Как достать стража. Влюбить и присвоить (СИ)

Анализируя дневник Фрея, я могла сказать лишь одно – отец сам не представлял всей картины и того масштаба событий, которые произошли, и плоды которого мы теперь пожинаем.
- Позволь, я отнесу это в лабораторию. – Мидр почти с усилием отобрал у меня волосы Таэрта, покачал головой и сказал: - Тебе необходимо отдохнуть, Слана. На тебе лица нет. Китрэн, я надеюсь, что ты присмотришь за своей женой.
- Разумеется, - кивнул муж и взял меня под локоток.
- А как же?.. – я пыталась воспротивиться. Какой там сон, когда столько дел, а новые мысли все лезут и лезут в голову.
- Слана! Немедленно в кровать! Леандор противостоял захватчикам сотни лет, еще один день он вполне справится. Ступай! – строго наказал Орас.
И я послушалась. Почему, спрашивается, имея красавца мужа, я так оттягиваю возможность побыть с ним наедине, хотя не чувствую никаких угрызений совести? Или все же чувствую, несмотря на то, что ни в чем перед ним не повинна?
Наверное, я просто побаивалась смотреть Киту в глаза. Несмотря на то, что конфуза с королем у нас, хвала богам, не случилось, но я наблюдала его, простите, в одних колготках. Один виляющий королевский зад чего стоит! Даже вспоминать противно, а не вспоминать не могу, ибо картинка, как влитая, так и стоит перед глазами.
- Уже ухожу, птенчики, - улыбнулась Аора, едва мы вошли в спальню. – Кровать взбила, закуски оставила… Что еще?.. В общем, отдыхайте, а если что зовите.
И она ушла, а мы остались.
Как-то раньше, когда я злилась на Кита, а потом оправдывала его поступки и жалела, мне совершенно некогда было думать о какой-то интимности моментов. Теперь же, когда между нами давно все случилось, вдруг одолело странное чувство неудобства, словно обстоятельства отдалили нас друг от друга.
- Ты напряжена, мой Свет, - тихо произнес Кит. Он стоял позади меня, обняв руками, и дышал в затылок.
Было приятно до мурашек, и разговаривать не хотелось совсем. Вот ни капельки. Но придется отыскать правильные и нужные нам слова, чтобы ощущение отдаленности пропало. Время должно сближать пары, где есть взаимное притяжение, а недомолвки только рождают подозрения и сомнения в душах.
- Устала и… переволновалась, если честно, - ответила я.
- Артефакт не помог? – спросил муж.
Я повернулась к нему лицом и взглянула в самые синие в мире глаза, честные, открытые, мои. Сейчас там плескалась тревога и, наверное, страх. Нет, не перед тварями, заполонившими Леандор. Страх потерять то, что он лишь недавно обрел – доверие, семью, поддержку, но больше всего Китрэн боялся потерять меня.
А мне… Мне ужасно не хотелось, чтобы мой невозможный страж терзался напрасными сомнениями.
- Помог, - улыбнулась я. – Он не мог не помочь, просто произошло все несколько иначе. Присядем?
Мы сели на кровать, взялись за руки, и я стала рассказывать то, что Агиар никак не мог рассказать за столом. Мне же и в голову бы не пришло распространяться о событиях ночи даже родным, и только Киту можно было довериться. Выходит, за несколько дней он мне стал дороже и ближе всех?
Нет, сестер я любила по-прежнему беззаветно и горячо. Просто у них все сложилось – семья, быт, любовь, защита, которая всегда рядом, у Китрэна, при всей его внутренней силе и стойкости, была лишь я.
- Понимаешь, я чувствовала, что без амулета власти у нас нет шанса на победу, и в результате едва не проиграла Кайо. Если бы не Лош, как бы я смогла жить дальше? Как могла бы смотреть тебе в глаза? Как смогла бы уважать себя?
 
Китрэн вздохнул и совершенно неожиданно улыбнулся.
- Знаешь, Свет, все заканчивается лишь тогда, когда прекращается жизнь. Мне ты нужна любая, только живи, - сказал он. – А птичку вашу я сам готов с руки лучшей ветчиной Аэрлеи кормить.
- Клюв треснет! – пробурчала я, хотя где-то в душе… где-то очень глубоко, практически на дне, была с мужем солидарна. – Лучше поцелуй!
Да, иногда действия говорят больше чем слова, а уж ощущаются острее, теплее… Нет, очень, очень горячо они ощущаются!
Кит целовал меня так, как никогда: ни при первой встрече, ни даже в первую ночь. Это были поцелуи арса, который пытался осознать, что я в его руках и больше никто и никогда не посягнет ни на мое тело, ни на мою честь, ни на мою душу, а если и посягнет… О-о-о! Мало ему не покажется.
Я знала, что опыта в охмурении женщин у Кита практически нет. Это не дамский угодник Лесар, и не проживший всю жизнь при дворе Агиар. Но схватывал он налету, а учился всему еще быстрее. А главное, подкупала та искренность, нежность и неспешность, которыми были наполнены его движения. Да, сама судьба мне подарила этого великолепного мужчину. Он пока сам не представляет, насколько хорош, зато я это знала отлично, но сообщать ему даже не собиралась. Пожалуй, это будет моя единственная тайна, и ее я пронесу через всю жизнь.
- Свет мой… - шептал муж, мне же оставалось лишь подчиняться его силе, его воле, его любви, и делала я это с удовольствием.
А когда мы уже просто лежали обнявшись, я вдруг поняла, что всю мою усталость как рукой сняло. Кит по-прежнему обнимал меня, прижимая к своему горячему телу, словно боялся, что я исчезну, растворюсь, как дымка. Надо же, как магия истинного короля позволяет быстро восстанавливаться, это, скажу вам, не какой-то самозванец-Кайо с присвоенным амулетом. Тут действует вселенская справедливость и природная магия.
Сам Китрэн выглядел бодрым и очень довольным жизнью.
- Я рад, что ты выбрала меня, Свет, - признался он. Да, вот так просто поделился своим самым страшным секретом, который явственно читался между строк.
Что ж, теперь моя очередь, ибо долги нужно отдавать, а не накапливать.
- А кого я по-твоему могла там выбрать? – рассмеялась я. – Уж не Таэрта ли? Как говорится, одинаковая упаковка, еще не гарантирует идентичного содержимого.
- Упаковка? Идентичного? – переспросил муж. – Иногда я тебя совсем не понимаю, хотя очень этого хочу.
- Забей, - вздохнула я. Какие же темные эти светлые арсы.
- Что забить? – глаза Кита расширились от ужаса.
- Ничего не забить, - улыбнулась я. – Это такое не самое хорошее выражение, а учить тебя плохому, я не намерена.
- А если я хочу?
- Что ты хочешь? – я с подозрением посмотрела на Кита.
Муж был серьезен и, что тревожило, решителен, словно готовился проявить доблесть и отвагу в смертельном бою.
- Научи меня плохому, Свет! – выдохнул он.
Я же… я повернулась, обняла его крепко-крепко, и расхохоталась. А когда отсмеялась, то уже совершенно сказала этому недоверчивому арсу: