15 лет спустя (СИ)
— Замечательно. Тогда ведите нас. Только, если можно, не по основным улицам города.
Женщина вновь кивнула и, перейдя на другую сторону улицы, пошла в сторону Театрального сада.
Немного притормозив, что бы мужчины её догнали, вопросительно посмотрела на Белого. Тот понял затруднения, с укором посетовав.
— Наталья Сергеевна. Не надо впадать в крайности. Если есть что сказать по делу — говорите. Я совсем не то имел в виду, когда просил Вас отвечать только на вопросы. И так, что хотели сказать?
— Я предлагаю пройти именно по саду мимо театра оперы и балета, а не по прилегающим улицам. Здесь, даже ночью в хорошую погоду гуляют люди, поэтому наша компания не будет бросаться в глаза.
— Согласен. Конечный пункт нашей прогулки?
— Далее перейдём ещё одну улицу и минуем несколько домов. Нам нужен институт железнодорожного транспорта. В небольшом домике рядом и находится вход в ЗКП.
— Близко не будем подходить. Покажете издали.
— Хорошо.
- -
Выйдя из зелёной зоны, вскоре и в самом деле подошли к улице, которую следовало перейти, но, уже занеся ногу над проезжей частью, дождавшись зелёного на светофоре, Свар прикоснулся к руке Белого.
— Олег, Наталья. Задержитесь, пожалуйста.
Понимая, что просто так Древний ничего не делает, Белый отступил на шаг назад и повернулся к товарищу.
Свар глазами, словно рентгеном, медленно вёл по всей противоположной стороне улицы.
— Видишь те две машины, что стоят метрах в тридцати до и после светофора?
Белый цепко оглядел улицу и сразу заметил два одинаковых минивэна.
— Ты думаешь, это по наши души?
— По наши точно, но мысли у людей, что сидят внутри, не злые, а наоборот, скорее доброжелательные. В обеих машинах, как минимум, по одному человеку с Даром. Всего их… — Свар прикрыл глаза и замер… — В левой трое, а в правой пятеро. От них «несёт» настороженностью и готовностью к бою. Но, как уже сказал, они не наши явные враги.
— Не понял твоего «явные», да ладно. Давайте поступим так — я пойду знакомиться, а вы останетесь здесь. Если будет конфликт — не жалей никого, Свар. Не убивай, но действуй жёстко.
— Ой, спасибо, дорогой, что разрешил. — Древний улыбнулся, а такое у Свара Олег видел, кажется, всего второй или третий раз. Чаще он носил непроницаемую маску на лице — даже когда пытался шутить, выражение почти никогда не менялось. — В случае чего — крикни что-нибудь.
— «А мысленно что, нельзя?» — поинтересовался Белый.
— «Да. Согласен. Что-то и я начинаю тупить. По-моему это заразно — передаётся через общение»…
Олег изумлённо посмотрел на Свара, но тот стоял, словно памятник, с обычным, ничего не выражающим лицом.
— Шутить изволите? Ну-ну…. Ладно, я пошёл.
Дождавшись очередного зелёного на светофоре, Белый неторопясь пересёк улицу и направился к правой машине, благо она была ближе.
Свар с Натальей, которые с напряжением следили за Олегом, увидели, как из машины, к которой тот шёл, вышел мужчина и, приподняв руки, показывая, что в них нет ничего, что-то сказал. Олег, остановившись, ответил и, не сговариваясь, мужчины, сделав шаг навстречу, заключили друг друга в объятья. Через минуту, коротко переговорив, незнакомец что-то сказал сидящим внутри машины и, захлопнув дверь, приобняв Белого, пройдя метров тридцать, сел на скамейку.
- -
— «Свар. Это друзья. Погуляйте ещё минут двадцать вдоль дороги. Надо до конца выяснить обстановку.»
Древний, почувствовав спокойствие Олега, и даже немного радости в его мыслях, аккуратно подхватив женщину под руку, повёл в противоположную сторону от перекрёстка.
— Наталья Сергеевна. Олег попросил, что бы мы немного погуляли. Ему нужно минут двадцать. Потом пойдём к нему. Время засеките, пожалуйста, у меня часов нет…
- -
Гуляя вдоль домов положенное время, Наталья, которая всё время нервничала и периодически смотрела на часы, дождавшись, потянула Свара к перекрёстку.
— «Олег. Время закончилось. Мы идём?»
— «Давайте. Ты ко мне, а Наталья пусть идёт к другой машине. Там её ждёт приятный сюрприз».
Свар перевёл женщину через дорогу и только потом остановил, попросив идти к левой машине.
Та, уже не задавая лишних вопросов, последовала сказанному. Сделав с десяток шагов, она увидела, как боковая дверь минивэна сдвинулась и оттуда с радостными воплями к ней помчались… её дети. Наталья остановилась и поняла, что ноги её не держат. В голове всё «поплыло», но в тот же миг в мозгу раздался такой силы голос, словно рёв самолёта и женщина непроизвольно схватилась за виски.
— «Возьми себя в руки и не показывай слабости. Встреть детей достойно».
Она обернулась и увидела Радеева, который так и остался стоять у светофора, а сейчас смотрел на неё с осуждением.
— «Спасибо Вам за всё», — эта мысль мелькнула в её голове. На удивление, Свар в ответ коротко склонил голову и, повернувшись к ней спиной, направился к скамейке, на которой сидел Олег. Но в тот миг, когда на шее повисли детки, мысли женщины ушли далеко-далеко …
* * *
Белый, подходя к машине, был готов ко всему. Его чувства были обострены до предела. Когда оставалось всего пара метров, дверь минивэна сдвинулась, и оттуда на тротуар шагнул мужчина, который приподнял руки, показывая, что в них ничего нет.
Сделав шаг к незнакомцу, Олег взглянул на мужчину и, к своему удивлению, увидел на лице того широкую открытую улыбку. Белый остановился. Этот человек был явно знаком, но встречался с ним настолько давно, что не сразу опознал в широкоплечем незнакомце своего хоть и шапочно, но знакомого.
— Стас? Какими судьбами? — не скрывая удивления, поприветствовал Олег.
— Узнал, чертяка. Я, если честно, не был уверен, что ты меня вспомнишь. Ведь более десяти лет прошло, как мы виделись последний раз. Привет, укротитель нечисти. Безумно рад тебя видеть!
И было в этих словах что-то такое тёплое и доброе, что и Олег, и Стас, не задумываясь, шагнули навстречу друг другу и обнялись.
— Ты, смотрю, заматерел, — заметил Олег. — Всё такой же непоседа, как и был. Как твоё?
— А ты, на удивление, не стареешь, а молодеешь, — улыбнулся Стас. — Мои вон, — он кивнул на машину, — не поверили, что тебе уже семьдесят исполнилось. Идёт такой вполне довольный жизнью мужчина, весь из себя… Ты прям волшебник. Поделишься со мной секретом вечной молодости?
Белый улыбнулся.
— Если б семьдесят. Через четыре месяца будет семьдесят девять. Что глазами хлопаешь? Не веришь, а зря, правду говорю.
Терентьев выпучил глаза.
— Да. Я в шоке. Не знал бы тебя много лет — не поверил бы никогда. Ты ведь и внешне не изменился. Я, когда дали ориентировку на тебя, так пару минут хлопал глазами — думал, что старую фотографию подсунули. Но нет, не обманули.
— Стас. Я тебя, конечно, очень рад видеть, но признайся — по наши души здесь?
Мужчина улыбнулся.
— По Ваши, да не совсем. Мы своими делами занимаемся, а тут ты влез со своим другом. Вмешался в нашу операцию настолько, что, если честно, хотелось ударить тебя по башке чем-нибудь тяжёлым, чтобы хоть немного притормозить твоё неуёмное старание…
— По голове не надо. Вдруг там что-нибудь поломается и есть потом не смогу. Да и кто потом лечить будет такого раздолбая как ты? Сколько раз я тебя видел в лежачем положении, когда не мог и пары слов сказать? Три или четыре? И после каждого посещения внезапно исчезал, что бы через год-два тебя снова на больничной кровати видел… Так что не зарекайся. А вообще, коль уж речь зашла о разных операциях, то, если не трудно, пояснишь — куда мне не стоит влезать? А то я как медведь — вижу мёд, а пчёлки побоку. Поговорим серьёзно?
— Поговорим. В принципе, мы ждали Вас именно за этим. Да и сюрприз Вашей даме приготовили. Сейчас предупрежу своих и давай присядем на скамеечке. Не хочу, что бы в машине «грели уши» при нашем разговоре.
Стас Терентьев, приоткрыв дверь машины, негромко сказал пару фраз, которые Олег не разобрал, и, захлопнув дверь, обняв Олега, повёл того к скамейке.