча прошла на нагретой солнцем террасе. Пока волшебник занимался какими-то сложными расчётами, Гермиона изнывала от жары. Она попыталась сотворить Охлаждающие чары, но хозяин скрипуче посоветовал «не заниматься ерундой» — колдовать на территории маленького поместья мог только сам мэтр.
Наконец, старый волшебник закончил рассматривать мудрёную формулу из цифр и саксонских рун и сказал, что Начертание Гермионы Грейнджер вещь относительно не сложная, и он рассчитает круг за несколько месяцев.
Дети осени, — буркнул мэтр. — Ярки как осиновый лист и просты как булыжник. Ничего особенного.
Гермиона даже не успела обидеться, потому что маг тут же снабдил её первым заданием. Для Начертания, в первую очередь, необходим был внешний круг из сильных камней. Морская галька с берегов трёх морей подходила для этой цели как нельзя лучше. Строгим условием сбора было то, что моря не должны иметь общих берегов и находиться в разных широтах, на трёх сторонах света.
Север, юг и восток, — решительно поставил точку в свитке мэтр. — Нос в карту и действуйте, девушка.
Колдунья так и поступила. И на следующее утро вылетела обратно в Лондон. Причем на том же самолёте, на котором прилетела. А уже из Хитроу отправилась в Ньюкасл, город-порт. Гермиона рассудила, что к гальке с берегов Северного моря не будет никаких претензий, а Ньюкасл расположен севернее городов Норвегии, куда рейсов из Греции не было.
Путешествие прошло довольно удачно. На берегу, неподалеку от набережной, Гермиона набрала фунтов шесть морской гальки, выбирая камни темного цвета без вкраплений. В глазах магглов собирательство даров моря не было чем-то странным. На берег часто приходили за дарами сурового моря — ракушками или плавником. Мало кто из обычных людей обратил внимание на молодую женщину, наполнявшую галькой плетёную сумочку.
Пожалуй, единственной неожиданностью в поездке, было то, что каким-то образом Гермиону нашли гоблины. Серокожие строители составили смету на ремонт особняка на площади Гриммо и желали показать её клиентке. И, разумеется, разъяснить всё непонятное.