Попаданка в деле, или Ваш любимый доктор - 2 (СИ)

— Я предпочитаю экономию, — натянуто улыбнувшись, я взяла со стола бокал с соком.
А он смотрел и смотрел, паразит.
— И почему я не удивлён? — меланхолично пропищал тиин у меня в мыслях. — Ты просто притягиваешь неприятности, бедовая женщина. Попаданка. Чего с тебя взять?
Как бы я ни хотела избежать очередной порции внимания, мне это не удалось. Меня благодарили родители спасённой девушки, гости перешёптывались, возрастные нейры ахали, охали и жалели бедняжку Дэнни. Нейт Эвелейс начал снова расхваливать мои таланты перед деканом и твердить, как меняется к лучшему ситуация с целительством в Левилле. Тот слушал его, увлечённо кивая, улыбаясь краешком губ и кося в мою сторону сощуренным глазом.
А у меня в голове странным образом оживали воспоминания-сны: лекции, занятия, на которых нейт Морриган демонстрировал адептам лечебные техники. Я видела его, строгого и внушительного, за кафедрой посреди зала. Эллен совершенно точно владела приёмом по очищению дыхательных путей, а я была по большей части сосредоточена на акушерстве, поэтому не успела изучить все её записи. И, будем честны, мне не давалось многое из того, чем владела бывшая хозяйка тела, а она не умела то, что умею я. Дух и тело — не одно и то же.
“Маги-целители владеют заклинаниями, недоступными для других…” — как наяву услышала я властный голос декана. — И в этом наша сила. Один целитель стоит десятка боевых магов”.
Я моргнула, и поток воспоминаний прервался. Кулон-артефакт с лунным камнем нагрелся, обжигая кожу в ложбинке на груди. А если он работает, только когда я в непосредственной близости к объекту своих страхов?
Мы с Норвином протанцевали несколько танцев, и за это время напряжённая атмосфера успела развеяться. Муж еле слышно прошептал, наклонившись к моему уху:
— Я договорился, чтобы за гостями из столицы была установлена слежка.
Мы переглянулись. Надо подождать, пока кто-то из них совершит ошибку, попадётся на горячем, и тогда можно брать. Чтобы бросить в объятия менталистов таких высокопоставленных особ, нужны очень веские причины. Да и менталист здесь нужен профессиональный, не чета местному нейту Россейну.
— Вот будет смешно, если они не причём, — сказала я и приветливо кивнула знакомой нейре.
— Я не смогу сопровождать тебя в госпитале, но могу усилить твою защиту.
Лилась музыка, мимо вальсировали другие пары, и, чтобы расслышать шёпот друг друга, приходилось прижиматься вплотную. Наверное, со стороны мы выглядели милующейся супружеской парочкой, которая обсуждает, чем бы заняться этой ночью.
— Норвин, ты меня и так превратил в маяк ходячий со своими защитами.
— Молчи, вредная женщина, — велел он, сжимая мою талию. — Не хочу, чтобы с тобой случилось что-то плохое.
— Мы все сейчас рискуем, — я отклонилась и заглянула ему в глаза. — Но, как у нас говорят, кто не рискует, тот не пьёт шампанского!
Мы уехали домой ближе к полуночи. Казалось, декан со своими коллегами потеряли ко мне всякий интерес и остаток вечера общались только с Лейном, но я не спешила радоваться. Всё-таки впереди эта треклятая проверка.
День вымотал морально, я еле держалась на ногах, когда Норвин оплетал меня новой сетью защитных чар.
— Ты можешь активировать артефакт для переговоров, чтобы я мог слышать всё, что будет происходить вокруг тебя.
— Если не научится держать язык за зубами, толку не будет, — меланхолично заметил Пискун и зевнул.
— А тебе нечего рассказать об этом декане?
Как только речь заходила о Морригане, Норвин всегда начинал хмуриться. Тиин попрыгал туда-сюда, раздумывая, а потом ответил:
— Я не так часто бывал в Эллен на занятиях. Ко времени поступления в Академию она уже хорошо могла контролировать свою магию, поэтому не испытывала во мне особой нужды.
Это пушистик сообщил с лёгкой грустью. Нетрудно догадаться, что последние годы фамильяр чувствовал себя одиноким, у магов эмоциональное сближение с этими существами считалось лишним.
— Видел я этого Морригана пару раз, но при мне он не занимался ничем запрещённым или странным. Если хочешь узнать больше, придётся покопаться в собственной голове.
 
На данный момент это было лучшим решением, всё равно от Пискуна ничего не узнаешь, если только на него не снизойдет внезапное озарение. Да и мы настолько устали, что просто завалились спать. Я прижалась к плечу мужа и закрыла глаза. Через несколько минут почувствовала, как по мне проскакали маленькие лапки — это Пискун забрался на кровать и улёгся между нами.
Под ночной сорочкой ощущалась тяжесть цепочки и кулона-артефакта с лунным камнем. Уже погружаясь в сон, я мысленно просила его показать мне то, что было прежде скрыто. Сначала вроде бы ничего не происходило, тьма обнимала меня мягкими лапами и качала на волнах, а потом — вспышка света, и я ощутила рывок. Меня выбросило в чужое воспоминание.
Я снова была в Академии, за партой в огромной аудитории, где вёл лекцию декан моего факультета. Время двигалось рывками, то ускоряясь, то замедляясь на самых интересных моментах. В хаотичной мешанине звуков голос нейта Морригана звучал особенно чётко:
— Маги-целители владеют техниками, недоступными для других магов. Столетиями они держатся в секрете. Всё дело в особом строении каналов.
— И какие же у нас преимущества? — поинтересовался адепт с заднего ряда.
— А это вы узнаете на закрытом курсе, — таинственно произнёс декан. — Справятся не все. Далеко не все. На овладение ими уйдут годы. Многие из вас слишком ленивы и слабовольны и ограничатся лишь заживлением ссадин и удалением бородавок в местных салонах красоты. Для достижения вершин целительского искусства нужен ювелирный контроль над своей магией, именно такой контроль позволяет бесконтактно воздействовать на органы пациента: сращивать переломанные кости и порванные сосуды, останавливать и запускать сердце, маскировать магический след, убивать так, что никто и не поймёт, что с человеком случилось. Действие точечное, узконаправленное, — Морриган оглядел зал, набитый впечатлёнными адептами, и криво улыбнулся. — Боевые маги кичатся своей силой и разрушительными способностями, но настоящая сила — она тихая. Целителей недооценивают враги, не считают достойными противниками. И очень зря.
  
Глава 20
 
Слова Морригана всё ещё звучали в голове, от интонации, с которой те были произнесены, пробирала дрожь. А ведь он чертовски прав! Целителей никто за противников не считает, всем кажется, что мы только с пациентами возимся, перевязки там делаем, раны штопаем.
По правде сказать, в большинстве случаев так и происходило. Однокурсники Эллен были ленивыми шалопаями, детьми богатых титулованных родителей, им не было нужды думать о заработке, они и так имели всё. Парни с курса больше думали об азартных играх и женщинах, девушки забавлялись тем, что влюбляли в себя жертв на спор и тайно торговали приворотными зельями. Больше ради забавы, чем из-за денег. Но были и немногие, кто упорно грыз гранит науки, надеясь когда-нибудь получить место при королевском дворе.
Вспомнился ещё один неприятный нюанс. Некоторые преподаватели показывали, как нарочно затягивать исцеление, чтобы пациент думал, что оно близко, надо ещё чуть-чуть подождать, чуть-чуть доплатить. Слава Богу, шарлатанов было немного, Эллен их презирала и не понимала, почему их держат в Академии. А всё просто — абсолютное излечение и поиски новых лекарств, которые позволили бы победить многие болезни, были попросту невыгодны гильдиям. Ведь здоровый человек к ним больше не обратится, из него не получится тянуть и тянуть деньги. Особенно пытались нажиться на богачах. Неужели не понимали, что такой подход ведёт в никуда?
Эллен старалась изо всех сил, насколько позволяли резерв и врождённый дар, хотела заставить родителей ею гордиться. Но не блистала, смогла стать лишь середнячком. Естественно, декану было известно о её способностях, и тем более подозрительными ему кажутся успехи бывшей адептки. Это он ещё об артефактах не знает.