Сделай шаг навстречу (СИ)

Каждый фильм — маленький порнографический шедевр, а самого Рената впору бы представить к какой-нибудь награде, интересно есть ли в этой сфере свои номинации.
К последней ссылке добавлен комментарий: «Да, мы как-то работали с ним вместе, снимались для одного журнала. Это тебе в качестве бонуса».
Я открываю файл, и тут меня ждёт всего один снимок. Это уже не порно, это эротика, но это вызывает во мне не менее жгучие ощущения, так как модели на этом фото — это мои модели, один раньше, из прошлого, другой сейчас, из настоящего.
Я смотрю на Илу, на того Илу, сроком давности шесть лет назад, — красивый, длинные пепельные волосы, точёное лицо, длинные накрашенные ресницы, чётко подведённый рот. Перед ним на коленях сидит другой, тоже стройный, черноволосый, красиво изогнутая спина и лицо, повёрнутое в сторону камеры, словно его окликнули, и он вот только сейчас оторвался от чего-то и оглянулся. Рот приоткрыт, губы припухли, с уголка рта стекает что-то до одури похожее на сперму. На его затылке рука Ильи, и он тоже смотрит в камеру.
Я закрываю фотографию, открываю снова файлы с фильмами, смотрю на дату выхода. Последний выпущен совсем недавно, списать на то, что это была давняя ошибка молодости вряд ли выйдет.
— Отдохнул? — бодрый голос Рената заставляет меня поднять глаза. Он стоит на пороге спальни в одном полотенце, улыбается, облизывает губы. — Ну как, ты готов ко второму заходу?
— И откуда у тебя только силы берутся? — не могу удержаться, чтобы не съязвить.
Я не злюсь на него, нет, за что мне злиться, это его выбор, он, скорее всего, имел полное право не посвящать меня в подробности специфики своей работы. В сущности, мы с ним такие же чужие люди, которые, оказывается, вообще ничего друг о друге не знают.
Ренат непонимающе смотрит на меня:
— Ты о чём? У меня для тебя всегда силы есть.
Он присаживается на кровать и гладит меня по плечу. Я неосознанно дёргаюсь, он замирает.
— Подожди, — говорю я. — Видимо, всё же настало время нам поговорить. Давно надо было, да вот я был слишком занят собой и не настоял вовремя. Расскажи мне, чем всё-таки занимается твоя киностудия. Я бы хотел посмотреть хотя бы пару фильмов.
Ренат хмурится, в его глазах мелькает что-то мне непонятное, хотя нет, уже понятное, он нервно хрустит пальцами на руках:
— Тебе не будет это интересно, — наконец отвечает он.
— Почему? — делано удивляюсь я. — Мне очень интересно, чем занимается человек, который делит со мной постель.
Ренат заметно начинает нервничать:
— Я уверен, что тебе будет скучно, а я не хочу, чтобы ты думал, что я снимаю бездарное кино.
Тут я не могу удержаться от подкола:
— Ну что ты, я просто убеждён, что ты неимоверно талантлив. И ты в своей работе выкладываешься так же, как со мной, когда мы занимаемся сексом.
Тут Ренат краснеет так густо, что мне становится его жалко.
— Ну же, — поторапливаю я его. — Давай что-нибудь посмотрим вместе. У тебя наверняка есть любимая работа. Включай.
— Нет, — категорично отказывается Ренат и даже делает попытку встать с кровати.
Но я хватаю его за руку и заставляю сесть обратно.
— Нет, мы всё-таки посмотрим, — говорю я, на что он удивлённо и недоумённо глядит на меня.
Я щёлкаю на свернутый файл, глаза Рената округляются от узнавания фильма, он закусывает губы:
— Откуда у тебя это? — шёпотом спрашивает он.
— Интернет полон тайн и загадок, детка, — говорю я. — Так почему ты не поделился со мной своим маленьким секретом? Я так понимаю, занимаешься ты этим давно. Мне ещё тогда, когда мы только начали встречаться, стоило задуматься, откуда у тебя столько денег…
— Откуда у тебя эти видео? — снова спрашивает Ренат. — Ты не мог просто случайно наткнуться на них. Это приват. Скажи мне.
— Какая теперь разница? — пожимаю плечами я.
— Это он? — Ренат испытующе заглядывает мне в глаза. — Это Илай прислал тебе? Зачем ему это? Я не понимаю, — Ренат отворачивается от меня и закрывает лицо ладонями.
