Лица в масках (СИ)
Мужчина неодобрительно поджал губы.
— Не советую играть с огнём, — покачал головой он. — Твоё положение не простит такого поведения и таких речей.
Сглотнув, Лео попыталась отступить, но в результате лишь согнулась — длина отпущенной ей свободы оказалась невелика. Получился этакий своеобразный поклон.
— Я, конечно, просил тебя быть более откровенной, но в рамках установившихся между нами взаимоотношений, — проследив за собеседницей, сказал мужчина.
— Я рабыня, а вы — господин? — стоя в той же позе, уточнила Леоника.
— Не так грубо. Пленница и стражник.
— Этот вариант прав мне не добавляет.
Продолжить разговор им помешал Бык, заглянувший в комнату.
— Долго вы ещё? — пробурчал он. — Я куртку не взял, а тут вообще-то холодно.
— Уже идём, — махнул рукой мужчина, продолжая сверлить взглядом затылок склонившейся перед ним девушки.
Кивнув начальству, телохранитель исчез так же неожиданно, как и появился. А надзиратель молча ослабил натяжение привязи, дождался, когда Леоника поднимет на него глаза и сделал приглашающий жест рукой в сторону выхода:
— Прошу.
Вздохнув, Лео обречённо поплелась к двери, а мужчина потянулся, прихватил со стены свой фонарик, затем ловким движением подцепил со стула куртку и направился следом. Благо, штаны уже и так были на нём.
Бык ожидал их у последней ступеньки, лениво поигрывая светом и выхватывая из темноты то часть дороги, то нависшую над фургоном ветку, то пожухлую траву, то кучу листвы. Дождь благополучно кончился, и вокруг стояла звенящая тишина, в которой прекрасно чувствовалось напряжение.
— Бык, ты замыкаешь, — поравнявшись с товарищем, обронил мужчина.
Снова кивнув, телохранитель пристроился в хвост процессии. В таком порядке они обошли фургон и остановились у правого заднего колеса. Неожиданно Лео нервно хихикнула, за что была тут же ослеплена изрядно напуганными спутниками.
— Ай! — зажмурилась девушка. — Уберите свет!
Мужчины поспешили выполнить просьбу пленницы.
— Прости, ты застала нас врасплох, — подал голос её надзиратель. — Что случилось?
— Ничего особенного. Просто вспомнила, что с этими колёсами я уже мучилась, когда удирала от вас с демонами на борту. Представляете, они провалились в такую глубокую яму, что без подручных средств было никак не выбраться. Еле справилась, а сколько нервов потратила!.. И вот снова, торопимся, проваливаемся… Похоже на злой рок.
— Да нет, всё логично, — вставил Бык. — Скорее всего, при прошлом падении была серьёзно повреждена резина, а сегодня она просто не выдержала нагрузки.
— Возможно, — задумчиво покивал мужчина. — Но всё равно не вовремя. Кстати, — он вдруг резко вскинул голову, — а домкрат у тебя имеется?
— Разумеется. Рядом с запаской лежит.
— Хорошо, — Луч света упал девушке под ноги. — Тогда веди нас к багажному отделению.
Зябко обхватив себя за плечи, Лео медленно развернулась и поплелась обратно, показывая дорогу охранникам. Но не успели они сделать и нескольких шагов, как вдалеке забрезжил свет фар, и Леоника встала как вкопанная, едва поравнявшись с задними дверьми.
— Не стой, пошли, — Мужчина легонько толкнул её в спину, однако Лео не сдвинулась с места. — Если ты сейчас не уйдёшь с дороги на обочину!.. — яростно зашипел он.
В ответ девушка бесстрашно повернулась лицом к надзирателю и, невозмутимо глядя ему прямо в глаза, с вызовом спросила:
— То что?
— То я уведу тебя силой и последние крохи того шаткого доверия, что есть между нами, будут погребены в одной из ближайших ям!
Отбросив гордость, Леоника мелко задрожала.
— Вы… — Голос не слушался её, но она всё-таки нашла в себе силы продолжить: — Вы убьёте меня?..
Мужчина ухмыльнулся:
— Нет, это образно. Я доставлю тебя Борову. Но всю дорогу ты будешь тихой и послушной… — Он сделал небольшую паузу и рявкнул: — Потому что я засуну тебя в рот кляп и намертво примотаю к дивану!
От неожиданности Лео села прямо в грязь.
Мужчина склонился над ней и тихим голосом, внушающим ещё больший ужас, продолжил свою речь:
— Я знаю, на что ты рассчитываешь. Поверь, эти люди, если и остановятся, в чём я сильно сомневаюсь, вряд ли заметят твоё затруднительное положение. И виной этого будут они сами. Люди намеренно не замечают ничего, что может нарушить их спокойствие. Поэтому вмешиваться они, скорее всего, не станут, даже если ты будешь кричать о помощи, чего мы, разумеется, постараемся избежать. В конце концов, если предположить совсем уж невозможный сценарий развития, Бык легко справится с кем угодно, да и я стоять в сторонке не стану. А тебя, во избежание дополнительных проблем, мне придётся оглушить. По-моему, твоей изрядно настрадавшейся голове уже хватит.
Не найдя достойных аргументов для возражения, Леоника была вынуждена подчиниться. Дрожа от страха и холода, она поднялась с земли и последний раз взглянула на дорогу, отметив, что у машины не работает левая фара. Но эта информация ни о чём ей не говорила. А уже за углом на худые девичьи плечи опустилась тяжёлая кожаная куртка, пожертвованная охранником. Вот только Лео этого благородного жеста даже не заметила, полностью погрузившись в свои невесёлые думы.
***
Виктиандр
Машина с тремя демориатами на всех парах неслась сквозь кромешную тьму, подпрыгивая на ухабах.
— Ну куда ты так гонишь?.. — вцепившись дрожащими руками в сиденье, в сотый, наверное, раз вопросил Пьерлонт.
— Мы торопимся, каждая секунда на счету, — сухо откликнулся Вик. — Надо обернуться за сутки, чтобы успеть вернуть автомобиль.
— Ты учти, если мы разобьёмся, то возвращать будет уже нечего! — не оставлял попыток достучаться до друга Пьер. — И твою человечку спасать тоже будет некому!
— А разве мы собираемся возвращать эту машинку? — влез в разговор Дрейлинд, обеими руками прижимая к груди ремень безопасности. — Резвенькая, крепенькая… Даже не стучит и не скрипит! Соврал нам мужичок.
Пьерлонт покосился на коллегу и, подумав, тоже поспешил пристегнуться. В автомобиле остался лишь один демориат, больше доверяющий своей реакции, чем человеческой технике безопасности.
— Сдаётся мне, он собирается смотаться с нашими лошадьми, — угрюмо заметил седой капитан. — Если уже не…
— Ой, не думаю! — беззаботно отмахнулся Дрей. — Вот окажись это действительно убитая машина, то обмен был не в нашу пользу. А так я ещё не знаю, кто в конце концов выиграет…
— Он. Особенно если мы погибнем.
Дрейлинд ощутимо пихнул коллегу локтем в бок:
— Да ладно тебе трусить-то! Или ты из-за лошадок так переживаешь?
Пьер смерил молодого демориата презрительным взглядом и без лишних слов отвернулся к окну. Минута езды прошла в молчании.
— Вы зря судите по внешности, — внезапно подал голос Вик, — она часто обманчива. Человек, как и его автомобиль, не внушал доверия, не спорю. Но машины и их хозяева обычно похожи.
— Намекаешь, что за его грубостью и недоверием, за низким росточком с бородой и маленькими глазками, за общей неопрятностью и противным скрипучим голосом прячется золотая душа бесконечной доброты? — не скрывая сарказма, вопросил Пьер.
— А почему нет? В их мире только так и может спрятаться искренне отзывчивый человек.
— И тебе стало его так жалко, что ты решил вернуть машину?
Виктиандр кивнул.
— Не хочется обманывать бедного человека, — пояснил он другу. — Судя по толщине его скорлупы, он так настрадался от себе подобных, что удивительно, как ещё умудрился не потерять веру в хорошее. Не хочу уподобиться людям и случайно оказаться тем, кто убьёт в нём этот чахлый росток.
Забыв об осторожности, Пьер подался вперёд и обнадеживающе похлопал собеседника по плечу.
— Погоди, это ты ещё не сталкивался с профессиональными лицедеями! — с сочувствием произнёс он. — Поверь, наши по сравнению с ними — дилетанты. Ты вовек не отличишь правду от лжи, а маску от истинного лица. Порой мне кажется, что они так срастаются со своими образами на время выступлений, что потом с мясом отдирают их от своих душ, — Демориат откинулся обратно на сиденье. — Нет, к людям так относиться нельзя. Как они к нам, так и мы к ним! И никак иначе!