Илья Ильф, Евгений Петров. Книга 1
Кто будет говорить раньше речь над могилой.
Что странно для иностранцев в Москве — духи, продающиеся в комиссионном магазине.
Доктор Страусян.
Частники и соучастники.
Пафосный язык.
Палыты заброняется.
Подивись на всi стороны.
Острежиться злодiїв.
Глядя на него, перестаешь верить, что человек произошел от обезьяны, — начинаешь верить, что он произошел от коровы.
Кариатиды в комнате.
В зоосаду некоторые звери сумасшедшие.
Атлетический нос.
Человек нес яйца в сетке. Удивительно было то, что их было 3.
Низко на поле горели лампы. Трава чистила ботинки. Росли цветочки. Стояли часовые. Бледно светили автомобильные фары. Уезжающие стояли с бледными лицами — боялись, что их будут бить. Потом выбросили корреспондентов за борт, в море зеленой травы. Принесли в жертву.
Фигура человека, первый раз полетевшего.
Прогулка в воздухе. Желая во что бы то ни стало попасть в число участников, все начали с маленьких подлостей, а окончили такими большими, что произошел общий крах.
Дворницкие номера. Из этого можно было судить, что дворников в городе 9000. Почему бы не завести номера для других профессий. Тогда обнаружилось бы, что композиторов только трое, а золотарей 389. Можно с литерой — К-2112, что значит — кондуктор 2112.
Военно-полевые цветочки.
Регистрация граждан, желающих кушать ананасы.
Анализ мочи — на стол мечи.
Внесметные и сверхсметные толпы.
Акушерка Интересных-Девушек.
Пальма в салоне под ведром с квасом, который изготовлен артелью частников, сочувствующих Советской России.
«Бойтесь, дети, лени, как дурной привычки. Каждый день читайте по одной страничке». Это относится также и к взрослым. Таким образом через 412 дней любой взрослый прочтет роман И. Ильфа и Евг. Петрова «12 стульев» (2-е издание ЗИФ, Москва. Стр. 412). Впрочем. взрослые давно, как видно, избавились от дурной привычки и прочитывают роман в течение одного дня.
В окнах пейзажи. Написанные, они вызывали бы скуку.
Узнавание Москвы в различных частях Ярославля. Очень приятное чувство.
Вывез дочь на пароход, чтобы найти ей жениха.
Витрина «Швея». Две куртки — милиционера и пожарного.
Шофер Сагассер.
Чуть суд — призывали Сагассера — он возил всех развращенных, других шоферов не было.
Шофер блуждал на своей машине в поисках потребителя.
Бульвар Молодых Дарований.
С криком «Не видала ты подарка» бросали в воду разные предметы.
Добровольная пожарная дружина добывает себе средства эксплоатацией магазина гробов.
Гулкая зала суда. Реплики грохочут. Заседатель, у которого только один вопрос: «А вы с ним давно знакомы?»
Уборная, где надо становиться на цементные выпуклые подошвы.
Беспокойный город. Все что-то хотят купить и нервно входят и выходят из магазинов.
Питание — источник жизни человека.
Стригут и бреют газон.
Ну, как ваши воры, негодяи и государственные преступники?
Надо показать ему какую-то бумагу, иначе он не поверит, что вы существуете.
Хрустальная мечта — получить выходное пособие в 100 рублей.
Вы шкура! Этим я хотел определить место, которое вы занимаете среди полутора миллиардов людей на земле.
Дух аферы.
Фотограф. Фон — колоннада и «Аврора». На углу висит матросская форменка для желающих сняться в этом боевом виде.
Он сказал со злостью: «Вы уже уволены. А жена ваша лишена карточки».
Хохотала, хохотала, пока не охрипла.
Заработок — переносил людей через грязную улицу — брал 2 коп. За право перехода по доске — 1 коп.
Кино приехало.
И дробил его копытами.
«Дзет» — леденящий душу звук звонка.
Кипятил свои мозоли.
Наездники — в каких париках?
Человек из тех, которых воспитал «Вестник знания».
Артель «Красный петух».
У нас общественной работой считается то, за что не платят денег.
Самоубийства дворников весной, когда в апреле внезапно выпадает густой снег.
Пошел, пошел шурупы делать.
Вывесили все лозунги, потому что не знали, кто едет.
Что ж ты, осел (при игре в домино).
Как многие из малограмотных, он очень любил писать, и не столько писать — просто он уважал те приборы, которыми пользовался, — чернильницу, пресс-папье и толстую сигарную ручку.
Женщина в постели — волна в ящике.
У растолстевшей девушки бедра сделались большими, как у извозчика зимой.
Добро пожаловать к нашему шалашу.
Медицинские весы для людей, уважающих свое здоровье.
На островах Жилтоварищества.
Сушил усы грелкой. Любимое было удовольствие.
Носильщики, даже эта замкнутая корпорация, знают о Пате и Паташоне.
Любовный вздор.
Город для бездельников.
Рубашка «Парагвай».
Рубашка «Лето».
Пошел, пошел в избачи!
Не давите на мою психику.
Лицо, не истощенное умственными упражнениями.
Он хотел дружить с девушками.
Человек, получивший комнату, невыносим. Он требует восторгов сначала молча, а потом и иными способами, он обращает внимание гостя на достоинства плинтуса, на чудный сад, на величину комнаты и т. д.
Рюрикович. Цесаревич.
Магазин дамского трикотажа. Мужчины сюда не ходят, и дамы ведут себя совершенно как обезьяны. Они обступили даму, примеряющую пальто, и жадно ее разглядывают.
— Это не в интересах концессии, — ответил приказчик на просьбу снять с витрины жилетку.