Дочь прокурора (СИ)

Как оказалось, мужчина был дьявольски красив! Такой мужественной, по-настоящему мужской красотой, от которой дух захватывает и дрожат кончики пальцев. У меня задрожали...
  
3
 
Оказывается, мужчина был дьявольски красив! Такой мужественной, по-настоящему мужской красотой, от которой дух захватывает и дрожат кончики пальцев. У меня задрожали... - Езжай домой, Лия, - вдруг произнёс Амир, - Но советую быть менее отчаянной. Доброту не оценят. А желание помочь тому, кто этого не стоит может привести к непоправимым последствиям.
Пульс по новой сорвался, когда я поняла, что меня отпускают. Мне ведь не послышалось?
- Если каждый так будет думать, в мире не останется места ничему хорошему, - ответила, поспешно поднимаясь с кресла, чтобы он вдруг не передумал.
Амир встал следом, и мы в какое-то мгновение оказались нос к носу. Точнее мой нос к его широкой груди. Лёгкие вихрем окутал древесный аромат дорогого парфюма, и я растерялась. Пошатнулась назад, но наткнулась ногами на кресло и почувствовала, как заваливаюсь. Взмахнула руками, уже представив как позорно валюсь обратно, но оказалась внезапно пойманной за талию. Резким движением Амир удержал меня, возвращая на место и включая моё бедное сердце на полную катушку.
Я не ожидала оказаться к нему настолько близко. От массивной ладони, втопившейся в мою спину, вдоль позвоночника пополз жар. Сквозь тонкую ткань я ощутила, как кожа горит, и только сейчас осознала, что одной ладонью упиралась в крепкую грудь, а второй держалась за твёрдое плечо. Стало не по себе, внутри вопреки еще совсем недавнему страху, загорелось нечто, что в миг нагрело кровь. Всего пару секунд, а у меня ощущение, что я провалилась в какой-то неизвестный мне вакуум и лечу туда дальше и дальше, не в состоянии зацепиться и удержаться на поверхности.
Подняла глаза и судорожно выдохнула. Щеки запекло. Он так смотрел на меня, будто я его добыча, а он самый настоящий хищник.
Я резко отстранилась, на этот раз в сторону. Развернулась на пятках и бросилась к двери. Подальше отсюда. Мне нужно вдохнуть чистого кислорода, потому что ни черта не понимаю, что это только что со мной было.
- Лия, - моё имя, сказанное низким голосом, ударило по нервным окончаниям, когда я была уже у двери. Силой заставила себя остановиться и обернуться, - Алик может отвести тебя.
- Не надо. Я сама доберусь.
Этого только не хватало! Я забыть их всех хочу, а Алика в самую первую очередь. Он навсегда для меня останется тем, кто силой тащил меня по коридору.
Амир кивнул, а я зачем-то еще раз посмотрела на него.
- Надеюсь, Вы вернете свои деньги.
И не дожидаясь ответа, выскочила в коридор. Пронеслась по бару к центральному выходу, который успела увидеть, когда ждала в зале, и наконец оказалась на долгожданной свободе. Тело вибрировало, по спине стекал ледяной пот.
Перед глазами всё еще стоял Амир, а на пояснице ощущалось давление его руки. Фантомным теплом обдавало даже несмотря на пронизывающий ветер.
Обернувшись, поискала глазами Пашу, но не нашла. К бару сходилась молодежь, кто-то весело переговаривался. Он что, ждать меня не стал?
Обернувшись на клуб, запахнула ветровку и пошла прочь. Ноги сами несли подальше от этого места.
Подойдя к дороге, в кармане раздалась мелодия, установленная на маму. На автомате достала телефон и ответила.
- Да, мам?
- Лия, ты где? Папа звонить будет через двадцать минут.
Ого. Неужели уже так поздно? Сколько нас там продержали?
Обернулась и махнула проезжающему такси. Машина остановилась, я залезла внутрь.
- Уже еду. Я успею!
- Быстрее давай, зайчик. Не хочу, чтобы нам обеим досталось.
- Успею! Мне десять минут ехать.
Продиктовав адрес водителю, я набрала номер Паши, но он не ответил. Всё-таки уехал! Забросив мобильный в сумку, откинулась на спинку и прикрыла глаза. Главное, в пробке не застрять.
У папы была давняя традиция. Когда он уезжал в командировку, то каждый вечер звонил ровно в восемь, и к этому времени я уже обязана была быть дома. Если вдруг опаздывала хотя бы на пару минут, меня ждала неделя наказания без прогулок с друзьями и посиделок в кафе после пар. Только дом и университет. До этого были дом, школа и кружки. Много кружков, чтобы даже сил на прогулки не оставалось.
 
Такая вот незавидная жизнь дочери прокурора. ***
- Как мои девочки?
Папа улыбнулся нам с экрана, а мы с мамой обменялись быстрыми взглядами. Такси таки застряло в небольшой пробке, поэтому когда я минуту назад влетела в дом, мама уже встречала меня на пороге с одной из моих домашних футболок в руках. Пока по гостиной разносился звук видеозвонка, я сбросила кофточку и накинула на себя футболку. Только после этого мама приняла вызов.
- Привет, пап, хорошо, - ответила я, стараясь не показать, как часто дышу.
- Здравствуй, Пётр. Да вот поужинали только, Лия сейчас пойдёт готовиться к занятиям, а я купила новую книгу, сделаю себе чай и буду читать, - соврала мама, придавая голосу легкомысленный тон.
Не знаю, что бы я делала без неё. С самого детства мама прикрывала меня перед отцом. Когда я хотела погулять после школы она придумывала самые разные причины для моей задержки, потому что просто фраза «хочу погулять с друзьями» не считалась за объективную причину для прогулки. Мама даже выдумала фальшивые курсы по английскому, на которые я якобы ходила три раза в неделю, тем самым давая мне возможность провести время с моей подругой Катей. Английским правда, приходилось дома заниматься усиленно, но за короткие минуты счастливого детства нужно было платить. Я согласна была на эту плату.
Папа с самого детства гиперопекал меня. Частный детский сад, частная школа под усиленной охраной. Любой взгляд в мою сторону стоил людям слишком дорого. Единственная, кто всегда был на моей стороне – это мамочка. Только благодаря ей меня не отправили в университет заграницу и сейчас, когда папа часто разъезжает по командировкам, я стала дышать полной грудью. Ну, почти…
- Опять свои романчики бульварные? – фыркнул отец.
- Ну тебя же нет рядом. Должна я как-то компенсировать отсутствие любви, - включив своё женское обаяние, мама умело подольстила ему.
- Через неделю вернусь, - лесть достигла цели, вызывая у папы намёк на улыбку. Он у нас строгий, но любит нас как умеет, - Кстати, по поводу возвращения - мы уговорились встретиться со Звягиными. Они всей семьей приедут в гости, подготовь всё как надо, Ира. Денег не жалей.
При упоминании Звягиных я машинально сжалась и закатила глаза. Я ненавидела это семейство, каждой клеточкой. У них что отец, что сын, два сапога пара. Оба надменные и циничные. Ничего кроме денег перед собой не видят. Мои родители дружат с ними уже на протяжении десяти, а то и пятнадцати лет. Сколько себя помню всякий раз, как приезжал Никита, мне хотелось спрятаться и не пересекаться с ним до самого конца вечера, но мне никогда этого не удавалось. Он находил меня куда бы я не спряталась и раз за разом приставал, требуя его поцеловать.
«Я хочу поцеловать тебя первым. Чтобы ты всю жизнь меня помнила!» - со злостью требовал он долгое время. Но я упрямо отказывала, а он своего все же однажды добился. Когда мне было пятнадцать, он закрылся со мной в комнате, пока родители беседовали внизу, толкнул на кровать и впился своими губами в мои. К этому возрасту он уже набрался силы и вырос в росте, что значительно увеличило его превосходство надо мной. Те несколько секунд, что я чувствовала на себе его давление и запах стали худшим воспоминанием из моего детства. Папе я не призналась. Побоялась отца Никиты. В отличии от моего, он был еще строже и как мне всегда казалось злее. А потом между нами произошло ещё кое-что… То, за что я презираю Никиту каждой клеткой организма!
- Это что за реакция, Лия? – заметив мой выпад, тут же рявкнул папа. – Маме поможешь. И оденься поприличнее, чтобы не стыдно было людям показать.