========== Шесть лет в ноль ==========
— Тебе надо было сказать мне, — начинаю я, но Ренат тут же дёргается, вскакивает на ноги, хватает свою одежду и судорожно начинает одеваться:
 
— Рассказать тебе? Ты серьёзно? Ты бы остался со мной, если бы я сказал тебе об этом?
— Я не знаю, — честно отвечаю я. — Но сказать надо было. Если бы я знал, сегодняшней ситуации просто не было бы.
— Да никакой вообще ситуации не было бы, Егор, — всегда спокойный Ренат нервничает, в глазах стоят слёзы, а он сам, кажется, вот-вот грохнется в обморок. — Ты же у нас такой весь из себя порядочный, да? Да ты бы сбежал от меня с такой же скоростью, как тогда, в самый первый раз, натягивая в полёте штаны. Я знаю тебя как облупленного, Егор.
Ренат зло фыркает и выскакивает из спальни. Я слышу, как он гремит ключами в прихожей. Иду следом, он уже возле двери, застёгивает на ходу куртку:
— Ты куда?
— Куда? — Ренат недобро прищуривается и с вызовом смотрит на меня. — А что, тебе есть до этого дело? Мне подышать надо, я задыхаюсь тут. А тебе тоже подумать надо, правда же?
Он громко хлопает дверью, я остаюсь в пустой квартире один на один со своими мыслями и полной неразберихой в душе.
Смотрю на часы — время двенадцать ночи. Ну что ж, друг мой Мальцев, ты прости, конечно, что я в конце твоего не менее трудного дня присяду тебе на уши, но мне сейчас это жизненно необходимо, а больше мне об этом поговорить не с кем. Замечательное изобретение человечества — видеосвязь, как бы далеко ни находился твой собеседник, есть иллюзия, что он совсем рядом.
Нажимаю кнопку вызова.
«Пожалуйста, будь дома».
Есть контакт.
На мониторе взъерошенный Пашка в крайнем недоумении вглядывается в моё лицо:
— Ты чего не спишь? — вместо приветствия выговаривает он. — Совсем офигел?
— Надо поговорить, — начинаю я, но Мальцев перебивает меня, оглядываясь куда-то себе за спину.
— Подожди. Дай мне минуту.
Он исчезает из поля видимости, я лишь слышу, как он с кем-то переговаривается: судя по тональности, голос женский. У Пашки отношения? Вот это новость так новость, и она меня безмерно радует, потому что вот всем хорош Мальцев, но в отношениях с женщинами у него постоянно что-то не получалось.
Наконец, почему-то покрасневшее лицо Пашки вновь появляется передо мной.
— Прежде, чем ты мне поведаешь свою душераздирающую историю… Да, да, я уверен, что она душераздирающая, — в ответ на мой протестующий возглас хмыкает он, — я тебе сообщу одну новость. Давно надо было сказать, да я как-то всё время подходящее подобрать не мог. Короче, я тут женюсь, наверное.
Мои проблемы сразу отходят в голове на второй план, потому что я так искренне рад за друга, что думать о своих бермудских треугольниках вообще не хочется.
— Ты серьёзно? Я тебя поздравляю. Кто эта сумасшедшая, что позарилась на тебя?
Пашка не выдерживает и ржёт в полный голос, но тут же возвращает на своё лицо серьёзное и, я даже сказал бы, трагическое выражение.
— Да ты знаешь её. Я надеюсь, что ты не будешь против.
— Я — против? — моё удивление, видимо, так сильно проявляется на моём лице, что Паха вновь фыркает. — Против я могу быть только в одном случае, если ты умудрился отбить мою маму у моего отца. Тут я точно категорически против.
— Скажешь тоже, — смеётся Мальцев. — Нет, это всего лишь Андреева.
— Вика? — новость, конечно, неожиданная, но в принципе предсказуемая. Пашка с Викой очень много общались после моего отъезда, и ничего удивительного, что у них нашлись и другие общие интересы, кроме как печалиться обо мне. — Я очень рад и за тебя, и за неё. С чего бы мне быть против, тем более что вы идеально друг другу подходите.
— Правда? — Пашка облегчённо вздыхает. — Вот и она мне говорила, что ты только обрадуешься, а я нервничал и не знал, как тебе сказать. Ну, так что там у тебя стряслось?
Я в общих словах обрисовываю сложившуюся ситуацию, Мальцев изумлённо присвистывает: