Любовь дьявола (СИ)

Огромный жезл уперся в панталоны так, что заломило в паху. Рафаэль чуть не застонал вслух.
— Где взять силы держать себя?
Тугой набухший член пульсировал, как вулкан и требовал удовлетворения. Он поднял глаза на Ирэн и увидел в ее фиалковом взгляде такое же дикое, непреодолимое желание. Он мгновенно оказался рядом, вытащил ее из-за стола и чуть ли не бегом, потащил в свой кабинет. Втолкнув девушку, он захлопнул дверь.
— Нет! — вырывалась Ирэн.
— Да! Ты сама этого хочешь. Я видел это по твоим голодным глазам.
В долю секунды он сорвал с нее одежду и уложил на диван. Тугая плоть вырвалась из спущенных панталон, слегка покачиваясь из стороны в сторону, словно призывая полюбоваться его мощной красотой. Ирэн едва сдерживала себя, чтобы не дотронуться до этого чуда. Герцог накрыл ее своим телом, раздвинув бедра, он ввел свое мужское начало и тут же почувствовал, как его оросил нежный яд. Проникнув дальше в скользкий лабиринт, он начал свой волшебный танец, наращивая темп до тех пор, пока тысяча огоньков не засверкали в глазах девушки, и волны экстаза унесли обоих. Тела слились во едино, не желая отпускать друг друга. Рафаэль пришел в себя первым и, слегка отстранившись от девушки, он быстро встал. Аромат соития витал в воздухе. Ирэн с негодованием посмотрела на него.
— Вы дикое животное, милорд, я вас ненавижу. — слезы навернулись у нее на глазах.
Он натянул панталоны и отвернулся. Угрызения совести терзало душу.
— Я сумасшедший. — ругал он себя.
— Больше этого не повториться, миледи. Даю вам слово. Я принесу вам одежду. — сказал он вслух и прикрыл за собой дверь.
Герцог обедал и ужинал в гордом одиночестве. С раннего утра он усиленно упражнялся на площадке. Погода стояла холодная, но он не замечал этого, полураздетый он отрабатывал приемы боя. Ирэн наблюдала за ним из окна и злилась еще больше, на его безразличие. Приняв ванну, герцог поглощал свой завтрак. Невеселые мысли приходили ему в голову.
— Отношения с женой не успели стать теплыми, стали ледяными. Огромная пропасть становится все больше и больше. Есть ли через нее лазейка? — он не знал. — Надо ехать к Клэр — Вспомнил он. — Кэтрин вскружила ей голову с этим Джоном Серебряным. Она ждет его приезда. Он будет участвовать в поединке вместе с отцом Ирэн, они друзья. Какие у него намерения, я не знаю. Клэр должна забыть его. Жена тоже получила письмо от отца, но ничего не сказала мне. Я знаю только условие поединка и ничего больше.
Рафаэль встал, бросив на ходу Гордену.
— Я еду к Клэр.
  
Глава 29
 
— Здравствуй, моя девочка, я скучал по тебе. — Рафаэль нагнулся и поцеловал Клэр в висок.
Она повисла у него на шее и чмокнула его в щеку.
— Почему ты без жены? — поинтересовалась она.
— Она неважно себя чувствует, и от поездки отказалась.
— Понятно. — протянула Клэр. — А ты надолго.
— Останусь у тебя на обед.
— Рафаэль! — радостно сверкая синими глазами, воскликнула Клэр. — Значит, мы успеем покататься верхом.
— Конечно. Иди, одевайся. — согласился герцог.
За обедом Клэр возбужденно рассказывала новости Рафаэлю. Загадочная улыбка блуждала на ее губах.
— А ты был у Филиппа?
— Да. — односложно ответил герцог.
— Он сообщил тебе, что приезжает отец Ирэн и граф Алек Фицджеральд? — намекнула, осторожно Клэр.
— Он сказал, что приедут не только они, но и Джон. — сказал герцог. — Я вижу, тебя это очень занимает и волнует сверх меры. Послушай меня, малышка, этот человек нам не знаком, он из чужой далекой страны, мы не знаем его намерений. Он суровый воин с жестоким характером, он может ранить и сломать тебя. Меня не будет рядом, я не смогу защитить тебя. Я не хочу, чтобы ты остановила свой выбор на нем. Я не могу допустить этого, забудь его. Он тебе не пара. Посмотри вокруг, сколько мужчин готовы ухаживать за тобой? Если ты не поймешь меня, я увезу тебя в северный замок и запру там, на время их приезда.
Сумасшедший гнев охватил Клэр, глаза запылали яростным огнем.
— Жестокий, суровый, сломает меня. И это говоришь мне ты? — вскричала девушка. — Ты дьявол во плоти, жестокий убийца, зверь, которого боится вся страна. Ты, который купил себе жену, изнасиловал ее в первую брачную ночь и продолжаешь это делать каждый день. Она презирает тебя, ублюдок! Если бы это сказал Филипп, я бы могла понять его. Но как ты смеешь после всего этого учить меня, выросший в злобе волк одиночка, не знающий любви и ласки. Другие мужчины желают поухаживать? Да они подойти ко мне бояться, потому что мой брат, ублюдок, позорное пятно всей семьи. Даже Кэтрин тебя не переносит.
 
