Гроза пустошей (СИ)
- Ястреб Джек способен испоганить любой, даже самый простой расклад. Он всегда проскальзывает сквозь пальцы, - складывалось впечатление, что Рё знает о Джеке больше моего. - И ты хочешь, чтобы я его отпустил?
Мечник получал от маленького приключения неподдельное удовольствие. Бой с бензоманьяками его как-то освежил, добавил красок на лицо, сделал более настоящим. Может, Рё нравилось думать, что он установил рекорд по прыжкам в длину на мотоцикле, а может, он просто был таким же чокнутым, как большинство рубак пустошей, которые оживляются только тогда, когда дерутся. Одно можно сказать точно – механиндзя вел себя необычно, будто отведал воодушевляющей наркоты.
Не слишком долго думая, Рё выдернул кляп изо рта Ястреба Джека, и тот тут же начал плеваться.
- Вижу, ты действительно не любишь легких путей, механиндзя.
Ястреб Джек сверкнул разными глазами, а потом взялся широко улыбаться, как дурачок. Они с Рё обменялись красноречивыми взглядами, Джек явно дерзил, Рё наблюдал. Но меня их игры не интересовали - я чувствовал возможность пролить свет на вещи, которые никак не желали складываться.
Мы уселись около машины, медленно остывая после погони. Хайки, Ястреб Джек и я напряженным полукругом расположились напротив Рё, принявшего свободную позу, будто он пришел на пикник. Он даже чая себе подлил.
- Как вы поняли, что город пришел за своим куском?
- Я чувствовал его намерение, - пытался сформулировать Джек. - Как будто около искажений они могут общаться или чувствовать друг друга. Между ними наладилась связь.
- Получается, что можно вызвать город, украв его часть?
- Не знаю. Но я бы поостерегся вызывать целый город из искажений без правильной цели.
- Что конкретно вы украли для Шкуродёра? - под пронзительными черными глазами Рё врать становилось неудобно. - После нападения бензоманьяков в Мастерской и на складе такой бардак, что я не могу понять, что ему так сильно понадобилось. После вас туда вломились поджигатели и довершили дело. Вы трое возместите мне стоимость коллекции, даже если придется всю жизнь на это работать. Ожидаю выплат каждый месяц.
Ох ты черт. Мои деньги уплывали из-под носа.
- Честно говоря, он не заказывал кусок города, - я вздохнул. — Это была наша идея. Просто схватили, что плохо лежало. Шкуродёр требовал украсть таблички, и я уверен, что не был единственным наемником. Но мы даже не в курсе, что на них написано и зачем они ему нужны.
Рё немного подумал:
- Скорее всего, это "Лезвия листьев" Сильвана Хо. Поэзия потерявшегося в искажениях бунтаря, которая вызывает волнение в городах. Говорят, им нравится текст, хотя я считаю это чепухой. Поэма написана на китайском языке, его сейчас мало кто использует. Хо был своеобразен в подходе к творчеству, тексты сложно понять и после перевода.
Я ждал продолжения, но механиндзя решил, что с нас хватит:
- Говорите, вы уже столкнулись с одним из городов искажений? Шкуродёр хочет продавать их горожанам за деньги, технику, горючее, научное оборудование и, конечно, оружие. Прирученные живые города очень красивы. Кусок города и "Листья" - это комбо. Можно подманить город, войти в него и попытаться приручить, заставить принять одну форму, укрепиться на одном месте. Но, видимо, до приманки он еще не додумался, просто проверяет слухи… Это дает время.
- Неужели можно просто войти в город и забрать с собой его часть? - спросил Ястреб Джек.
- Нет. Обычно из них ничего нельзя вынести. Но есть мутанты, которые могут это сделать, а военные из Сативы предоставляют технологию, запирающую кусок искажения в изоляционном кубе. Раньше никто не думал, что от этого есть польза кроме попытки изучить искажения.
- А почему тебя вообще волнует приручение живых городов? - не понимал я. – Не твоя область, вроде.
Рё откинул волосы с лица:
- Я - хан пустошей, и мне не нравится, когда горожане тащат сюда свои порядки. Пусть продолжают прятаться в бункерах, как крысы. Шкуродёр – рабовладелец, и теперь он хочет выйти на новый уровень, продавая не людей, а города. Живые города для этого слишком хороши. Они дикие до мозга костей, не терпят постоянства и остановок, - кажется, в безжизненный голос Рё проникла нотка восхищения. - Они воплощают в себе дух пустошей, дух воина. Сознание должно быть текучим, тогда тебя никто не сможет победить. Новая Сатива же несет только скуку, стагнацию и прошлое, которое давно себя изжило.
Хан пустошей! Вот ведь самодовольный ублюдок!
В устах кого угодно другого эта фраза звучала бы, как возведенное в куб самомнение, но Рё говорил ее так же, как все остальные свои фразы, - отрешенно, словно сообщающий факты андроид. Для него это был очевидный факт, и все-таки я поразился неуместной откровенности. Я списал открытость Рё на странное воздействие Джека, но сам мечник ничего необычного в своем поведении не замечал.
Хайки поерзала, тоже ощущая подвох.
- Ты ведь сам заказываешь у Сативы массу имплантов и техники, - не понимал я. - Почему же идея продавать живые города так у тебя свербит? Ты сам мог бы их продавать, чтобы укрепить власть.
- Я не рабовладелец, но использовать такие ресурсы другим я тоже не могу позволить, - пожал плечами Рё. - Вас нагнули, как всех воришек, которых не жаль пустить в расход. За этими табличками стоит глобальная цель, в которую вас не посвятили и которая может изменить пустоши. Надеюсь, теперь вам ясно, что отдавать Шкуродёру "Лезвия листьев" неразумно.
- Ты многое знаешь. А что скажешь про Белого Мотылька? Про умных зверей? - осторожно спросила Хайки.
Рё встретил ее взгляд с непониманием, и я вкратце посвятил его в курс дела.
- Так значит животные тоже мутируют под действием искажения… - по лицу механиндзя пробежала тень. - Мы ничего не сможем противопоставить умным насекомым. Люди используют зверей только потому, что у них недостаточно развито сознание. Обладай звери или насекомые интеллектом, у людей не осталось бы шансов. Это значит, с ними стоит вступить в союз, пока обстановка не накалилась. Хотя я не понимаю, почему телепатов заинтересовали именно вы. Странный выбор.
- Ты же попал под обаяние никчемных воришек. Если мы не научимся быть такими же изменчивыми, как живые города, людям скоро крышка, - заявил Ястреб Джек.
- Но люди не умеют быть настолько изменчивыми. Люди не могут стать частями живого города или какого-то коллективного сознания, состоящего из телепатов и животных, - и остаться собой. Это невозможно. Само слово “человек” этого не подразумевает.
- Хайки превозносила твое понимание дзен. По крайней мере, пока ты не разозлил ее. Разве дзен-буддистов не учат умению отрешаться от личности?
Рё встретил язвительные реплики Ястреба Джека с тем же хладнокровием, что и раньше.
Мне кажется, он посчитал нас юродивыми дурачками, которым случайно досталось немного ценной информации, так что разговаривал, будто с умственно отсталыми, - очень терпеливо и спокойно. Расслабленность и живость прежде похожего на автомат Рё шокировали, и теперь я был на сто процентов уверен, что он попал в сферу влияния Джека, причем это сработало и с кляпом. На меня скрытный засранец действовал похожим образом, заставляя считать его другом, и я все чаще забывал, что это не так.
- Временное отрешение - да. Вера в незыблемость личности порабощает, - Рё заговорил, словно учитель. - Но невозможно распасться на части и превратиться в бассейн с карпами или вилку, чтобы потом стать человеком снова. Тот, кто может проделывать подобное, не человек. Ты перестанешь существовать, Джек.
- Но…
- Думаешь, ты один заворожен живыми городами? Туда и в искажения ушло и пропало множество людей, которые посчитали постоянные метаморфозы интереснее одной и той же жизни, - механиндзя отпил чая. – Но никто не слышал о том, чтобы они возвращались. Города используют все объекты нашего мира как материал, чтобы отращивать конечности, но человек там - просто часть короткого промежутка, который моментально стирается и заменяется другим, новым. Ты что, хотел бы стать частью живого города?