Любовь дьявола (СИ)

Джон стукнул кулаком по колонне и цветисто выругался.
— Мне даже потанцевать с ней не удалось.
— А ты что думал, видя, как ты ухаживаешь за другой женщиной, она бросится тебе на шею? Но не переживай, Джон, скоро ваш танец будет непрерывным. — лукаво усмехнулся Чарльз.
— Да, милорд. — хмыкнул он. — Если я не погибну раньше от разрыва переполненной плоти.
Чарльз от души расхохотался.
— Твой юмор, Джон, всегда кокой-то мрачный. Посмотри на жизнь другими глазами.
— Учить всегда легче, милорд. — буркнул тот.
Филипп помог Рафаэлю добраться до кровати и прилечь.
— Благодарю за поддержку, Филипп. Не делай круглые глаза, ничего страшного не произошло, разошелся шов. Эсли зашьет, перевяжет, и все будет в порядке. Он уже предупрежден и будет здесь с минуты на минуту. Нечего здесь толкаться всем. Немедленно возвращайся в зал. — просил брата герцог. — Могут подумать, что мы дурно принимаем гостей.
Дверь распахнулась, и влетела Клэр.
— О, нет! — в притворном ужасе закричал Рафаэль. — Забери этого деспота, Филипп, иначе она привяжет меня к кровати.
— Оставь свои глупые шуточки, Рафаэль. — отчеканила Клэр. — Эсли уверял тебя, что еще рано снимать повязку с раны. Но ты заставил его, а теперь я лично прослежу, что бы ты выполнил все его указания.
Рафаэль картинно закатил глаза.
— Клэр, девочка моя. — взмолился он. — Почему бы тебе ни остаться среди гостей, не потанцевать, не повеселиться?
— Позволь мне самой решать, когда и сколько мне веселиться, и если я не хочу, никто меня не заставит.
— Тебя не переспоришь. Ты такая же упрямая, как твой брат Филипп. — недовольно пробубнил герцог.
— Или как твой брат, Рафаэль. — ввернул Филипп.
— Не надо спорить, вы оба хороши. — заключил Клэр.
Вошел Эсли с готовыми инструментами. Он быстро обработал рану, аккуратно накладывая стежок за стежком. Рафаэль лежал спокойно, не мешая доктору работать. Лицо его было бесстрастным, ни единого намека на боль.
— Не слышу ваших ругательств, Ваша светлость. Непривычно видеть вас таким покорным, видимо ваша сестра положительно влияет на вас. — издевался Эсли. — Когда вы заставляли меня снять повязку раньше положенного срока, вы ругались как матрос.
Рафаэль покосился на Клэр и прошипел.
— Делай быстрее свою грязную работу, Эсли, и избавь меня от своих нудных лекций. Я их уже наслушался, находясь рядом с тобой столько лет.
— Однако так ничего и не извлекли из этого, Ваша светлость, а не мешало бы.
— Не беси меня, Эсли. — бросив хмурый взгляд, гаркнул Рафаэль.
Но угрозы герцога не напугали, а развеселили доктора. Умело, накладывая повязку, Эсли улыбался.
— Я рад, Ваша светлость, ваше настроение заметно улучшилось. — сказал он, поднимаясь и складывая инструменты. — Утром я обязательно навещу вас, Вша Светлость. Вам требуется покой. — Добавил он и многозначительно посмотрел на Клэр.
— Еще одно слово о покое, Эсли, и я сам отправлю тебя на вечный покой. — свирепо прошипел Рафаэль.
— Я сказал только самое необходимое, Ваша Светлость. — терпеливо пояснил доктор.
— Рафаэль, ты ведешь себя как капризный ребенок. — вмешался Филипп. — Эсли делает свою работу, а ты перечишь ему.
— Не волнуйся, Эсли. — устремив упрямый взгляд на Рафаэля, добавила Клэр. — Я обеспечу ему полный покой.
Рафаэль, бросив полный бессильной злобы взгляд на Эсли, обреченно прикрыл глаза.
— Сегодня твой номер прошел, Эсли, ты добился своего.
— Спокойной ночи, господа. — Эсли поклонился и, улыбаясь, покинул покои герцога.
— Ваша Светлость. — обратился вошедший Горден. — Пришел граф Фицджеральд. Он просит принять его.
Рафаэль удивленно посмотрел на Гордена.
— Пригласи его. Я не кому не запрещал видеть меня.
Горден помог герцогу поудобней сесть в постели и пригласил графа Фицджеральда.
— Добрый вечер, господа. — поздоровался Алек.
— Добрый вечер. — ответили присутствующие.