Клэр выскочила из-за стола и, помчавшись к выходу, хлопнула дверью. Рафаэль продолжал сидеть за столом, ничего не выражающий взгляд смотрел в одну точку, боль сжимала сердце в тиски.
— Ублюдок говоришь, позорное пятно? — произнес вслух герцог. — Ну что ж ты права.
— Ваша светлость. — окликнул Рафаэля Эндрю, верный преданный слуга Клэр, который растил ее с детства и любил как свою дочь. — Простите это несмышленое дитя. Вспышка гнева ослепила ее, она сама не знает, что наговорила вам. Завтра она будет рыдать и просить у вас прощения.
— Я не сержусь на нее. — спокойно ответил герцог. — Да и прощения просить у меня не за что. Все, что она сказала — правда, в том то вся и беда.
— Но она не должна была этого говорить. — расстроено ответил Эндрю.
— Кто-то должен был сбить пелену благополучия с моих глаз. — сказал он. — Пусть это будет она. Я обещал ее матери сделать все для ее счастья и сдержу слово. Она хочет Серебряного, пусть будет так, я не стану мешать ей.
Герцог встал и направился к двери.
— Ваша светлость, погода испортилась, поднялся настоящий буран, останьтесь. — просил Эндрю.
— Нет. — покачал головой герцог.
— Позволите заложить карету?
— Не волнуйся, Эндрю, я доберусь.
Герцог шагнул в темноту. Ветер сбивал с ног, колючая изморозь обжигала лицо, снег слепил глаза.
— Ваша светлость, — кричал Эндрю, — наденьте плащ.
Но черная ночь уже поглотила его, а завывающий ветер заглушил слова слуги.
Было далеко за полночь, когда дверь распахнулась, и в гостиную вошел герцог. Снег таял у него на голове, и струйки воды стекали по лицу и шее. Мокрая рубашка прилипла к его мускулистой груди. Рафаэль стоял, как в хмельном тумане, ничего не видя перед собой, взгляд его был пустым и безразличным.
— Милорд. — окликнула его Ирэн.
Он вздрогнул и, наконец, заметил ее.
— Она ни разу не назвала меня по имени. — подумал он и спросил. — Миледи, почему вы до сих пор не спите?
— Я ждала вас, милорд, когда вы намилуетесь и набалуетесь со своей очередной любовницей. — зло бросила ему в лицо Ирэн.
Он не реагировал на ее слова, и она почувствовала, что с ним что-то произошло.
— Я хочу поговорить с вами, милорд.
— Сейчас? — равнодушно спросил он.
— Да сейчас, и не минутой позже! — заявила она.
— Проходите в кабинет. — бесцветным голосом сказал он. — Я только переоденусь.
Войдя в кабинет, герцог прошел к маленькому столику, взял графин и налил себе вина.
— Не желаете выпить вина, миледи.
Его черные волосы были зачесаны назад, черная рубашка подчеркивала строгость туалета, дикая необузданная красота чувствовалась в каждом его движении.
— Благодарю, нет. — ответила она.
— Боже всемогущий, дай мне силы все сказать ему. — молилась Ирэн.
Он отпил из кубка пару глотков и повернулся к ней.
— О чем вы хотели поговорить со мной, миледи?
— Вы получили вызов от моего отца на поединок?
— Да. — коротко бросил Рафаэль.
— Вы приняли его? — затаив дыхание, спросила Ирэн.
— Разумеется, принял.
Девушка молчала.
— Продолжайте, миледи. — напомнил он.
— Я хочу, чтобы вы в этом поединке не ранили моего отца и графа Серебряного. Желательно, чтобы вы никого не убили из участников, ведь у вас это в крови. — Ирэн с трудом выдержала испытующий взгляд герцога.