Семья волшебников. Том 2 (СИ)

— А я его пьизывала, — ответила Вероника. — Мама очень ругалась, что он все мыло в ванной съел.
Среди господ студентов прокатился неуверенный смех.
— Ну это ты привираешь, конечно… — рассеянно ответил дедушка учитель, дыша на дальнозеркало. — Я сейчас позеркалю твоему папе. Извинюсь, что нечаянно тебя вызвал.
— Лядна… Но я не вру. Могу доказать. Мне очень надо.
— Чего надо?..
— Поступить.
— Как?..
— Как?.. нинаю… в школу поступить.
— А… Ну ты и поступишь, когда немного подрастешь…
— Мама говорит… мама говорит, что если я быстро не поступлю, мы все умрем.
— Ага, — еще более растерянно сказал дедушка учитель и перевел взгляд на засветившееся стекло. — Мэтр Дегатти?.. Мир вам. Тут у меня такая оказия… очень, очень жаль… так неудобно… здесь ваша дочь. Я… я сам не знаю, как это получилось… мы незнакомы, я Ксару Орданатти, магистр Апеллиума. А вы не особо и удивлены?.. Ладно, я за ней присмотрю… Господа студенты, потише, пожалуйста! Потерпите немного, сейчас мы вернемся к уроку! Это, кстати, тоже очень интересный инцидент, я бы на вашем месте конспектировал!
Папа приехал не сразу. Вероника еще долго сидела за столиком, болтала ногами, пила лимонад с пузырьками и пыталась читать всякие бумажки и листочки, которые нашла в ящике. Дедушка учитель тем временем сначала рассказывал господам студентам что-то непонятное, а потом заново начертил сетку призыва, взмахнул посохом и долго-долго объяснял демону, что ему нужно сюда прийти, а тут оставаться в круге и ничего не делать, пока он, магистр Орданатти, ему не позволит.
Демон так и сделал. Это был какой-то тоненький демон с остроконечной макушкой и длиннющим хвостом. Он появился в круге, раскланялся и стал отвечать на вопросы господ студентов. Вероника тоже слушала, потому что ей было интересно, но она мало что понимала.
— Это тахринарий, — объяснил дедушка учитель. — Эти демоны склонны к ехидству и некоторому коварству, но пока он в круге, то безопасен.
— Пьивет, тахьинаий! — поздоровалась Вероника. — Хотес… хочешь лимонад?
По рядам скамеек прокатился вздох умиления, особенно от девочек.
— Хочу, — сказал тахринарий. — Принеси мне его.
— Нет! — отказалась Вероника. — Я не переступлю черту!
— Вот! — обрадовался дедушка учитель. — Посмотрите! Сколько тебе лет, Вероника?
— Четыре.
— Четыре годика! А мудрее многих великих волшебников! И наверняка многих из вас… это я персонально вам говорю, Изилкени!
Девочка с лохматыми волосами смущенно отвернулась и пробормотала:
— Он хотел в туалет… Я же не изверг какой-то…
— Вам очень повезло тогда, что это был санкционированный демон, с которым у нас договор, — наставительно сказал дедушка учитель. — Все, что он сделал — напялил на вас Колпак Самоубийственной Дурости.
Тахринарий в круге ухмыльнулся и достал из воздуха смешной колпак с колокольчиками.
— Тахринарии — низшие демоны, — продолжал рассказывать дедушка учитель. — Они не владеют демонической силой, если не считать мелких фокусов, и довольно хилые, но зато очень ловкие, упругие и прыгучие, а их зубы такие острые, что могут перекусить брусок железа.
Тахринарий с готовностью продемонстрировал тоненькие блестящие клыки.
— Правда? — заинтересовалась Вероника. — А зачем похренарии кусают железо?
— Мы его любим, — с удовольствием объяснил демон. — Мы и хламенарии произошли от ла-ционне, малышка, а ла-ционне — это Кровь Древнейшего. Нам нужно железо для нормальной работы организма.
— Вот сейчас вы слышите паргоронский фольклор, — прокомментировал дедушка учитель. — Он очень интересный, между прочим. Но не доверяйте словам демонов безоговорочно — помните, что если у демона будет возможность солгать, то он солжет. Даже если ему от этого как будто никакой пользы.
Вероника задумалась, как угостить похренария лимонадом так, чтобы было не опасно. Получалось, что никак, к тому же она стеснялась слезать со стульчика, на нее все таращились.
Потом где-то за окнами прогудел колокол и запели жаворонки. Дедушка учитель сказал, что занятие окончено, но перед тем, как разойтись, нужно поблагодарить и попрощаться с демоном, который был так любезен, что уделил аудитории свое бесценное время.
 
Когда господа студенты разошлись, дедушка учитель еще немножко поболтал с демоном, они договорились о следующем призыве, а потом в круге стало пусто, и дедушка учитель налил Веронике еще лимонада.
— Вероника, а твоя мама ведь высший демон? — спросил он как бы невзначай. — Она не хочет с нами поработать?
— Нинаю… а похренарий не подходит?
— Он низший демон, — объяснил дедушка учитель. — У высших демонов слишком высокие расценки, чтобы использовать их для демонстраций на постоянной основе. Они не соглашаются являться каждый день и просто показывать себя.
— А похренарий?..
— А он соглашается… не за так, понятно. Но с ним все равно держи ушки на макушке.
В лекционную уже стали заходить новые господа студенты, когда за Вероникой наконец приехал папа. Он вошел прямо в окно и туда же сунул морду Сервелат. Оба, конь и папа, немного запыхались, и волосы у них чуточку дымились — вот настолько они быстро летели.
Вероника торопливо допила лимонад, машинально сунула в кармашек бумажку, которую пыталась прочесть, и бросилась к папе обниматься.
— Да, это моя дочь, — с облегчением подтвердил тот, кланяясь дедушке учителю. — Спасибо, что присмотрели, коллега. Я ей дома всыплю.
— Я не виновата, я просто хотела в школу! — запротестовала Вероника.
— Беда мне с тобой… — вздохнул папа, обнимая дочь и гладя по голове. — Она вам не сильно помешала, коллега?
— Нет-нет, она даже внесла изюминку в демонстрацию, — заверил дедушка учитель. — Она очень умненькая девочка. Вы не думали представить ее комиссии по раннему зачислению, коллега? Конечно, четыре года — это как-то уж совсем перебор…
— Думал и планировал, — кивнул папа. — Но вы полностью правы, коллега — многому ли она сможет научиться, не зная даже грамоты? Может, еще через пару годиков…
— Это у нее естественная магия? — со знанием дела спросил дедушка учитель. — Демоническая кровь играет? Я слышал, конечно, о вас и вашей супруге…
— Иногда у меня такое чувство, что о нас вся Мистерия слышала… — вздохнул папа.
— Мы тут на Апеллиуме частенько обсуждаем ваш случай, — кивнул дедушка учитель. — А ваша уважаемая супруга не согласилась бы немного помочь в демонстрациях?..
— Мэтр Драмм меня уже спрашивал… пару десятков раз… Она… что?.. уверена?.. Ладно. Она просит передать, что в следующем учебном году, возможно. После родов.
Домой Вероника летела в хорошем настроении. Она познакомилась с дедушкой учителем, кучей господ студентов и похренарием, напилась лимонада так, что животик раздулся, посмотрела на волшебную школу, а теперь летит с папой в небе, и смотрит, какое все внизу красивое.
— Пап, живот болит… — повернула она голову.
Папа покрутил рукой, рядом как будто на секундочку появился Снежок, и живот прошел, а Вероника громко рыгнула. Ей стало немножко стыдно, но она не виновата, это все лимонад, в нем было слишком много пузырьков.
— Вероника, а знаешь, что было бы, если бы ты призвалась туда немножечко позже и появилась в круге вместе с демоном? — спросил папа, направляя коня к морю.
— Что? — тихо спросила Вероника.
— Он бы загрыз тебя на глазах у всех.
Больше папа ничего не сказал, и Веронике стало еще горше, чем когда она рыгнула.
А дома папа вернул Сервелата в конюшню, передал Веронику маме, а сам молча ушел в кабинет. Мама пожурила Веронику и снова, в который уже раз сказала, что так делать нельзя. Что они обязательно отправят ее в волшебную школу, но сначала нужно научиться читать, писать и считать. Что осенью они, возможно, будут водить ее в обычную школу с Астрид, или наймут домашнего учителя, или попросят дедушку Гурима являться из Шиасса и учить ее… но это только если Вероника будет совсем уж плохо себя вести.