15 лет спустя (СИ)

Олег смутился. Планов-то у него, если честно, и не было вовсе. И чем он ближе приближался к конечной точке своего путешествия, тем меньше у него возникало уверенности в успешности своих действий. Но отступать было поздно…
Он открыл свой рюкзачок и достал оттуда два листа бумаги, отдав один Стасу, другой Сергею.
— Пока ехали, я нарисовал схематически план подземного комплекса. Конечно, могут быть незначительные ошибки и дополнения — я здесь не был три года. За это время могли что-то и новое организовать. Как видите, входов в сам комплекс — четыре. Если отбросить центральный и технический, где наверняка стоит уже чужая охрана, то остаётся два. Первый — вентиляционные шахты. Но и здесь, думаю, уже не пройти. А вот о четвёртом знают очень мало людей, но все они не местные. В своё время дети нашли этот проход, лазая где ни попадя. Было решено его завалить. Так и поступили. Завалили, но… только по отчётам. В этом проходе создали фальш-панель, которая имитирует груду камней. По факту — то лишь внешне нагромождение булыжников. А за ней — стальная дверь, которую можно открыть только изнутри, то есть, зайдя в проход с поверности. Честно говорю — я там не был, но все детали как пройти, мне известны. В том числе и как включить обманку для видеокамер и датчиков, что стоят по техническому коридору. Есть там один неприметный шкафчик, откуда, после нажатия комбинации цифр на табло, включается программа на центральном пульте управления, которая закольцовывает трансляцию на камерах за последние полчаса. За это время можно спокойно пройти мнимый завал и вернуть всё в исходное состояние.
— Интересно-о-о, — протянул Терентьев. — Белый, ты сможешь там провести двух-трёх моих?
— Да хоть всех, — улыбнулся Олег. — Основное, что бы не вмешивались в мою работу.
— Это понятно, — кивнул Стас. — Я так понял, что ты не об этом проходе хотел рассказать? Тебя волнует что-то более серьёзное?
— Да, — согласился Олег. — Дело в том, что у последнего прохода вниз, вот здесь, — и он показал на рисунке где именно, — не оканчивается путь, а для посвящённых он, пожалуй, только начинается.
— Не понял, — поднял вопросительно голову Терентьев. — Как это начинается? У меня имеется план шахтного комплекса, но за этой точкой ничего нет. Или всё-таки есть?
— Есть. — Белый достал из рюкзака ещё два листа бумаги. — Вот ЭТО именно за последней дверью. Вы видите основные проходы и структуру комплекса исследовательского института братства и, так называемый, «зверинец». Мы его называем «зоопарк».
— Ни х…., - посмотрев на план, Терентьев опешил. — Получается, что то, на что был весь расчёт, фикция?
— Если был расчёт взять штурмом комплекс шахт, то и здесь ты бы со своими шестью людьми ничего не добился. Ломаные коридоры, датчики на каждом углу. Пожарная система тушения, которая может так же использоваться, как и распылитель отравляющих веществ. Амбразуры для стрелков через каждые пятнадцать-двадцать метров. Стас. Вы не пройдёте и полсотни метров, если ТАМ у кого-нибудь соображает голова. Но ты сам мне сказал, что в охране "бывшие" из силовых структур. Думаю, что хоть один головастый из них, но найдётся.
— И всеми нашими планами, — расстроился Стас, — можно подтереться.
— Не можно, а нужно, — вступил в разговор Сергей, разглядывая схему проходов и комнат подземелья. — Странно другое, Стас. Как так случилось, что люди, разрабатывающие план операции, не имели ни малейшего понятия о другом подземном комплексе. Насколько знаю, это не являлось тайной ни для кого. У меня складывается впечатление, что и твою группу и мою бросили на убой. Во имя чего? Что бы под шумок Игнашев вывез документы из страны? А мы бы пали смертью храбрых? Или это некомпетентность высшей степени или… куплено вообще ВСЁ в стране??? На данный момент мне кажется, что перед нами стоят две основных задачи — осуществить захват фигурантов и не потерять при этом своих людей. Третья задача, как по мне — уничтожить все документы при любом раскладе. Олег, ты, кто здесь бывал, можешь что предложить? Понимаю, что глупо спрашивать о конкретике, но хотя б основные предложения. Да и как ты САМ рассчитывал действовать?
