Обреченная невеста. Чужая судьба (СИ)

– Альена, войско Ангаарха приближается к подводной границе Завесы, – в мысли ворвался голос Гаррета. 
– Сколько у меня времени? – уточнила, прикидывая расстояние до вершины. 
Подъём на гору был очень крутым, но духи стихий не пытались помешать мне и, казалось, наоборот подыгрывали. Я сама не заметила, как преодолела больше половины пути, оставив местных жителей и Вольгарда далеко позади, за границей штормового купола. 
– Минут семь, может быть десять, – ответил феникс, – лучше поторопись. Вэйла уже готовится к обороту. 
Он собрался тут же исчезнуть, но я окликнула его: 
– Гаррет! 
– Да? 
– Береги себя, – прошептала, мысленно умоляя элементалей защитить и его с Тенью. 
Пусть сегодня Стихия будет на нашей стороне! 
– И ты береги себя, Альена, – в голосе феникса проскользнула щемящая теплота. 
Я чувствовала, что сейчас он улыбается. А значит – верит в меня, в нас! 
Бездна! Мы слишком далеко зашли, чтобы проиграть! 
В лицо ударил порывистый морской ветер, сотканный из соли и всполохов грозы. Элементали ждали меня. Я чувствовала их ярость и мощь, а в глубине расколотых небес уже зарождалась буря. Дикая и неудержимая, древняя как сам Сольвингард. 
– Да грянет Вечный шторм! – воскликнула, поднимая руки над головой словно крылья, и приветствуя первый раскат грома. 
Пой, ведьма, пой! Сплетай свою магию с музыкой грозы! 
Алая вспышка пронзила небеса, растекаясь по зачарованным осколкам багровыми реками, и окружающий мир утонул в чудовищном грохоте и пронзительном аромате дождя. Сегодня музыку заказывал Шторм и мне оставалось лишь принять Его волю. 
Несколько ударов сердца, чтобы уловить нужный ритм. Хлопок ладоней, поворот вокруг своей оси и хриплый смех. Надрывный, отчаянный, практически безумный… Забыв обо всём я сорвалась в пляс, чувствуя, как ветер за спиной превращается в крылья. Но не хрустальные, а огненные, сотканные из молний и буйства грозы. 
Пляши, ведьма! Призывай духов Проклятой горы! 
Шаг, поворот, рокот волн, раскаты грома и стрекот кастаньет. Я и сама не заметила, как призвала их, высекая нужный ритм. Подыгрывала Шторму, но в тоже время незаметно перехватывала инициативу. Мы танцуем, милый, и сейчас моя очередь вести! 
Гори, ведьма! И да откликнется Творец на твои мольбы! 
Вспышка! На Проклятую гору обрушились первые молнии, а я продолжила свой дикий танец, кружа в кольце бушующих стихий и призывая уже иную магию. Хрустальную, звенящую, пронзительную, и в тоже время, невероятно мощную. 
Её перезвон сплетался с раскатами грома и плеском волн, рождая единственную Песнь, достойную того, чтобы прозвучать сегодня на этой горе. 
Балладу о деве, подарившей душу Завесе, а Янтарное сердце Сольвингарду. Балладу об Алвее – Деве Тысячи осколков и Хранительнице зачарованных небес! 
Пой, ведьма, пой! И да пребудет вечность с теми, кто пал, защищая этот мир! 
Первый аккорд словно крик. Яростный и полный боли. Надрывный, сотканный из восхищения и мольбы. Я пела для той, которая подарила Сольвингарду тысячелетия мирной жизни и призывала элементалей, чтобы почтить её подвиг штормовым салютом. 
Я не ждала ответа, не просила о помощи. Готова была сама принять на себя откат от магии Вэйлы, и услышав в мыслях грудной женский голос, едва не сбилась с ритма: 
– Пой, ведьма! И вместе мы изменим этот мир! – в такт мне воскликнула Алвея, а через миг на осколках небес распустились огненные цветы.
  
ГЛАВА 38.2
 
Невозможные и совершенные в своей первозданной красоте. Пугающие до дрожи и гипнотизирующие пламенными переливами. 
Пепел смерти и вечность на крыльях феникса. Ярость тысячи битв и слёзы милосердия, росой растекающиеся по огненным лепесткам… В каждом бутоне янтарной розы заключена целая эпоха. 
Эпоха великих жертв и истинных героев. Эпоха боли и предательства, чужого безразличия, едва не погубившего Сольвингард. Эпоха веры и возрождения, сотканная из проблесков надежды и искренней доброты. 
Зачарованный янтарь Алвеи помнил каждый миг из жизни этого мира, превращая воспоминания в Силу и соединяя её магию с моей, наполняя хрустальные крылья невероятным могуществом. Как тогда, во время ритуала Четырёх стражей. 
 
Сражайся, ведьма! Духи услышали твои мольбы! 
Шаг, поворот… Я вновь вскинула руки над головой, высекая из кастаньет грозовые искры, а расколотые небеса Ярванны разразились огненным дождём и в скалу рядом со мной ударил сноп алых молний. 
Стихия бушевала, объединяя наши Силы и сплетая по контуру Завесы новый щит. Невероятно мощный и единственный в своём роде, способный выдержать не только атаку чудовищ, но и откат от магии Теней. 
– Альена, приготовься! Вэйла трансформируется! – голос Гаррета ворвался в мысли необратимостью Рока и шелестом вороновых крыльев, но вместо страха я испытала облегчение. 
Вспышка! Дикий грохот и рёв штормовых элементалей. Духи грозы замерли на краю расколотых небес, чтобы помочь мне удержать магический купол и готовясь уничтожить тех, кто посмеет показаться из разрыва в Завесе. 
Секунды превратились в вечность, а гулкий стук моего сердца казался громче ударов в набат. Дикая пляска сменилась настороженной тишиной, и даже волны замедлили свой бег, а через миг и вовсе воцарился полный штиль. 
Жуткий и пронзительный, пробирающий до дрожи. Предупреждающий о том, что настало время Истинного чудовища. 
Миг… и земля содрогнулась от предупредительного толчка, а вдали, у кромки горизонта по воде пошла чернильная рябь. Не волна, не цунами, а всего лишь круги на сапфировой воде. Но от одного взгляда на это чёрное как безлунная ночь кружево пробирала оторопь и сердце билось словно сумасшедшее, норовя вот-вот выскочить из груди. 
Кто же ты, Вэйла?! 
Ещё один толчок… И я чудом успела ухватиться за ближайший валун. Скала ходила ходуном, а океан дрожал и бурлил, закипая от бешеной Силы. Шальной и неудержимой, более древней, чем весь этот мир. Способной уничтожить не только Ангаарха и его чудовищ, но и всё вокруг. 
Удар сердца, надрывный плач рушащегося камня и рокот волн. 
Молчи, ведьма… Молчи и смотри, как сапфировые волны вспарывают острые стальные клыки... 
Огромные и смертоносные, они поднимались над океаном словно скалы, закручиваясь чудовищным водоворотом. 
Харибда… 
Живое воплощение пучины. Её гнева, безумия и неукротимой Силы. Громадная клыкастая пасть без начала и конца, простирающаяся от рифов под Проклятой скалой и до самого горизонта. 
Её мощь оглушала, её рык пробирал до костей, но мольбы испуганных прихожан вспыхнули сквозь него Путеводной звездой. Маги видели то же, что и я, и их Зов помог прийти в себя и снова запеть, поднимая грозовые щиты. А через миг татуировка пары потеплела. 
Вольгард не мог подняться на гору вслед за мной, но всё равно был рядом. Пусть и незримо, но помогал удерживать бушующие потоки и отдавал мне свою магию до последней капли. 
Вспышка! Яростное рычание и дрожание скал… В центре Харибды начала закручиваться громадная воронка, вбирая в себя магию волн и буквально выпивая энергию из Сапфирового океана и расколотых небес. 
Вэйла готовилась нанести удар по армии Ангаарха, а я ждала отката от её чудовищного плетения. И вдруг в глубине водоворота вспыхнули размытые очертания города. Я с трудом узнала в нём руины Самоцветного королевства, а затем картинки понеслись с сумасшедшей скоростью, показывая мне бесконечную орду чудовищ и жуткие подземные лаборатории, в которых Повелитель Пустоши создал и приумножил своих тварей. 
Эти картины видела только я, и ради них Вэйла сумела остановить само время, давая мне возможность за один удар сердца пролететь над Проклятым королевством и узнать его жуткие тайны. Их было бесконечно много, но одна врезалась в память особенно сильно… 
Колонны из черного мрамора, стоящие прямо на берегу бескрайнего океана. Вэйла не могла сказать это вслух, но я и так поняла, что нам нужно любой ценой добраться до них и разрушить, даже если ради этого придётся самим пересечь Завесу.