Зов девы. Да распахнутся крылья (СИ)

Меня накрыло чужой болью. Я не могла сделать вдох и пошатнулась. Упасть мне не дали заботливые руки хранительницы, бережно обнявшие меня, словно заслоняя от чужих чувств.
Судорожно вдохнула, чувствуя, как паника постепенно утихает.
— Вот так, дыши. — хранительница прикоснулась холодной ладонью к моему разгорячённому лбу. — Это не твои эмоции и мысли, ты можешь оградиться от них, — шептала Белослава.
Я сдержанно кивнула и вновь посмотрела сквозь полупрозрачную дымку.
— Это…
Я ошеломлённо замерла. Никто из древних колдуний не видел за своим горем, как сквозь тучи показался скромный солнечный луч. В его свете сверкало серебро крыльев ангела, которая держала окровавленное тело девушки.
— Это вы виноваты! Вы!
Затихшие было рыдания разродились упрёками.
— Я отомщу за её смерть! — зло бросил Витослав и кинулся прочь.
— Стой, Витослав! — Демира попыталась перехватить парня, но тот уже скрылся среди деревьев.
— Оставь его Демира.
Властно прозвучавший голос вызвал рой мурашек по всему телу. Я скосила глаза на свою хранительницу, но та лишь молча указала на временной разрыв.
— Белослава?!
Женщины все как одна ахнули. Раздались нестройные рыдания, когда к их ногам опустилось тело юной колдуньи.
— Как такое возможно?! Ты же…
— Тише!
Белослава одним рывком вынула лоснящиеся чернотой кинжал и отбросила его в сторону. Зажала ладонями кровоточащую рану и оглянулась.
— Агния, тебе отдельное приглашение необходимо?! Живо иди сюда!
— Она ещё…
— Да, но умрёт, если ты продолжить стоять столбом!
Срывая с груди хрустальное сердце-кулон, женщина упала на колени рядом с девушкой. Сверкнула алая вспышка.
Видослава застонала и распахнула глаза. Запоздалый испуг заставил схватиться за грудь. От раны напоминала лишь окровавленная рубаха.
— Бела? Ты? Но как? — залепетала юная колдунья.
— Нет времени объяснять., — тряхнув несколько раз крыльями, Белослава посмотрела за спины столпившихся женщин, — у нас гости.
Из леса показались звериные морды. Шаг за шагом волколаки окружали женщин.
— Вида, послушай! — Белослава рывком подняла девушку на ноги. — Я тебе помогу проскочить, но ты унесёшь артефакты!
— Что?!
— Бела, ты в своём уме?!
— Что происходит, Бела?!
Посыпались недовольные возгласы.
— У НАС больше нет шанса воспроизвести обряд! Было опрометчиво вообще пытаться…
— Но я… — Видослава попыталась возразить, но одним движением руки Белослава остановила её.
— Я знаю, Вида! Знаю, — Белослава одарила тяжёлым взглядом незадачливую колдунью, — но я строго настрого запретила даже пытаться проводить обряд, если со мной что-то произойдёт!
— Хватит играть в гляделки!
Одна из женщин выступила вперёд и одним слитным движением проткнула остриём посоха двух волколаков, так опрометчиво кинувшихся на них.
— Вот же ж…
Посох защитил, насадив на себя тела зверей, словно на пику, но стал бесполезен, застряв в ещё горячей плоти.
Воцарилась гробовая тишина. Даже ветер стих. Женщины замерли в ожидании. И вдруг… раздался оглушающий вой сотни магических отродий, сквозь которой слышался отвратительный смех.
— Убить!
Я чётко слышала команду, но обладателя голоса во временном окне, как не силилась рассмотреть не смогла. Тем временем мне открылось просто кровавое буйство.
Став плечом к плечу, женщины прошептали лишь несколько слов и их окружил еле видимый силовой барьер, который жестоко убивал напоровшихся на него исчадий. Волколаки же кидались на него, обезумев от запаха крови сородичей.
— В сторону.
Рыжие волосы разметались, по виску стекала багряная дорожка, но Демира, с лёгкостью отстранила бьющуюся в бессильных попытках вызволить свой посох женщину. Одним рывком вырвала посох, стряхивая с него капли чужой крови.
— Не гневайся, Доброгнева, — Демира усмехнулась, — пусть ты и захочешь оторвать мне сейчас голову лично.
Под гневный возглас в руки ошеломлённой Видославы был впихнут окровавленный посох. Откинув полы разодранного плаща, Демира расстегнула пояс от ножен. Женщина вздохнула, любовно погладив эфес, и с силой, словно боясь передумать, передала его Белославе.
 
— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь!
Демира отвернулась, направившись к краю барьера, достала оставшиеся спрятанные в одежде кинжалы.
Барьер трескался, словно хрусталь. Его разрушение — дело короткого времени.
Сверкнул солнечный луч, отразившись от покачнувшихся рубинов. Временной проём сместил угол обзора, и я обомлела. Такой красивой женщины я ещё не видела. Казалось, само солнце поцеловало её волосы. Глаза сияли, словно звёзды, отражая небосвод. Правильные и аккуратные черты лица, словно из-под руки искусного мастера…
— Да нет, дорогая, ты уже давно видишь это лицо из дня в день, — хранительница тепло приобняла меня за плечи. — Просто твоя подруга ещё юна и не расцвела. А Веде здесь двадцать пять.
— Красотка, а обзывали старой девой, как и…
— Видослава!
И вновь на еле подавшую голос Деву шикнула моя хранительница.
Да, что же с этими двумя?
Я нахмурилась, но вернула внимание к дымке временного разрыва.
— Видимо, нашу работу придётся завершить нашим потомкам. — нежным колокольчиком прозвучал голос златоволосой красавицы. — Мы допустили ошибку и не справились. Так пусть же сильнейшая из моего рода обретёт мощь в Оке Зари. — с этими словами женщина аккуратно извлекла чёрный бархатный мешочек, и также аккуратно завязала его тесёмки на шее Видославы.
Агния без лишних слов вручила ошалевшей от происходящего девушке кулон-сердце.
— Ангелия?
Склонив голову к плечу, Белослава ждала ответа от последней из женщин. Они обменялись тяжёлыми взглядами, будто вели неслышный спор.
Ангелия опустила плечи и покачала головой. Её тёмно-карие глаза пригвоздили к месту испуганную Видославу. Приняв решение, женщина наклонилась и силой заставила девушку вплотную приблизиться к себе.
— Слушай внимательно, Вида, — она сжала плечо девушки, заставив ту ойкнуть от боли, — я не Бела, я тебя, если и найду с того света, то только затем, чтобы всыпать как следует! — в голосе женщины слышался металл, но в следующую секунду она порывисто обняла пискнувшую Видославу. — Несносный ты ребёнок! — Ангелия украдкой вытерла выступившие слёзы и отстранилась. — Вида, тебе придётся попасть сначала в нашу избу. В моей горнице откроешь сундук, что я держу в изголовье кровати…
— Но…
— Не перебивай!
— Поспешите! Барьер вот-вот рухнет! — Доброгнева успела найти обгоревшую толстую ветвь и готовилась ею отбиваться от волколаков.
— В сундуке лежит яйцо. Его ты и должна укрыть в тайном зале.
— Но, как же…
— Барьер!
— Уходим Видослава!
Утробный рык, казалось, раздался совсем близко. Истошные крики раненых женщин оглушали. Взметнулись крылья, скрыв в облаках две женские фигуры.
  
Глава 34. Болезненная правда
 
Временное окно вновь затопил белёсый непроглядный туман. Всего мгновение, и мы увидели новую картину…
Бор полукольцом стоял вокруг небольшой опушки рядом со скалой. На первый взгляд ничего примечательного, но стоит лишь присмотреться и глазу открывается вход под каменный свод, искусно прикрытый кустистой зеленью.
Из тьмы скальной расщелины показалась женская фигура… Видослава уже хотела шагнуть под свет дня, как неожиданно замерла на самом краю.
Лес смолк — ни ветер, ни зверь, ни птица не нарушали могильной тишины.
Резкий треск заставил дёрнуться, но я продолжала следить за поляной во временном разрыве.
С глухим полустоном-полурыком на прогалину с ношей вывалился богатырь.
Иначе я просто не могла описать этого крепко сложенного мужчину. Высокий рост, широкий размах плеч…
Над ухом раздался сдавленный вздох, заставивший отвлечься от разглядывания выдающегося мужчины. Я оглянулась на свою хранительницу. Она была бледная, словно смерть. Не будь она ангелом, решила бы, что её удар сейчас хватит.