Ученица чародея 2 (СИ)

Где-то во время всего этого безобразия Аникет ухитрился исчезнуть и, судя по всему, навсегда. Пообщавшись с обессиленным домом, я пришла к выводу, что каким-то образом ухитрилась отпустить покойного Морта на тот свет.
- Работа подсознания, - глубокомысленно изрек Хартманн. – Ты не была уверена, что выживешь и в последний момент какая-то часть твоего я усилием воли даровала свободу Аникету.
Я лишь пожала плечами. Тем лучше. Уверена, что Эмери уже давным-давно простила покойного супруга и ждет не дождется, когда же он пожалует на тот свет. А Аникет, несомненно, будет счастлив сменить окровавленную одежду на что-то более приличествующее его статусу. 
Пообещав особняку вернуться, мы покинули родовое гнездо Мортов. Сонрос отправился восстанавливать свой дом и, уверена, сокрушаться по поводу невозможности посетить нечто, что он с придыханием назвал «чемпионатом Европы». Путешествия в другие миры были нам временно закрыты. Магия Уиллена могла пойти любым путем: могла создать парочку звезд (размером где-то со среднюю брюкву), пролиться дождем из лягушек в одном из миров или свернуться уютным клубком в одном из созвездий, но судьба распорядилась иначе. Ну, ладно. Что было, то было и ничего кроме этого быть не могло. В какой-то степени это к лучшему: миры (по крайней мере ближайшие к нам) теперь защищены от людей, желающих за счет природной магии увеличить свою силу. Защищены от таких, как Уиллен.
Где-то там, в далеком государстве, Ривера Уиллена ждет суд, Иветту и Питера свадьба, а их экономку Фриду возможность снова готовить восхитительные пироги для людей, которых она всей душой любит. Мне хочется думать, что если и есть где-то справедливость, то это она.
о о о
Мы ввалились домой полные облегчения и сияния. Грязные, измотанные, выглядящие так, словно нас несколько месяцев держали в подвале. Даже не верилось, что всего лишь несколько дней назад мы покинули это место.
Пахло домом и мирный привычный запах сразу же утихомирил осколки тревог, терзавшие мое сердце. Все будет хорошо. Мы вернемся к тому, с чего начали. Точнее, продолжим наш путь так, словно не было этого странного, волнующе-печального приключения. Да, какие-то его следы останутся в нашей жизни: я буду навещать особняк Мортов, нужно будет устроить Сонросу встречу с племянником, перечитать внимательно иветтино письмо, вдруг там есть еще что-то? Но в остальном все станет как прежде. Мы сотрем нелепый брак и глупые бредни глупой девчонки. Ничего не было и быть не могло. Атрей волнуется за меня, но это не то, что мне нужно. Жаль только, что поняла я это совсем недавно. Может, сообрази я чуть пораньше, куда ведет тропа, на которую имела неосторожность ступить, я бы свернула с нее. Не дала бы развиться, задушила бы в зародыше тот трепет, который ощущаю, когда смотрю на него.
- Обед? – улыбнулась я чародею. – В кладовой под чарами оставались какие-то продукты. Могу сварить чего-нибудь быстренько.
- Нет, спасибо. Мне хватило горячего шоколада, - притворно нахмурился Атрей.
- Больше никогда! – подняла руки я. – Это был первый и последний раз. Вынужденная мера.
- Я почти поверил, - ухмыльнулся чародей. – Ну что же, будем обживаться. Нужно разобрать почту, проверить пару зелий, оставленных в спешке. А завтра вернемся к привычному графику. Мы сильно отстали за эти дни, а ведь предполагалось, что ты будешь учиться по ускоренной программе.
- Знаешь, некоторые вещи я действительно прошла экстерном. Ладно, пойду кашеварить.
- Ни за что! Ты только что пропустила через себя такое количество магии, что хватило бы на пару дюжин магов. Будешь лежать, в крайнем случае сидеть, - немного смягчился он, - И приходить в себя.
- Интересно, в кого еще я могу прийти, - фыркнула я.
- А вот эту магию мы будем проходить только в следующем году, Лия, - отрезал чародей и умчался на кухню.
Я старательно держала улыбку. Скалилась так, что Атрей даже спросил, хорошо ли я себя чувствую. Пришлось успокоить его и сказать, что все в полном порядке. Хотя какой уж тут порядок. Прежние отношения жали, как новые туфли, слишком маленькие, чтобы носить, но слишком красивые, чтобы не купить (у Эли когда-то была такая проблема, она неделю хромала, а потом пришлось пойти на крайнюю меру – отнять у нее вожделенную обувь и отдать Эмме, у которой нога на два размера меньше). Смысл ведь прост: не покупай, если знаешь, что это не для тебя. Может быть, кто-то, с размером на два номера меньше, носил бы эти туфли с удовольствием и без боли, а тут ты – отнимаешь чужое, втискиваясь в неподходящую обувку. 
 
После обеда чародей принялся разбирать письма в кабинете. На мою долю же остался диван в гостиной, книги и вид из окна. Самочувствие мое приблизилось к границе нормы и я, отбросив учебник теоретической магии (надо же догонять свою учебную программу, ведь что еще мне остается?), решилась попробовать заклинание, которое разучила перед тем, как с потолка свалились Иветта и Питер.
- Наверное, просто неправильно произнесла, - утешала себя я. – Такое  бывает.. Надо просто попробовать еще раз.
Но еще один раз, а за ним еще и еще один, не принесли никакого результата. Хуже было другое, я совсем не ощущала в себе магии. Я прекрасно ощущала в себе магию до этого, чувствовала свою энергию и энергию Уиллена, но сейчас.. Сейчас не было ничего. Только сосущая пустота на том месте, где когда-то горел огонь. Вот он, мрак небытия, пустынные печальные края. Кажется, это конец.
- Атрей, - прочистив горло, позвала я.
Чародей тут же поднял голову от какого-то письма и взглянул на меня. Невольно всплыла в памяти наша первая встреча: тот же кабинет, те же лица, даже костюм на Атрее похожий. И на мне все то же платье (синее платье, приносящее удачу, пришлось выбросить, слишком уж сильно ему досталось во время всех этих приключений). Но нет, все изменилось. Тогда я стояла здесь в надежде, что мне разрешат остаться, мне позарез нужна была работа у заезжего чародея в расфуфыренном камзоле.
Глава 25. Про гнусных чародеев, равнодушные двери и любовь.
Ваши трехдюймовые глазки путем меткого попадания зажгли огнедышаший пожар в моем сердце. Словом, бац-бац! И в точку!
Свадьба в Малиновке
- Я хочу уйти, - твердо заявила я, прожигая взглядом точку примерно на два дюйма выше левого уха Атрея. Смотреть ему в глаза я не могла и не хотела.
- Что? – кажется, мне удалось его удивить. Ставь я передо собой эту цель, могла бы сейчас гордиться. – Куда?
- Домой. Это было весело, но с меня хватит. Пора поставить точку.
- С ума сошла? Ааа, все ясно. Перенапряжение, - кивнул сам себе он. – В лаборатории должен быть флакон с успокаивающей настойкой, подожди минутку, сейчас принесу.
- Нет, просто… Ты чувствуешь во мне магию?
Он озадаченно нахмурился, но, уступив, проверил. Его взгляд сказал мне все, что я хотела знать.
- Именно! Не знаю, что случилось, но во мне не осталось ни капли магии.
Я словно бы стала меньше ростом. Ушло что-то важное. Исчезло то, что придавало мне силы в тяжелые времена. Я и не догадывалась, насколько мне необходимо быть чародейкой - до тех пор, пока внутри меня не осталась лишь сосущая пустота, на месте которой еще совсем недавно была магия.
- Давай закончим разговор, мне пора домой.
- Лия, ты останешься здесь и перестанешь чудить. Ты моя ученица и жена, неужели думаешь, что я позволю..
- Позволишь? – все во мне восстало против этого слова. – Позволишь мне? Наш брак – акт благотворительности, совершенный мной. Добрый поступок и все! Так что не смей прибегать к нему в качестве аргумента! – я шипела рассерженной кошкой, утратив связь между разумом и речевым аппаратом. – Атрей Морт, если ты думаешь, что я нуждаюсь в твоей благотворительности, в твоей благодарности или в чем-то еще, что готов мне предложить твой воспаленный рассудок, то советую тебе немедленно начать думать иначе.
Все разочарование, все недовольство, страх, тревога и печаль, что копились во мне, нашли, наконец, выход и сдерживать их я больше не могла и не желала.