Искушение для грешника (СИ)

– Но, кажется, у меня есть возможность оторвать его другому животному!
  
Глава 29. Собака на сене
 
Что не нравится, когда другие трогают то, что сам не против пощупать? Хотя я тоже не довольна распусканием рук Лисянского, но не Раевскому возмущаться. Ишь ты! Собака на сене! И сам не ам, и другим не дам!
Именно поэтому я не одергиваю Игоря, который прижимает меня к своему боку. Олег сверлит меня глазами. А что такое? А чего-то мы такие сердитые? Немного бальзама на мое раненое самолюбие не повредит. Морда ты наглая! Думаешь, не найдется охотников? У меня вообще-то и жених есть! Ой, Марк… Надо ему будет позвонить…
– А что, Игорь, ты разве не должен быть сейчас на открытии вашего нового офиса? – медленно проговаривая слова, спрашивает Раевский. Судя по тону, Лисянскому стоит срочно туда отбыть. Во избежание, так сказать. Но бывший всегда был немного отбитым, и, почувствовав, в чем корень угроз, нагло заключает меня в объятия и отвечает весьма легкомысленно:
– Решил уделить внимание Эле, но, если она не возражает, мы можем заехать туда ненадолго.
Олег засовывает руки в карманы, но я успеваю увидеть сжавшиеся кулаки.
Что-то больно Раевский близко к сердцу принимает, что ему быстренько нашли замену.
– Так, товарищи, – встревает госпожа Морозова. – Если все всё привезли, то нам пора рвать когти в аэропорт.
Раевский достает из внутреннего кармана паспорт, который по всей видимости остался дома, и протягивает Анастасии, все так же не отводя от меня взгляда. Какие винтики у него крутятся сейчас в голове, совершенно непонятно, но судя по тому, как сузились его глаза и поджались губы, что-то для себя этот тип определил.
Тем временем, трое начали прощаться и усаживаться в машину.
– Удачи вам, Эля, – со смешком желает Егор. И я чувствую, что удача мне действительно понадобится, потому что оба остающихся мужика уставились друг на друга, как два бык, и полностью игнорируют трогательное прощание.
Лиза, которой очевидно все очень любопытно, дергает Егора за рукав и стреляет в нашу троицу глазами, видимо, требуя объяснений. Но тот, подмигнув мне, только утаскивает ее за локоток к распахнутой передней дверце.
Когда машина объезжает, я начинаю чувствовать себя совсем неуютно.
– Эм… Мне кажется, – начинаю я выдумывать хоть какую-нибудь фразу, чтобы разрядить обстановку, но в голову, как назло, ничего не идет. Если бы бабушка услышала, как я блею, она бы меня пристыдила. Она-то никогда за словом в карман не лезет. – Может, я… э… пойду…
– Эльвира Давидовна, как раз тебе стоит остаться, – командует Олег, вызывая во мне нешуточное негодование. Не много ли на себя берет Раевский, указывая, что мне следует, а что не следует делать.
– Какой в этом смысл? – фыркаю я, имея в виду наш уже провалившийся сегодня тет-а-тет.
– Не беси меня, Эльвира Давидовна! – угрожающе произносит этот нахал.
Ни хрена себе аргументы! Серьезно? Я должна проникнуться?
– Олег, мы тебя не задерживаем, – ухмыляясь Лисянский, поглаживает мое пальто. Ка-аззе-ел…
По мелькнувшей гримасе Олега догадываюсь, что он разделяет мое мнение о Лисянском, но ответить что-то на это хамское заявление не успевает, потому что у Игоря звонит телефон.
Ему приходится выпустить меня из рук, и я быстренько делаю маленький шаг в сторону.
– Да? – вальяжно говорит он в трубку, но тут же хмурится. – Это срочно? Так выключите ее! Чьи ребята? «Люцифер»? Твою мать, сейчас буду!
Интересно наблюдать за лицом Раевского, которое по мере беседы Лисянского светлеет, а под конец на его губах змеится ехидная улыбка.
– Ты, – выплевывает Игорь Олегу. – Это твоих рук дело? Натравил своего дружка?
– О чем ты? – вполне искренне удивляется Раевский. Однако по глазам видно, что что-то тут нечисто.
­– Эль, поехали, – Лисянский пытается ухватить меня за руку, но я проворно отскакиваю еще на шажок.
– Зачем ты тащишь девчонку на такое сомнительное развлечение, как утрясание всякой зерни в ГБРовцами? А у меня к Эльвире Давидовне есть деловое предложение.
 
– Да ладно? – выпучиваю глаза. Это какое такое деловое предложение?
– Эля, – нетерпеливо повторяет Игорь, но зря он это. Терпеть не могу, когда меня подталкивают к чему-то.
– Эля поедет домой. Раз ботанический сад накрылся, пойду займусь чем-нибудь полезным. Например, подготовкой к свадьбе!
Перекашивает обоих. Если Раевскому просто кисло, то для Игоря, видимо, мой статус невесты становится сюрпризом.
– Это за этого ботаника, что ли, замуж выходишь?
Его мобильник опять начинает разрываться.
– Ладно, потом поговорим! – обрывает он, мою не начавшуюся речь в защиту Марка, и отвечает на вызов: – Да еду уже! Ждите!
Он садится в машину, одаривая меня на прощанье странным взглядом, который оставляет у меня смутное ощущение, что с Лисянским еще будут проблемы, а я даже не успеваю выудить свой телефон, чтобы вызвать такси, потому что меня за шкирку хватает рука Раевского.
– А вот я с тобой поговорю не потом, а прямо сейчас!
  
Глава 30. Карусэл – кто успел, тот и сел
 
– Нам не о чем разговаривать, – разъяренной кошкой шиплю я, пытаясь вывернуться из цепкой хватки. Но Раевский неуклонно тащит меня к своей машине.
Открыв переднюю дверь, он запихивает сопротивляющуюся меня.
– Эля! – повышает голос Олег. – Или мне как возле ресторана тебя убеждать?
Припомнив, что тогда Раевский распускал не только руки, но и губы, фыркаю и все-таки сажусь в тачку. Когда Олег садится на водительское место, демонстративно отворачиваюсь. Мужлан!
Скотский Олег заводит машину и выезжает на дорогу. Не проронив ни слова.
Не поворачиваясь к Раевскому, разрываю грозовое молчание:
– И что за деловое предложение у вас, господин Раевский?
Делаю вид, что увлеченно разглядываю унылые виды за окном. Не дождавшись ответа, все-таки поворачиваюсь к нему и вижу, что суровость на лице засранца сменилась растерянностью.
– Олег Батькович, ты зачем меня спер? – подозрительно интересуюсь я.
– Кириллович, – бурчит Раевский.
– Хорошо, – набираясь терпения, повторяю я: – Олег Кириллович, ты зачем меня с улицы скоммуниздил?
– Да не знаю я! – рявкает он в ответ, ударяя по рулю обеими руками, и его рыку вторит разбуженный клаксон.
Я от неожиданности даже подпрыгиваю на месте.
– Ну чего это… Чего это ты тут буянишь, Олег Кириллович, – пытаюсь угомонить я разошедшегося Раевского.
– А того, Эльвира Давидовна, что нечего у меня на глазах рыжим хвостом крутить перед Лисянским! – переходит на ворчание Олег.
О как!
– А не на глазах? А не перед Лисянским? – ядовито уточняю я.
И тут же затыкаюсь, потому что во взгляде, повернувшего ко мне голову Раевского, я вижу кару небесную, которая меня настигнет прямо сейчас, стоит мне ляпнуть еще что-нибудь провокационное.
Но именно сейчас бабушкины гены дают о себе знать, и совсем замолкнуть я не могу, поэтому выбираю нейтральный вопрос.
– И куда ты меня везешь?
– В ботанический сад, хотя надо бы в монастырь, – огрызается Олег. Ты посмотри, какие мы сердитые! Можно подумать, я перед ним в чем-то виновата!
– Ботанический сад закроется через десять минут, – информирую его я.
– Настаиваешь на монастыре?
– Только на мужском!
Бабушкины гены все берут свое.
– Хрен тебе, а не мужской монастырь, – грозно обещает Раевский, и я еле удерживаюсь, чтобы не продолжить беседу в стиле дяди Геры с уточнением про полагающиеся мне хрены.
– Олег, мне кажется, нам стоит поговорить, – вздыхаю я, когда мы проезжаем по кольцу третий круг. – Выбери нешумное место и уже съезжай, черт побери, с этого кольца! Я как на каруселях, ей-богу! Скоро мутить начнет!
Раевский состряпав морду кирпичом в лучших моих традициях, все-таки выбирает съезд и везет в сторону Воронежских прудов. Чудненько.
В парке Олег выбирает автомобильный подъезд к одному из прудиков, на который можно любоваться, не выходя из машины. Что очень кстати, так как с асфальтированием тут проблемы.