— Ты не счел нужным сегодня поздороваться со мной ближе, Рафаэль. Мы с Анной напрасно прождали весь вечер. Ты не позволил нам навестить тебя раньше, да и сегодня не баловал своим вниманием.
 
— Простите, милорд, возможно, это мое упущение.
— Или не желание. — добавил Алек.
— Я не покривлю душой, если скажу, милорд, что вы не нуждаетесь в моем внимании. Для вас я такой же монстр, как для остальных. Со временем и Анна уверилась в этом. Я даже чувствую, как она боится меня. Может быть, ее страхи не напрасны, я едва удержал себя от искушения ранить вас на поединке, но не сделал это ради нее.
— Я думал, что ты сделал это ради своей жены. — сказал Алек.
— У меня нет жены, милорд. Разве, ваш друг Чарльз не сказал, что я отпустил ее.
— Да я в курсе, но, тем не менее, ты дал ей слово.
— Вы забываете, милорд, что я дьявол и как только я увидел вас в шеренге рыцарей, то решил сделать исключение. Ранить или убить для меня, просто удовольствие.
— Оставь эту глупую ложь, Рафаэль. — возмутилась Клэр.
— Филипп. — резко бросил Рафаэль. — Ты и Клэр собирались вернуться к гостям.
— Да, так и быть, уговорил, мы уходим. Но мне бы не хотелось, что бы ты плел моему тестювсякую чушь о себе.
— Не волнуйся, дорогой зять, я отличаю правду от лжи. — ответил Алек.
Герцог усмехнулся.
— Рафаэль, наш разговор принял не тот оборот. Я пришел о многом поговорить с тобой. Право, не знаю с чего начать. — волновался Алек.
— А вы не торопитесь, милорд, присядьте, налейте вина, мне некуда спешить. Я с удовольствием послушаю вас. Вы поможете скоротать мне долгую бессонную ночь.
— Рафаэль, я знаю, при сложившихся обстоятельствах тебе не просто выслушать меня, но я прошу.
Гордость и душа Рафаэля схватились в смертельной схватке. Гордость не желала слушать его, а душа просила дать ему шанс и выслушать его. Сердце тихонько защемило в груди, напоминая Рафаэлю его далекие мечты обрести отца. Ему вдруг захотелось, чтобы этот человек как можно дольше не уходил и ради этого он готов слушать его всю ночь. Это невидимая нить все крепче связывала их и душа победила.
— Не волнуйтесь, милорд, при любых обстоятельствах у меня хватит терпения выслушать вас.
— Благодарю. — тихо произнес Алек, задумавшись и уходя в свои воспоминания. — Начну с самого начала. В период страшных войн, когда король был молод, и шла ожесточенная битва за власть, герцог Раштон стоял с ним рядом. Он был ему всем: и отцом, и другом, и командиром.
— Для меня это не новость. — сказал Рафаэль. — Я это знаю от короля.
— Знаешь да не все. — заметил граф. — Эту битву досталось завершить тебе, раз и навсегда. В этом весь секрет. В одном из таких страшных столкновений воины короля разбили лагерь в лесу. Герцог Раштон и король объезжали окрестности и расстанавливали посты, обнаружив в лесу одинокую хижину. Герцог вошел, а король ждал его снаружи. В хижине был одинокий седовласый старик.
— Отец, — спросил герцог, — почему ты здесь один, вдали от всего мира?
— Это позволяет мне разговаривать со звездами. — ответил он. — Я ждал вас герцог Раштон, позовите своего короля, я хочу сообщить вам тайну известную мне одному. Я должен помочь Эдуарду, я в долгу перед его отцом.
Старик пригласил присесть их у огня и начал свой рассказ.
— Борьба за власть будет продолжаться еще долго. Тебя никто не сможет победить, Эдуард, господь на твоей стороне, но вы никогда не сможете завершить этой борьбы, она будет продолжаться вечно. Ты и герцог устанете от войн и бесконечных лишений. Народ будет роптать, прозябая в бедности. Но спасение придет, оно рядом у твоего друга герцога.
Герцог изумленно приподнялся.
— Какое, старик? — спросил он.
— У тебя три дочери, герцог, старшая из них, та, что с бирюзовыми глазами родит ребенка. Этот ребенок любимец звезд, будет не от мира сего. Он будет наделен необычным умом, силой и красотой, ему не будет равных. Не жалей на него средств, обучи всему, он будет все хватать на лету, а когда он вернется он перевернет мир. Ты будешь купаться роскоши, твоему сыну будет обеспеченно будущее, а он будет держать в страхе и повиновении всех твоих врагов, никто не посмеет посягнуть на твой трон.