 
— Я рассчитывал войти с парадного входа. Через три дня в школе начинается новый учебный год. Да, не удивляйтесь. Здесь он никогда не бывает первого сентября. У нас свои праздники и в этом году начало учёбы выпало на четырнадцатое сентября. Я к чему веду. С сегодняшнего дня в близлежайшие города и посёлки начнут сьезжаться родители с детьми. Доступ в этот день в подземелье свободный для всех посвященных. Поэтому я и хотел зайти внутрь, смешавшись с людьми и, затаившись на сутки, а место для этого знаю, на следущий же день пробраться в «зоопарк» и начать действовать оттуда.
— Олег. Ты всё время упоминаешь «зоопарк». Уточни для меня — что там такого страшного, что даже сверху запретили туда вести людей?
Белый задумался, а потом предложил всем послушать его рассказ — это может спасти чью-то жизнь в случае, если твари выберутся из своих «клеток». Терентьев согласился, что в конце разговора приласит всех, кто будет участвовать в операции под землёй.
— Тогда вопрос, — Стас постучал карандашом по рисунку Белого. — Как считаешь, где будет Игнашев?
— Уверен на все сто процентов, что в самом защищённом месте — в лабораториях, где сверхнадёжная защита. Там полсотни метров камня над головой и три метра железобетона со всех четырёх сторон. Плюс такие же пол и потолок. Автономность комплекса — девяносто дней. Свет, вода и питание из расчёта на пятьдесят человек. Там, правда, ещё есть особенность — с включением защиты и изоляции лабораторий срабатывает пункт дизинфекции «зоопарка». То есть все биологические, да и не только, объекты будут уничтожены — морозильные камеры снизят температуру до минус шестьдесят. Затем пламя высокой тепературы и, под конец — набор самых сильных кислот, что есть в природе. Там такой состав, что бетон сможет продержаться, если будет заблокирован слив — дней пять. Атмосфера, естественно, станет непригодной для дыхания даже в скафандре высокой защиты. А без них — почти мгновенная смерть.
— Ну Вы и нагородили, безумцы. — Терентьев был ошарашен. — Для чего это, более менее, понимаю — что бы уничтожить подопытных. Мне немного рассказали кто там, или, вернее, ЧТО там в камерах, но до конца так и не поверил. Ну… ты об этом расскажешь чуть позже. Скажи другое. А если так никто и не придёт на помощь сотрудникам лаборатории в случае аварии. Как им выбираться оттуда? Наверняка же был продуман какой-то план?
— Да, — подтвердил Белый. — И вот с этого нам, точнее ВАМ, и придётся начать. Изнутри лабораторного комплекса имеется вход в эвакуационный модуль. Это что-то напоминающее капсулу на полсотни человек. Внутри нет ничего — ни стульев, ни поручней. Окон, естественно, тоже. Как мне рассказывали, там и пульта как такового нет — кнопка «старт» и кнопка «выход». Когда люди заходят в этот модуль, на внешнем пульте у входа есть рубильник. Если его включить, то дальнейшие действия необратимы. Сначала герметично закрываются створки модуля, затем проходит сигнал на уничтожение самой лаборатории. Одновременно с этим включаются электромоторы спасательной капсулы. Та двигается по тоннелю с неимоверной скоростью. При прохождении каждой сотни метров, тоннель автоматически перекрывается бронированной заслонкой, а сам пройденный участок или заливается водой или засыпается щебнем, предварительно смешенным с цементом, а сверху ещё поступает и вода. Вообщем, чередование «пробок» из воды и бетона по всей длине тоннеля. Протяжённость тоннеля — пять километров. Окончание путешествия — когда капсула останавливается в пещере и кнопка «выход» начинает светиться. При ёё нажатии раскрывается передняя часть капсулы и люди смогут, пройдя через пару пещер, подняться по лестнице на поверхность. Да, забыл добавить. На всё про всё, тем, кто будет в этой капсуле, необходимо выбраться на поверхность не более чем за час — спустя этот промежуток времни вычислитель, который находится в месте прибытия, после появления самой капсулы, начинает отсчёт до своего уничтожения. Через час же все пещеры будут польностью залиты водой. Так что сами понимаете — это путь в одну сторону.