Право первой ночи для генерала драконов (СИ)
лбу, выдала с жизнерадостной улыбкой:
— Господа! Совсем забыл вам рассказать об акциях нашего заведения! На каждое шестое
блюдо скидка в одну медяшку! А у вас, смотрю, пять. Давайте закажите шестое и
сэкономьте!
И затараторила дальше, как заведенная расхваливая блюда.
— Кстати, советую попробовать тушеную баранину — она сочная, как губы прелестницы. А
похлебка? О мой бог, что это за похлебка — горячая, как сердце влюбленного!
Зал замер, прислушиваясь к моему звонкому голосу. Пьяные ухмылки постепенно стали
сменяться заинтересованными взглядами.
Я вдохновенно продолжила:
— А эль? — Я подмигнула и заговорщицки понизила голос: — О-о, этот эль —просто
магия! Один глоток — и чувствуешь, как по венам пробегает искра.
Один из мужиков фыркнул и пробормотал:
— Эль здесь действительно хорош.
— Во-от! — воскликнула я, картинным жестом указав на говорившего. — Человек знает, о
чем говорит, сразу видно истинного ценителя! Так что, я несу? Для начала пять кружек, а
там... Ой, простите, что ж это я. Если к девчонкам идти, не стоит упиваться, а то как
танцевать потом будете? Ничего, я вот еще немножко подрасту и сам буду с вами ходить!
На последних словах я театрально приосанилась, нахмурив брови, придавая себе
умильно-серьезный вид.
Компания расхохоталась, по залу тоже раздалось несколько смешков. Здоровяк, который
выглядел лидером, расслабленно махнул рукой.
— Ладно, пацан, убедил. Неси эль и жратву на свое усмотрение. Сколько нам там до этой
вашей скидки? С каждого шестого медяшка? Неси тогда еще семь, хоть посидим с
ребятами по-людски, — фыркнул он и, обернувшись к Томасу, добавил:
— Не тронем мы ваших девок, и без баб отдохнем. Скажи спасибо мальцу, веселый он у
вас.
Вот только взгляд Томаса, направленный на меня, не обещал мне ничего хорошего...
19.
До позднего вечера я металась между столом этой компашки и кухней. Надо признать, заказали они немало. Видимо, чтобы не провоцировать никого, Томас забрал Катрину
работать к себе в кухню, оставив зал на Клариссу и Маришку.
Девчонки теперь едва успевали, крутясь между посетителей, я то и дело подменяла их у
столиков, когда кто-то задерживался на кухне.
Громкие голоса, стук кружек, шорохи подола юбок, шаркающих по полу, запахи жареного
мяса и пива — все это пульсировало в одном бесконечном движении, от которого у меня
уже мутилось в голове.
Еще и неожиданно я стала едва ли не звездой вечера. То с одного, то с другого столика
неслись беззлобные подколки и шуточки в мой адрес.
— Ну что, парень, вырастешь — девки за тобой толпами бегать будут! И забесплатно!
Я мысленно усмехалась, снова радуясь, что никто так и не заподозрил, что я не парень.
Подыгрывая им, отвечала весело:
— Точно-точно, тогда всем по очереди буду давать скидки на эль! Вы зря улыбаетесь, я
вам такую конкуренцию составлю на любовном поприще, что еще совета у меня просить
будете.
Это вызывало взрывы смеха, а я улучала момент, чтобы подхватить с их столов грязную
посуду. Старалась не показывать своей усталости, хотя тело уже отказывалось слушаться, и мышцы ныли от бесконечного движения.
Удивляло, что при таком ажиотаже Томас еще что-то говорил о плохом заработке.
На лгуна не похож. Тогда что? Слишком низкие цены на качественные блюда или
подобный наплыв клиентов все же больше редкость, чем правило? Учитывая, насколько я
вымоталась за сегодня, я больше надеялась на второй вариант.
Шум в таверне постепенно стихал, словно кто-то сбавлял громкость. Люди один за другим
поднимались со своих мест. Вот уже и Катрина выглянула из кухни, утирая вспотевший
лоб. Видимо, закончила с мытьем посуды. Кларисса, украдкой подмигнув подружкам, под
ручку с довольно симпатичным мужчиной ушла на второй этаж.
