Система-Самоцветы 3: Темные грани (СИ)

— Здесь каждый сам для себя решает куда он идет и каким путем, правильно?
— Правильно, я не об этом. Мне непонятно кто меня контролирует и зачем растит?
— Здесь большого ума не надо — какой у нас Дом выполняет функцию контроля? Правильно, Алмазный, вот оттуда ноги и растут. Ну, а кто за ними стоит и стоит ли вообще, это вопрос второй и больше риторический. Во всяком случае в наших с тобой рангах мы ответа на него не получим, это точно.
— Все правильно ты говоришь, Соболев, — мрачно усмехнулся наставник. — Вот только был момент, когда я устал идти и мне захотелось отдохнуть, понимаешь? Слишком непростая дорога у нас получается.
— Понимаю, не дурак, — ответил я. — Ну, а сейчас как?
— Что сейчас?
— Как сейчас самочувствие?
— Все нормально, — усмехнулся он. — Благодаря тебе, конечно. Шарики в ролики на место в башке встали. Нужно было бухлом их на место ставить, а меня видишь как — на тяжеленькое потянуло.
Некоторое время мы сидели молча и каждый думал о своем. Витька, наверное, о чудесном избавлении от «эйфории», я о том моменте, что, наверное, и я когда-нибудь устану идти и захочу немного отдохнуть, вот только когда именно это случится? Да и случится ли вообще? Впрочем, это не обязательно — у каждого свой путь.
— Ладно, Макс, спасибо, что выслушал. Не обращай внимания и не обижайся если что не так. Наверное, мне просто нужно было кому-то об этом сказать, такое иногда бывает.
— С чего бы мне обижаться?
— И у меня просьба — оставим этот разговор между нами, хорошо? — попросил Северов.
— Слушай, наставник, я парень не из разговорчивых, так что давай забудем эту тему навсегда и лучше о наших делах поговорим.
— Ну, окей, давай о делах, — кивнул Витя.
— Мы Селиванова завалили, знаешь?
— Знаю. Мне вроде как Системные сообщения так же, как и тебе приходят, а читать я пока не разучился.
— Мало ли, может быть ты из-за своей «болезни» никаких Сообщений не читаешь, откуда я знаю?
— Читаю.
— Ваньку один из охранников ранил, тоже знаешь?
— Вот этого не знаю, — Северов перестал жевать и выжидающе на меня посмотрел. — Сильно?
— Рана не очень большая, но в больницу еле успели, так что Лазарев считай что в рубашке родился — еще бы полчаса и не было бы с нами нашего волшебника.
— Понятно, — мрачно ответил Витя и отодвинул от себя тарелку. — Не хочу больше, спасибо, Макс. Блин, парни, что-то я последние пару вылазок как-то пропустил. Сука, наставник называется.
Я бросил косой взгляд на Северова и мне его даже как-то жалко стало, уж очень он распереживался, того и гляди слезу пустит. Вообще-то морально на него давить у меня цели не было, но с другой стороны — какого хрена? Пусть совесть немного помучает, я из-за него теперь должник у Беляева и хорошего в этом очень мало.
— Вить, у меня к тебе тоже просьба будет — ты только опять на это дерьмо не подсядь, хорошо? Второй раз я тебя вытаскивать не буду, итак по всей Москве побегал, уж лучше пусть меня «выключают» если что.
— Не переживай, не подсяду. Ладно, поеду я. Мне поспать нужно немного, а то у меня такое состояние, как будто я вот-вот сдохну. Спасибо за еду.
— А вот за это точно благодарить не стоит — накормить гостя это наша нерушимая славянская традиция.
Северов усмехнулся, встал и пошел одеваться.
— Где твой Тоторо делся? — спросил он, уже открыв входную дверь.
— Порвался, Вить. Долго объяснять, езжай лучше отдыхать, потом расскажу как-нибудь.
— Договорились, — махнул рукой наставник и вышел.
Закрыв за ним дверь я убрал со стола, открыл себе банку колы и набрал Беляева. Нужно же сказать человеку спасибо, правильно?
— Добрый день, Максим Соболев, — радостно поприветствовал он меня, что было весьма неожиданно, обычно он более сдержан. — Как там твой друг? Не звонил еще? Мы его тут немного в порядок привели: организм почистили, мозги на место поставили, ну и вообще, вернули в Янтарный Дом полноценного самоцвета.
— Я его уже видел, поэтому и звоню. Правда немного удивился, когда он меня набрал, я от тебя звонка ждал, чтобы тебе спасибо сказать.
 
— Ну, а какая разница? Главное что — твой друг в полном порядке и о наркотиках думать не будет. Во всяком случае, я на это надеюсь. Да и спасибо твое мне не обязательно слышать — я не за «спасибо» это делал. Так что, получается, я свою часть договоренности выполнил целиком и полностью, теперь очередь за тобой.
Понятное дело, что ты для меня найдешь что-нибудь этакое, за что ни один человек в здравом уме браться не будет, как в той историй с Ардейским поселком.
— Влад, я свое слово сдержу, не переживай. Или ты уже чем-то меня озадачить решил?
— Пока нет. Но этот момент обязательно наступит, так что когда я позвоню, ты уж бери телефон, не морозься.
— Не буду, не волнуйся, — заверил я его и отключился.
Вот все-таки мерзкий тип этот Беляев! Когда с ним разговариваешь, такое ощущение, что лягушку жуешь — такой-же скользкий и неприятный. Ну хрен с ним, с «сапфиром», до поры до времени можно его из головы выбросить.
Глядя на телефон я вспомнил еще одно дело, которое откладывать в долгий ящик не стоит. У меня же в машине окровавленная ночная рубашка Латуниной не зря лежит, нужно ее в дело применять. Где искать Бессонову мы понятия не имели — ключик, который мог на нее вывести мы сами лично уничтожили, так что теперь вариантов не много. Сегодня ехать к Лазареву уже поздно будет, тем более есть у меня одно не менее важное дело, а вот позвонить ему можно. По крайней мере уточнить теоретическую возможность решения нашей проблемы. Я набрал Ивана, тот ответил практически сразу.
— Привет, Максим, как дела? — голос бодрый, радостный, похоже раненое плечо его точно уже не беспокоит.
— Да все в порядке, Вань. Ты там как? Плечо не болит?
— Нет, я о нем уже даже забыл совсем, — сообщил он. — Между прочим, я твоего Тоторо вылечил. Пришил ему голову, так что он теперь как новый.
— Вот за это спасибо, с меня шоколадка, — была у Лазарева необычная страсть к молочному шоколаду, так что от такой оплаты он никогда не откажется.
— Спасибо, это необязательно.
— Обязательно, всякий труд должен быть оплачен. Ладно, я тебе вот чего звоню — мне помощь твоя нужна в одном деле.
— Ну, говори, чем могу — помогу.
— Помнишь ты по крови как-то завод этот с наркотой нашел?
— Помню, само собой.
— Тут вот какая история. У меня есть вещь, с кровью одного… кхм… человека. Ты можешь определить место, где этот человек находится? Ну, хотя бы примерно.
— Не знаю, — ответил Иван после небольшой паузы. — Это от многих факторов зависит.
— От каких?
— Ну, например, насколько кровь свежая?
— Несколько дней.
— Это проще, если не прошло пяти дней, то попробовать можно. Хотя это и не главное. Суть в другом. Как тебе объяснить? Понимаешь, есть такое понятие, как — сила крови. У каждого это дело индивидуальное, поэтому ничего не могу тебе сказать наверняка.
— Но попробовать можно?
— Можно, почему нет? Я подумаю как это сделать, чтобы увеличить шансы на успех.
— Отлично! Сегодня я к тебе не попаду, тем более если ты говоришь, что до пяти дней не критично, то времени у нас в запасе хоть отбавляй. Давай я к тебе завтра заеду, окей? Заодно и охранника своего плюшевого заберу, а то мне без него как-то одиноко.
— Хорошо, — усмехнулся Иван. — Заезжай конечно.
— Спасибо, Вань.
— Да не за что.
— Как ты там вообще устроился? Что новая квартира, сгодится? А то ты как переехал, я так ни разу и не удосужился спросить.
— В целом мне нравится, хотя аура здесь конечно не очень, пришлось несколько раз квартиру чистить. Похоже здесь до меня какая-то семья жила, у которой с личной жизнью проблемы были серьезные, так что работы было много.
— Ну, в этом я вообще ни хрена не понимаю. Ты мне лучше скажи, как оно вообще — соседи не шумят, в квартире тепло?
— Да нет, с этим все нормально. В квартире тепло, соседи нормальные. Так что все в порядке.