Илья Ильф, Евгений Петров. Книга 1

— Кина не будет! — раздался крик на докладе, и зал опустел.
Контора заготовляет голубиный помет или тигровые кости (или башлыки).
Куриная грудь.
Плоская ступня.
Сволочь из почтового отделения и его аманта.
 
 
Малачи, грусть, малачи.
 
Не теронь старых иран.
 
 
Распутин местного почтового отделения.
Стютюэтки.
Пардон, еще пардон.
Памятник Марксу и надпись: «Царю-Освободителю».
Человек не выносил вопроса «А правда, что его жена живет с N.?»
Ну, я не Христос.
 
 
Содержимое этой тубы
 
Спасет ваш рот и зубы.
 
 
Время, когда все рекламы были в стихах.
Влюбленный мелиоратор переводит соперника дамы сердца в разные города.
Город развлечений.
Ко мне хорошо относятся крестьяне обоего пола.
У обезьян крадут бананы и снабжают ими Москву.
Загорелся сыр божий.
Остался с пиковым носом.
Людев нет.
Я человек маленький, в старое время — коллежский регистратор.
Что вы испытываете, ковыряя в носу? Наслаждение или тоску?
— Прошлое?
— Нет. Предыдущее.
Вывалив язык, бежал человек.
Из гравюры предложили сделать пьесу.
Порвал с сословием мужчин и прошу считать меня женщиной.
Паладимов. Суязов. Саванарыло.
За обедом дама в седых буклях выхватила «Луку Муди-щева» и читала, не отрываясь и смущая этим даже мужчин.
Мадам Безлюдная.
Ежемесячный календарь «Циклоп».
Раскаявшиеся халтурщики.
Братский союз кирпичей.
Цигаретки.
Роман из анекдотов «об одном еврее».
Сидя на кукеречках.
Нормальный железнодорожный пейзаж.
— Крепкий у вас волос, — сказал парикмахер, который в будние дни играл на скрипке.
Золотой теленочек.
Жаре навстречу.
В марте в саду растут розги.
Между нами был буржуй старый, Столыпина адъютант.
Говорил «слушаю» в телефон всегда не своим голосом. Боялся.
Всюду утечка, а в трамвае нет утечки.
— Сходите?
— Схожу.
И Жилкин сходит.
Эх, был у меня друг хороший, Григорий Григорьевич Языков.
На кухне: Выполняй, выполняй постановления 15-го съезда.
Внезапно в теазал вбежали пожарные и затрубили. Паника. Оказалось, что анонс лотереи.
Человек, изобретший средство от лысины.
Великий человек приехал, и весь город стащили в музей.
Магазин «Трубы и барабаны».
 
Кот-идиот. Когда ни откроешь дверь, он обязательно влезет в квартиру. И ничего за три года не нашел, а лезет.
Оркестр в кино. Свист флексатона, унылое веселье.
Исторический материализм верен.
Кольцо с масонскими знаками. Череп и кости. Имеется отделение для яда.
Я требую жертв.
Двое в АХРРе. Зажиточный доктор смотрит сквозь кулак. Его спутник в пенсне и смотрит еще через пенсне, которое держит, как лорнет. Мнения не высказывают. Достойно молчат.
Нашему тыну двоюродный плетень.
Путешествие в страну идиотов.
Тов. Кретищенко.
Не волнируйся.
Канибалкер.
Пожар на складе стекла зимой. Горы льда со стеклом.
Преждевременная аллея.
Упрямый центр.
Железнодорожное обдирательство.
  
1928
 
Мещанская родословная. Сам служил, и деды служили. Дед нашел знаменитую ошибку в копейку в балансе Государственного банка и тем выбился в люди. Внук этим гордился так же, как гордятся все аристократы.
Слабый пол доводит примус до безумия, накачивая его так, как ни один мужчина не посмеет.
Во дворе была когда-то скульптурная мастерская. И до сих пор стоит посреди жилтоварищеского дома конная статуя Суворова и пешая какому-то герою 12-го года, а какому, уже нельзя узнать. Видны только баки Отечественной войны.
В разговоре беспрерывно: Да, но это же техническая неграмотность.
Палата мер и весов. Самая главная палата. Палата мер и весов решила… Палата постановила…
Мелом по воде.
— Мы пастухи. — Так рекомендуются пришедшие на межведомственный шахматный турнир граждане в роговых очках и приличнейших толстовках.
— А вот — первая доска. — Доска кланяется.
Улыбин, Меерович-Данченко, Кониболоцкий, Муселе-вич-Фердинанд.
Улицы: Косвенная, Гулевая.
Во Дворце Труда, в какую комнату ни войди с вопросом: «Товарищ Шапиро здесь занимается?» — дают ответ: «Подождите минуточку, он вышел».
Самоубийца предъявляет вынувшему его из петли милиционеру судебный иск за ушиб.
Тот не шахматист, кто, проиграв партию, не заявляет, что у него было выигрышное положение.
Фамилии: Темпаче, Бабский, Нивинский, Забава, Гадинг, Тец, Андреев-Трельский, Крыжановская-Винчестер, Шпанер-Шпанион, Манылам, Попейко, Дыдычук, Варенников, Буря, Глобус, Выходец, Ежели.
Бон-нюи.
Празднование 800-летия Тихого океана.
Ударное изготовление мыльного порошка «Коммунист».
Профессор поэзии.
Она знала все языки, но после тифа забыла.
Брюки, брошенные на стул, зазвенели, как седло.
Из этого надо сделать соответствующие оргвыводы.
Лева Московский. Евгений Вечно. Я. Чейка.
А, колесно-мазутный техник! (О смазчике.)