В зале оставалась лишь та самая компания, их пьяные ухмылки и тяжелые взгляды
больше не казались такими угрожающими после моей хитрости с «акцией». Но я немного
нервничала, опасаясь, что они не заплатят или откажутся уходить. К счастью, мои страхи
не оправдались. Стоило настенным часам пробить час ночи, а Томасу выйти из кухни в
зал, мужчины спокойно принялись собираться.
— ЭЙ, малой, считай, все ли правильно, — свистнул здоровяк и высыпал на стол
внушительную горсть монет. Я быстро пересчитала и отодвинула в сторону три монетки.
— Вы за вечер сделали заказ из девятнадцати блюд. За каждое шестое была обещана
монета. Получается, три, — произнесла я.
— А ты смышленый пацан, быстро считаешь, — фыркнул мужчина, одобрительно хлопнув
меня по плечу, отчего я сдавленно охнула и чуть присела. — Оставь себе.
И вскоре они покинули зал. Маришка тут же унесла грязную посуду и, судя по тому, что
задержалась на кухне, сразу же стала ее перемывать. Катрина, в свою очередь, протерла
за ними стол.
Вскоре вышел Томас и, заняв один из столов, принялся пересчитывать дневную выручку, записывая что-то в толстую тетрадь. Маришка с Катриной тем временем уже подметали
пол, стараясь закончить побыстрее. Но стоило мне предложить помощь, как они
отмахнулись, сказав, что я и так того и гляди упаду. В общем-то, их слова были недалеки
от истины. В самом деле я держалась на одном упрямстве, слишком уж насыщенными
выдались минувшие сутки. Сложно было поверить, что только сегодня утром я со всех ног
улепетывала по лесу от дракона...
Я широко зевнула, мечтая сейчас лишь о том, чтобы Томас дал отмашку расходиться.
Доползу до уборной, снова проведу гигиенические процедуры при помощи мыла и
мокрого полотенца, и спать. Завтра надо бы узнать, есть ли бани в городе или в самой
таверне. Как-то же постояльцы должны мыться? Кажется, в кладовой я видела большую
лохань...
Томас наконец закончил подсчеты и поднял на меня взгляд, такой тяжелый, что мне стало
не по себе. Сложно было понять, что у него на уме. С момента, как я пресекла драку, он
мне еще не сказал ни слова. И вот сейчас...
— Я не потерплю в своей таверне самодеятельности, — выдал он, угрюмо уставившись на
меня. — Те три медяшки, что компания «сэкономила», я вычту с тебя.
Я почувствовала, как внутри закипает обида. Я старалась весь день, выкладывалась до
изнеможения, а теперь за что-то еще и штраф?! Да если бы не я, они бы тут сцепились в
драке, переломали мебель, кости, распугали бы всех посетителей и пересчитывать сейчас
толком было бы нечего! Я понимаю, что мне ничего и не обещали, но несправедливо!
Хотелось много чего сказать, но под испытующим взглядом Томаса я лишь молча кивнула
и положила на край стола те несчастные монеты.
Оставалось мысленно успокаивать себя, что сегодня у меня был испытательный срок, я и
не должна была ничего заработать. В минус не ушла, уже хорошо.
Комнату выделили, кормежкой обеспечили... А деньги еще заработаю. И больше никогда
не буду ни за кого вступаться, пусть Томаса хоть всей таверной пинают...
УГу, и кому я вру?
Томас смерил меня очередным долгим взглядом, словно оценивая что-то внутри.
Наверное, все мои мысли на лбу написаны. А пусть докажет, что я думаю что-то не то! И я
лишь прищурилась, упрямо выпятив подбородок. Томас чему-то хмыкнул и покачал
головой.
Отвернувшись от меня, обратился к Катрине:
— Кларисса где?
— Как всегда. Рабочий день закончен, так что... — фыркнула она, глазами указав наверх.
Томас недовольно проворчал себе что-то под нос, но не стал это никак комментировать.
Молча отсчитал три кучки по пять монет девчонкам за работу.
Свистнул, подзывая их.
Катрина с Маришкой, радостно пискнув, сгребли монеты себе и довольные ускакали из
зала. Я повернулась, чтобы тоже уйти, но меня остановил окрик Томаса: