Миссия невыполнима (СИ)
Финкриш также перестал заикаться о том, что хочет меня нанять, и даже не подавал вида, что против того, как я распоряжаюсь замковыми слугами от его лица. Субординация установилась сама. Её определила реальная сила господина и вынужденного её признать и подчиниться слуги.
Я не злоупотреблял своим текущим положением, не уязвлял самолюбие неказистого правителя, обращаясь к нему исключительно "Ваше Величество", но и слишком близко Финкриша к себе не подпускал. К примеру, я воспользовался его слугами, чтобы усадить и привязать мёртвую принцессу Зерону к стулу, но не позволил ему остаться и посмотреть, для чего мне это нужно. И стул потребовал поставить так, чтобы подглядывающие во все щели и замочные скважины слуги ничего не могли подсмотреть. На этом и распустил лишних свидетелей.
Не знал, как подступиться к Зероне во второй раз. Всё время в голове пульсировала новая информация, что она, моя покинутая ещё до рождения дочь. Опять пихать жезл в её нежный зад я ни при каких обстоятельствах не собирался. Попробовал просто приложить его к голой коже шеи и терпеливо подождал тридцать секунд и, о чудо! Оранжевая палка исчезла из руки. Просто растворилась, проникая светом в тело полуэльфийки.
Сработало! Передав свою волшебную энергию, артефакт заставил крепко привязанную к стулу женщину прийти в себя, но она выглядела слегка оглушенной и вялой. Мне стало стыдно за мои действия в пещере. Всё таки, запихивать длинный жезл незнакомой женщине куда попало, мне совсем не следовало. Как и выпускать его из рук. Эх, то же мне, великий целитель. Какой стыд! Нужно было проявить немного терпения, просто подождать и он сработал бы без унизительных процедур, что наглядно доказал очередной, проведенный мной эксперимент. Надо будет перед ней хорошенько извиниться.
Меня увлекла мысль о ещё одном эксперименте. Не обращая внимания на вялые, непонятные при открытом интерфейсе возмущения женщины, я быстро посмотрел, что дало использование артефакта. Дало две тысячи опыта, чего с небольшим запасом хватило на поднятие сорок третьего уровня. Супер. Если бы не мой первый промах, получил бы первые шесть уровней ещё в Храме Призыва. На самом деле, очень хорошо, что этого не произошло, иначе бы я уже ни за что так быстро не прокачал владение стихиями и магические кристаллы закончились ещё на четвертой волне атаки.
Хотя я мог это оценить только после того, как всё случилось, ни одна моя неудача на самом деле не была настоящей неудачей. Всё сложилось, как нельзя лучше. Не будь целой цепочки иаких "промахов", и на всех следующих этапах у меня не хватило бы сил и понимания, как спастись и продвинуться дальше. Удивительное открытие. Именно неудачи лежали в основании всех моих успехов, стали причиной вовремя принятых решений, вынуждали остановиться и задуматься. Жаль, что не всегда удается это заметить и поблагодарить неприятности за открытые ими возможности.
Я был так доволен, что получил прибавку к интеллекту и новый уровень, что не сразу проверил, какой навык повысился от успешного применения уникального артефакта воскрешения. А когда глянул, то ахнул. На дереве умений мага появилась новая ветка, которой никогда не существовало в игре. Я получил базовый навык, другими словами ранг "ученика" Божественной Школы.
Здорово конечно, но у меня не было ни одного заклинания этой школы, так какой мне от навыка толк? Решив поэкспериментировать на лежащем под стеной трупе, попробовал разные комбинации активирующих слов известных мне божественных заклинаний из "Башни" и других игр. Ничего не выходило, я быстро пришёл к выводу, что занимаюсь ерундой. Или я неточно озвучивал названия, что вряд ли, или система "Бездны" отказывалась воспринимать не относящиеся к ней заклинания. Возможно, мне просто не хватало чего-то ещё, вроде маны и определенного уровня навыка.
Если подумать, то две тысячи очков недвусмысленно намекали, что для активации заклинания того же "воскрешения" нужно иметь как минимум столько же маны под рукой, а у меня на пике пока было только четыреста шестьдесят. До двух тысяч ещё сто пятьдесят четыре уровня, при условии, что всегда будут давать "интеллект" или целая гора поднимающих эту характеристику артефактов.
Оторвавшись от своих мыслей, я свернул игровой интерфейс и обратил внимание на уже активно привлекающую моё внимание магессу. При активации переводчика до меня стал доноситься смысл издаваемых женщиной жалобных фраз. Она умоляла ослабить путы. Глянув за спинку, я быстро понял, в чём проблема. Её слишком туго связали, и если бесчувственному телу на это было плевать, то ожившей Зероне неестественно вывернутые за спинку руки и слишком сдавленная кожа приносили физические страдания. На месте крепко стянувшей запястья веревки виднелись гематомы и кровоподтеки.
— Будешь ещё безумствовать? — спросил я, перед тем как развязать первый узел.
— Нет, не буду, — напустив на глаза слезы, пообещала женщина.
Я ослабил путы на одной руке, а пока развязывал вторую, применил на Зероне дающее временное блокирование боли заклинание лечения.
— Господин герой, так вы жрец?! — с неопределенной, то ли восклицательной, то ли вопросительной интонацией спросила женщина, с восторгом наблюдая, как на ноющей от синяков и ссадин руке на глазах исчезают все следы повреждений.
— Я бы так не сказал, — возразил я, так как лечебное заклинание у меня было всего одно, и хоть и второго круга, но самое бесхитростное.
Ни действующих сразу на группу, ни имеющих долгий постоянный эффект, как "Регенерация" и "Чаша жизни", заклинаний я не учил из экономии кредитов. Боевых же заклинаний среди той же школы воды у меня было вдвое больше, чем лечащих и защитных вместе взятых. Зачем мне лечить группу, если я в играх по жизни одиночка?
— Благодарю за освобождение, герой. Никак не могу вспомнить, что со мной произошло. Я словно провалилась в тёмный, глухой колодец и меня накрыла толща воды. Я никак не могла вдохнуть, и мне даже почудилось, показалось, что я… умерла, — как-то странно взглянув на мою открытую сумку, откуда выглядывали оранжевые жезлы, потерянно сказала магесса.
— Да, Зерона, ты действительно умерла. Уже второй раз. Последний раз тебя воскрешаю. Ещё одна глупая выходка и умрешь уже насовсем.
— Что?! Поняла, — вжав голову в плечи, тихо ответила полуэльфийка.
Мне показалось или Зерона действительно вернулась с того света какой-то другой. Подозрительно тихой и неуверенной в себе. Её спесь, как рукой сняло. Притворяется, что ничего не помнит или что? Я решил ей напомнить, раз уж отшибло память, что она тут наломала дров.
— А что с ним теперь делать? Это ты его убила. Помнишь? — с укором спросил я, ткнув пальцев в сторону Штромвуда.
Зерона растерянно посмотрела на тело мужчины, на меня и, изображая полную невинность, заявила:
— Не помню.
— Так вспоминай. Ты его сделала козлом отпущения за твоих убитых слуг.
— Да? — закусив нижнюю губу, удивилась она.
Меня эта игра в амнезию начала раздражать. Я восстановил последнюю часть произошедшего с убитым разговора, и Зерона начала кое-что вспоминать. Затем её глаза округлились, вспыхнули и лицо посветлело.
— Вспомнила! Простите, герой. Я не смогла сдержать гнев. Он виновен в смерти очень дорогих мне слуг.
— Ты же понимаешь, что это не он поджег лагерь.
— Не он лично, но я видела…
— Мурзак во всем признался. Он попался городской страже и мне уже удалось его допросить. Это его гвардии рук дело. Зря ты на другого накинулась.
— Но я сама видела…
— Что ты видела? Что кто-то умер в общей толпе, а кто-то снаружи. Кто-то упал первым, а кто-то позже.
— Да. Всё верно.
— Когда люди задыхаются, они начинают бегать, как обезумевшие. Сбивают друг друга с ног, а там таких на небольшом, замкнутом пространстве, были сотни. Только представь: ночь, тишина, покой, люди прилегли отдохнуть, и вдруг, со всех сторон их накрывает непроглядный, удушливый дым. Они на ощупь выбираются из палаток, а вокруг уже бушует безжалостный огонь и бегают другие, очумевшие от ужаса люди.