Мы — это мы (СИ)

Хэл, довольно жмурясь, уже поднес флейту к губам, как вдруг Бен вынырнул из кустов и поманил товарищей за собой. Вид у него при этом был такой довольный, словно он по меньшей мере углядел олениху с детенышем в их укрытии.
Натан тенью скользнул к нему и, бросив лишь один взгляд сквозь густые заросли, тихонько присвистнул.
— Ничего себе!
— Что, что там такое? — прошептал Арно, карие глаза его блестели азартом. Меньше всех ростом, он растянулся на мягком мхе, чтобы выглянуть снизу, где ветви пореже.
— Не что, а кто! Смотри!
Бен посторонился, и Хэл, приникнув к прорехе между ветвей, увидел небольшую полянку, заросшую высокой сорной травой. Деревья вокруг стояли так плотно, что почти не пропускали солнце, из-за этого трава вымахала чуть ли не в человеческий рост; особенно густыми и злобными выглядели заросли жуткой крапивы.
Посреди полянки, на небольшом расчищенном участке, стоял на коленях мальчик примерно одних с ними лет или чуть постарше. Серая холщовая рубашка взмокла от пота, аккуратно подвернутые рукава обнажали тонкие, но мускулистые предплечья. Силы в этих руках, похоже, было немерено, потому что мальчик на глазах у Хэла с легкостью выдернул из земли какой-то толстый корень, поднес его к глазам и начал внимательно изучать.
Хэлу стало страшно любопытно, что это он такое нашел. Но еще более любопытным был тот факт, что он этого мальчика видел впервые в жизни.
— Кто это? — прошептал он, склонившись к уху Натана.
— Чтоб мне провалиться к Темному, если не ублюдок Свершителя! Верно, Бен?
Бен кивнул, серые глаза его поблескивали в предвкушении.
Хэл невольно вздрогнул. Как и любой житель деревни, он знал, что где-то в лесу обитает Свершитель и его семья, но никогда не интересовался этим вопросом. О Свершителях старались не говорить и вообще делали вид, что их не существует, словно даже мимоходом коснуться этой темы означало навлечь на себя беду.
Поэтому Хэл понятия не имел, что у Свершителя, оказывается, есть сын одного с ним возраста!
Он не успел додумать эту мысль, как Бен и Натан один за другим прыгнули вперед и растворились в густой зелени. Хэл, все еще не понимая, что происходит, поспешил за ними и, продравшись сквозь кусты, застал странную картину.
Мальчик, похоже, обладал прекрасной реакцией — он успел подняться и отскочить к противоположному краю полянки, подальше от Бена и Натана. При этом он проложил целую просеку в зарослях крапивы и наверняка здорово обжегся, но смуглое, скуластое лицо не отражало и тени боли, сохраняя бесстрастное выражение.
Высокий, широкоплечий, чуть сутулый, в домотканых штанах и рубашке, которые свободно болтались на его поджаром теле, с испачканными землей руками, он казался самым обычным парнишкой, каких в деревне полно. Иссяня-черные прямые волосы спутанными космами падали на плечи. Черные глаза настороженно поблескивали, точно у загнанного в угол животного, но мальчик не убегал, и Хэл почти сразу понял почему — у ног Бена валялась небольшая корзинка, доверху наполненная какими-то корешками и травами.
— Попался, недоносок! — с явным удовольствием произнес Бен. — Чем это ты тут занят?
Он небрежно катнул корзинку ногой и наступил на нее. Раздался слабый треск, темные брови мальчика слегка дернулись, но лицо осталось спокойным, без тени злости или страха.
— Червяков собирает, — насмешливо протянул Натан, — на обед своему папаше.
Бен прыснул со смеху и, подобрав сухую шишку, швырнул ее в мальчика.
— Беги, недоносок! И молись Всемогущему или в кого вы там верите, чтобы мы тебя не догнали!
Шишка угодила мальчику в грудь, но он не пошевелился и все так же стоял, словно прислушиваясь к чему-то. Тогда Натан схватил ком сырой земли и занес руку для броска.
— Сказано тебе, беги! Ты не только тупой, но еще и глухой?
На этот раз мальчик ловко уклонился, и ком пролетел мимо. Натан фыркнул, как злобный жеребец, и прыгнул вперед. Только тогда странный мальчик плавно, почти неспешно отступил и словно растворился в волнующемся море зелени.
— Гони его, Нат! — азартно выкрикнул Бен, бегом пересек полянку и врезался в кусты вслед за приятелем.
 
Все произошло так быстро, что ошеломленный Хэл не успел и слова сказать и просто стоял столбом. Арно же, которому из-за своего маленького роста пришлось повозиться, чтобы выбраться из куста, вообще не увидел ничего, кроме спин Бена и Натана, исчезающих между деревьями.
— Чего это они? — растерянно спросил он у Хэла, тот лишь пожал плечами.
Он и сам хотел бы знать, какая муха укусила товарищей. Им, конечно, случалось дразнить других детей, даже доводить их до слез, но тут все было совершенно по-другому. Друзей будто подменили. Они вели себя так, словно перед ними был не человек, а какое-то жалкое, низкое существо, хуже паршивой собаки.
Нахмурившись, Хэл присел на корточки и изучил раздавленную корзинку. Потом, сам не зная зачем, поднял корень, который мальчик выкопал последним, отряхнул и сунул в карман штанов.
Из леса доносились перекликающиеся голоса.
— Ты знал, что у Свершителя есть сын? — спросил Хэл у Арно.
Тот поскреб затылок короткопалой пятерней.
— Да, что-то слышал. Но Свершитель в деревню-то не приходит, ни сам, ни из его семейства кто. Так что я никого из них в глаза не видел.
— Так они совсем одни живут, что ли? — вырвалось у Хэла.
Арно пожал плечами.
— Выходит, так. Да нам-то какое дело? Попробовали бы они в деревню прийти, такое бы началось!
Хэл не стал уточнять, что именно бы «началось» — это было понятно по реакции Бена и Натана. Несколько минут спустя затрещал подлесок, и они появились с другой стороны поляны, встрепанные, потные и недовольные.
— Как сквозь землю провалился! — раздосадованный Бен пнул остатки корзинки и стряхнул с потных кудрей еловые иглы и кусочки коры. — Только рассчитывали позабавиться, а он юрк в сторону — и нет его!
Натан сплюнул и обмахнул разгоряченное лицо подолом рубашки.
— Да-а, эти ублюдки здесь каждую тропку, небось, знают! Недаром носа не высовывают из леса. Хэл, а ты чего с нами не пошел?
Перед глазами Хэла все еще стояло лицо мальчика, остававшееся совершенно спокойным под градом насмешек. Казалось, и они, и сами обидчики ему настолько безразличны, что он даже не обратил на них внимания и досадовал лишь на потерю корзинки. Но это была именно досада, а не злость — как будто корзинку вырвало из его рук ветром или унесло течением реки.
— А? Что? — Хэл очнулся от задумчивости лишь осознав, что все смотрят на него. — Да чего зря бегать, мы бы его все равно не догнали!
— Вот ты молоток! — завистливо протянул Бен. — Как это ты так сразу понял?
Хэл поспешно ухмыльнулся во весь рот.
— А я как-то за ним уже гонялся и остался с носом, ха-ха-ха!
— Да и Темный с ним, — снова сплюнул Натан, недовольно скривившись, — придурок, из-за него так пить захотелось! Пошли уже на реку!
Хэл кивнул и, достав флейту, заиграл протяжную, заливистую мелодию. Под ее нехитрые трели они быстро добрались до речной заводи и с наслаждением окунулись в прохладную темную воду.
Весь день мальчики купались, болтали, валялись на траве, собирали желтые кувшинки и беловато-розовые лилии. Когда солнце склонилось к закату, поднялись вверх по течению и наловили рыбешек самодельными удочками. Пока улов поджаривался на тонких палочках, Хэл сбегал в лес и принес пару куропаток — он знал наперечет все ловушки местных охотников и не гнушался таскать из них добычу. Птичек выпотрошили, срезали голову и ноги, обмазали глиной и сунули прямо в костер. Вскоре по сумеречному лесу змейками пополз дивный аромат жареного.
Время пролетело незаметно, как всегда бывает, если получаешь от жизни удовольствие. Лишь оставшись в одиночестве на окраине деревни, усталый, пропахший дымом и страшно довольный прожитым днем, Хэл вдруг почувствовал в глубине души какое-то неудобство. Рука сама собой потянулась к карману и нащупала в нем твердый корень неизвестного растения.