Система. Осколок Силы (СИ)

Закончив свою импровизированную самоподбадривающую речь, гоблин сосредоточился на своих ощущениях в попытке понять текущую ситуацию и очень сильно удивился. Все те многочисленные повреждения, что гоблин получил в недавнем бою, практически зажили и сейчас не представляли никакой опасности для жизни!
Нет, раны всё ещё были весьма серьёзны, и в ближайшее время Фил точно не боец. Но всё оказалось не столь грустно как показалось изначально. По всей видимости, здесь имело место быть некое магическое воздействие, которое, причём, всё ещё и продолжало оказывать положительное влияние на здоровье гоблина. И, вполне очевидно, кто именно решил его исцелить…
Всё то время пока Фил пытался прийти в себя, попутно притворяясь спящим, спор двух незнакомцев (которые по всей видимости и спасли его) не просто не утихал, но наоборот разгорался всё больше и больше.
— Это потому, что у вас либеретов всё не как у людей. Даже своровав наши технологии не можете нормальные протезы состряпать.
— Ааа, так значит это мы у вас технологии воруем, да? А ничего что демириловые поля как раз таки наш учёный открыл?
— Да что он у вас там открыл? Так, обобщил всё что мы до него придумали, да и выдал за своё.
— Сказал гроб, после того как своровал половину винных рецептов у Святого Деверегустина…
— И вот опять! Чуть что так вы этого Тегустрина поминаете…
— Деверегустина!
Фил аккуратно приоткрыл глаза. И тут же чуть не запищал от радости, когда увидел, кто именно его спас.
Целых ДВА исследователя! Да ещё и не примкнувших к богам и Смотрителю! Пусть они и не гоблины, а люди… Но удача всё равно на его стороне! Если они смогут выжить и добраться до нужного поселения, то есть все шансы на то, чтобы склонить их в нужную сторону.
Правда, искреннюю радость гоблина омрачил уже другой факт, когда Фил перевёл взгляд и увидел своего дорогого товарища. Бедный Морсик… Как же сильно он пострадал. Да на нём же живого места не осталось, но при этом… Он всё равно не бросил своего хозяина и унёс его прочь от беды.
Проклятый Ужиран! Если бы только не его поганое проклятье! Филу, скрывшемуся в пасте своего питомца, повезло избежать его губительного воздействия, но вот Морсик принял на себя всю его мощь. И теперь драконобраз медленно умирал, неспособный подавить превосходящую магическую мощь, что Ужиран вложил в свой предсмертный крик.
Будь Морсик в форме, то он смог бы с этим справиться. Ведь он драконобраз, а они славятся своей превосходной защитой. Но после тяжёлого боя, бедный дракон был серьёзно истощён и сильно растерял в своих защитных характеристиках, из-за чего и не мог подавить враждебное проклятье, что капля за каплей выпивало его силы. Поэтому теперь его душа балансировала на грани жизни и смерти и в любой момент могла переступить ту самую черту, после которой возврата уже нет.
«Прости меня, дружище. Это я во всём виноват»
Но ничего уже не поделать. Остаётся только уповать на то, что организм дракона, каким-то чудом сможет одолеть проклятье. Правда шансов на это почти и нет.
Быть может, если попросить, то исследователи смогут как-то ему помочь?
— …всем горластым бы бошки поотрывал!
— Кровопийца!
— От либры слышу!
Ан нет, вопрос закрыт. Им сейчас явно не до этого. Хоть бы они друг друга не поубивали.
Тут спор двух игроков внезапно затих. Удивлённый такой резкой перемене, Фил со стоном приподнял голову и тут же оторопел от увиденного. Похоже, все планы на этих двоих накрылись большим и пушистым песцом. Да и со своей жизнью можно уже попрощаться.
То, чего Фил опасался ещё после пробуждения, всё-таки случилось. Часть враждебной стаи вопреки всему смогла выжить и явилась закончить начатое.
Теневые дрейки. Мелкие родичи драконов, по одиночке, не представляющие большой опасности, даже не смотря на их врождённые магические способности. Но когда наступает ночь, то быть беде. По ночам, особенно если соберутся в стаю, они могут одолеть даже превосходящих по силе существ, при этом с минимальными потерями с их стороны.
 
А всё дело в их особом умении. Теневое стремление. Когда наступает ночь, дрейки преображаются, меняя своё оперение с синего на тёмное и обретают мощные способности к магии тени, что делает их крайне опасными противниками. Мало того, что они мастерски скрываются в тенях и до момента атаки их невозможно разглядеть, так они ещё и передвигаться начинают с бешеной скоростью, что делает попытки их обнаружить ещё более тщетными.
Это хорошо ещё, что из-за того, что они не переносят холод, на Тёмной стороне их обычно не встретишь. Но не в этот раз. Сейчас их направляет воля Смотрителя, и они не могут ей сопротивляться, даже не смотря на все неудобства, что испытывают от чрезмерного мороза.
Поэтому теперь исследователям предстоит сразиться аж с семнадцатью дрейками. Казалось бы, что могут сделать эти семнадцать птах-переростков вооружённым до зубов исследователям? Но верней будет перевернуть вопрос. Что могут сделать бедные исследователи этим семнадцати чудовищам? Правильный и, к сожалению, единственный ответ: умереть. Быстро и безболезненно, если не сопротивляться.
Фил, от отчаяния, сжал кулаки. Если бы только он был в форме, если бы только не был так истощён… Он бы смог выиграть им время для побега. А сейчас гоблин может лишь наблюдать за скоропостижной гибелью последней надежды на спасение его рода.
Исследователи приготовились отбиваться, но всё было тщетно. Дрейки превратились в смазанные тени и молниеносно рванули на двух людей. Теперь уже ничто им не поможет…
«Пф!»
Шмяк!
Неожиданно все дрейки вывалились из своих теней и неуклюже распростёрлись на поляне. Как это? Игроки рванули, и два ранее непобедимых монстра тут же распрощались со своими жизнями. Не может быть!
Фил недоумённо повертел головой, силясь понять, что же произошло. Кажется, перед их атакой он увидел некую вспышку.
«Пхы-пхы!»
Вот опять! Гоблин с трудом развернулся и наконец понял в чём дело. Костёр. Неужели это… Истинный свет! Ну, конечно! Истинный свет развеивает тень, и из-за этого дрейки потеряли своё преимущество. Как же он сразу не догадался!
А эти исследователи не так уж и просты, раз смогли создать Истинный свет там, где его невозможно зажечь. Похоже у них есть все шансы выйти из этой битвы победителями.
Гоблин стал с интересом наблюдать за развязавшейся схваткой. Пусть по началу дрейки и были ошеломлены светом, но затем быстро пришли в себя и вновь ринулись в атаку. Игроки же как могли от них отбивались. И так уж вышло, что бой разделился на две части, по числу сражающихся исследователей.
Первой была белокурая девушка - Адель, что сразу же удивила гоблина своим необычным навыком. Разве Истинный свет не должен рассеивать невидимость? Или сила волшебного костра работает только против тени? Скорее всего так и есть. Похоже, что чуда не случилось и никакого Истинного света зажечь здесь так и не удалось.
Девушке досталось всего семь противников и благодаря способностям к сокрытию ей было явно проще чем её спутнику. Если бы не Сфера Ясновидения, то Фил бы даже не смог следить за ней. Но благодаря этому, едва ли не самому полезному предмету на всём Полигоне, он смог во всей красе увидеть, как умело девушка держалась против своих врагов.
Ловко орудуя копьём, Адель смогла одолеть уже трёх дрейков. Но при этом было видно, что далось ей это нелегко. Её лицо скривилось, а руки так и норовили коснуться сердца, будто пытаясь унять его боль.
Понятно. По всей видимости, её магический дар недостаточно развит, и она не может долго бороться с губительным действием Великой силы. Проблема эта давно известная, но быстрого решения у неё нет. Ей остаётся только терпеть эту боль и молиться всем своим богам, чтоб магия в её сердце не обратилась против неё самой.
А вот Дор – её спутник, по всей видимости ни от каких магических травм не страдал. И это не смотря на то, как красочно он начал этот бой! Стоило его противникам оклематься (после выпадения из тени) и собраться в кучу для решительного удара, как игрок тут же запустил в них мощный огненный шар. А потом ещё и ещё один! Пусть силы этого заклинания и не хватило чтобы сильно ранить устойчивых к огню дрейков, но зато оно позволило дезориентировать и раскидать их в разные стороны. Благодаря чему игрок без проблем смог убить ещё троих монстров метко пробив тремя копьями их тушки.