Как достать стража. Влюбить и присвоить (СИ)

- Перо! У меня перо, такое же белое, как у Евгении, но только на цепочках висят не камни, а небольшие коробочки. Как будто для камней второго пера, - ответила Настя.
- Посмотри, там тайника в пьедестале нет? – допытывалась Женька.
- Есть! Открылся вот только что! – запищала сестра.
- Настасья, ну не томи! Я иду к тебе!
И мы действительно пошли. Обе.
- Тут пусто… - пожаловалась нам Настя.
- Знаешь, у Жени в тайнике тоже были вещи, предназначенные совсем не ей, - постаралась приободрить ее я. – Туда или ничего не положили, или уже кто-то взял вещь, оставленную для него.
- Кто сюда мог сунуться, кроме нас? Для арсов эта башня священна, - возразила мне Настя.
- Например, наш отец – Вигмарий Фрей. Судя по пыли, он был здесь довольно давно. Еще до своего последнего перевоплощения в человека.
- А ведь верно, - кивнула Настасья. – Такое вполне могло быть. Нужно расспросить об этом Лошариуса. Он же застал тот период жизни отца.
- Да, - согласилась с нами Женька. – А еще, Фрей оставил нам много любопытных штуковин. Например, дневник или определитель магии. Он вполне мог все это найти здесь.
Я кивнула, потому что Женька озвучила то, над чем я давно думала. Очень уж в этих предметах искусная магия. Возможно, отец и был виртуозом в своем деле, но от вещиц веяло древностью, а значит, их создавали задолго до Вигмария.
- Давай, Света, твоя очередь.
Настасья кивнула на последний столбик с содержимым. На ровной поверхности лежало что угодно, но только не перо. Мне даже на секунду показалось, что из-под толстого слоя пыли сверкнуло нечто металлическое.
Я еще раз посмотрела на перо Настасьи и убедилась, что сестра права. Коробочки на ее артефакте очень хорошо подходили для каждого из камней, которые свисали с пера Жени. Словно две соединяющиеся шестеренки…
Можно было смело утверждать, что мы имеем дело со сборным артефактом. Примерно таким же, как Страж Леандора.
Я протянула руку к предмету. Пыль была мягкая и жирная, неприятно липла к пальцам, но под ней я чувствовала холод металла.
- Ну что там? – в который раз за вечер спросила Женька.
- Света, ты только не дуй. Лучше стряхни, - посоветовала наученная горьким опытом Настя.
Собственно, так я и планировала поступить. Предмет напоминал металлический ободок. Он был увесистым, его явно изготовили из ценного и дорогого металла.
Пыль осыпалась почти сразу, стоило мне побеспокоить веками покоящийся артефакт. В руках я держала изумительной работы венец, разумеется, из чистого золота. На сверкающей окружности имелись семь углублений по размеру крошечных коробочек, которые уже будут заполнены камнями стихий с артефакта Жени. Да, все как я и предполагала.
Впрочем, магия, которую излучала моя часть артефакта была знакомой – это была магия Китрэна, магия надежды Леандора, магия истинного короля. Каждое перо носило в себе отголоски всего спектра, а каждая часть в отдельности тоже являлась артефактом, только намного… намного слабее основного.
Что там говорила Женька? Перо исполняет заветные желания? Нужно только пожелать и захотеть? О, нет, это работает совсем не так, как артефактор я отчетливо это понимала и уже кое о чем догадывалась.
Первородные, чтобы не досталось врагу, разделили то, чем дорожили, что давало им силы, помогало во всех делах. Каждая из нас сейчас держала часть артефакта любви, возрождения, процветания и благополучия. Не ту реликвию носил Кайо, не ту. Да и Китрэн мой не знал о существовании…
 
Я не знала, что это такое. Нужно соединить части и посмотреть. Только вот проблемка – пока артефакт не собран, каждая из нас может касаться лишь своей части древней головоломки.
Ничего. И не с такими задачами справлялись.
- Настя, открой каждую из семи коробочек. Распахни крышку как можно шире, чтобы Женя смогла поместить в них камни, - попросила я сестру.
Открывались полости легко.
- Готово, - буквально через минуту сообщила Настя.
- Женя, постарайся не дотрагиваться до пера Насти и точно попасть нужным камнем в проем нужной коробочки.
- Да ладно тебе, Светка. Плавали, знаем. Магические вещи не терпят суеты и приветствуют точность и мастерство, - передразнила она меня. – Мастерства во мне, я вам скажу, отбавляй – меньше не станет.
Настасья нервно хохотнула, я же лишь покачала головой.
- Готово! – отчиталась Женька.
- Теперь аккуратно… Очень аккуратно подносите эти коробочки к венцу. Держитесь только за свои перья. Медленно опускайте в углубления, видите? – наставляла я, поворачивая венец так, чтобы сестрам было удобно расположить части в нужном порядке.
И как только артефакт собрался воедино, по всему залу разлился настолько яркий свет, что мы ослепли на какое-то мгновение. А когда пришли в себя и проморгались, оказалось, что в наших руках настоящая корона – величественная, изысканная, до краев напитанная мощной магией.
- Ух ты! – воскликнула Настя.
- Ничего себе сюрпризики, - усмехнулась Женя.
- Это корона истинного короля, - сообщила я сестрам. – Только владеющий древней магией света может носить эту корону, за ним пойдут все: люди, арсы и даже животные. Вы понимаете, что мы сейчас сотворили? – охрипшим голосом спросила я. Что-то разволновалась не на шутку. Не каждый день держишь в руках универсальное оружие добра.
- Конечно, понимаем! – кивнула Женька, хотя по глазам было видно – ничего-то она не понимает и пока не осознает.
Настасья была более осторожна и высказала предположение, которое оказалось почти правильным, за исключением того, что озадачило меня дальше некуда.
- Мы только что сняли проклятие с Леандора? – спросила моя старшая сестра.
На счет проклятья я была не уверена. Возможно, никакого проклятья и не было вовсе, но если возложить собранный нами артефакт на голову истинного короля, то Леандор начнет оживать. На голову Китрэна, потому что любого другого арса древняя магия тут же убьет.
Поэтому, по сути, Настя права, мы открыли двери добру, которое потоком должно смести всю пакость с прекрасной земли нашего нового мира. Но то, что сестра сказала потом...
- Еджайд сказал, что проклятье могут снять шестеро, в ком течет кровь первородных, - произнесла она задумчиво. – Ребят в сокровищницу не пустили. Я и мой не рожденный малыш – двое, Женька и ее не рожденный малыш – четверо…
Настасья замолчала и подозрительно посмотрела на меня. Женька, глумливо улыбаясь, тоже не сводила с меня глаз.