Система-Самоцветы 3: Темные грани (СИ)

— Хочешь что-нибудь? — спросил он.
— Кофе выпью, если есть.
— Проходи в комнату, я сейчас.
Мне уже пару раз приходилось бывать в гостях у Северова, поэтому расположение комнат я знал. Я снял куртку, повесил ее на один из крючков, которые были прибиты прямо к стене около входа и пошел в комнату. Не знаю, приводил ли ее наставник в порядок перед моим приходом, но даже если и пытался, то это ему не удалось. По всему было видно, что хозяину в последнее время не до чистоты в собственном жилище. А еще в комнате стоял какой-то неприятный удушливый запах, природу которого сходу определить мне не удалось. Примерно так пахнет в кабинете у стоматолога, но лишь примерно, запах все равно отличался — он был каким-то затхлым, такое ощущение, что комнату давно не проветривали.
— Держи, — сказал он и поставил передо мной чашку кофе на журнальный стол.
Кофейный аромат немного перебил стоявшую в комнате вонь.
— Ну, так что там у тебя случилось, Макс? — спросил Северов и буквально упал в кресло напротив меня.
Я не спеша взял чашку и пригубил напиток — кофе оказался растворимым, похоже наставник был не большим его ценителем.
— Да я, собственно, не о себе хотел поговорить, — ответил я и поставил чашку на стол, кофе мне что-то перехотелось. — Меня больше волнует твое состояние здоровья.
— С чего бы такая трогательная забота? — иронично спросил он и посмотрел на меня каким-то тревожным взглядом. — Не могу сказать, что у нас с тобой какая-то теплая дружба. Мне даже казалось, что наоборот — особой симпатии мы друг к другу не испытываем.
Ну, а что тут возражать? Все так и есть, я действительно не испытывал к нему особой привязанности. Не могу сказать, что он меня раздражал, но и восторга от его компании у меня не было. Хотя в данный момент мне его было жалко, и я хотел ему помочь от чистого сердца.
— Вить, я не буду терять время и ходить вокруг да около, поэтому скажу прямо — расскажи мне о природе своей болезни, она меня очень интересует.
Северов нахмурился и посмотрел мне в глаза.
— У меня с почками проблема, — соврал он.
— Наставник, ты меня не обижай — я же все-таки профайлер, поэтому знаю, что ты мне врешь, это, во-первых. Ну, а во-вторых, я знаю причину твоей болезни и это не почки.
— Да? Ну надо же как интересно! Даже не предполагал, что Система раздает некоторым способности терапевта. Выходит, что тебе такую все-таки выдали? — с нескрываемой злостью спросил он.
Причина его нервозности мне была вполне понятна, поэтому я даже не стал обращать на это внимание — кому интересно слушать, что у тебя проблемы? Наркоманам точно нет.
— Слушай, Витя, ты не рычи, я же не как враг к тебе пришел, а наоборот помочь, — в ответ он лишь презрительно хмыкнул. — Твоя болезнь называется «эйфория» и мне очень хочется тебя от нее избавить.
После моих слов он оторопело посмотрел на меня и у него отвисла челюсть. Хотя он довольно быстро взял себя в руки и улыбнулся.
— Даже не буду спрашивать, откуда тебе это известно.
— А я и не собираюсь рассказывать, так как к нашему разговору это не имеет никакого отношения, — сказал я и пожал плечами. — Какая разница откуда? Главное, что мне это известно, и я хочу тебе помочь.
— Ты мне очень поможешь, если скажешь, что принес мне пару доз «эйфории».
— Вот чего нет, того нет.
— Тогда какого хрена ты приперся? Морали мне почитать о вреде наркотиков и их воздействии на человеческий организм? Если так, то можешь валить отсюда — разговор окончен.
— Вот здесь ты ошибаешься. Без тебя я отсюда не уйду, поэтому предлагаю тебе поехать со мной.
— Куда поехать? Может быть в какой-нибудь наркологический центр для реабилитации?
— Типа того.
— Макс, я не могу понять — ты что, совсем дурак? Какие врачи мне могут помочь, если меня все время ломает и трясет как в лихорадке?! Да и вообще, с чего ты взял, что я хочу отказаться от «эйфории»?
— Понимаю. Вот именно поэтому мы к врачам и не поедем. Нас ждут более продвинутые специалисты, которые попробуют тебя избавить от этой гадости навсегда.
 
— Бля, ну ты и в самом деле тупой! Давай вставай и вали отсюда!
— Витя, ты что, не понял — мы уйдем отсюда вместе.
Видимо использовав последние резервы своего организма, Северов вскочил с кресла, но я ждал подобного развития событий поэтому был готов к этому. Я спокойно поднялся, посмотрел на его искаженное от злости лицо, дикие вытаращенные глаза и принял простое решение — хорошенько прицелился и двинул ему в челюсть. Способность сокрушительного удара сделала свое дело и добавки не потребовалось — Витька полетел обратно в кресло и вместе с ним опрокинулся на пол.
Да, в других обстоятельствах мне было бы непросто совладать с Северовым — наставник был очень опасным противником и, скорее всего, мне бы и вовсе это не удалось. Но сейчас, учитывая то, что в данный момент он напоминал лишь бледную тень самого себя, победа была быстрой и легкой. Теперь дело за «сапфирами».
Я вытащил из кармана телефон и набрал Беляева. Сейчас самым главным было, чтобы он взял трубку. Секунды тянулись бесконечно.
— Слушаю, Максим, говори.
Вот это просто отлично! Все-таки «сапфир» не забыл и не обманул.
— Я готов, куда нужно ехать?
— Твой друг с тобой?
— Да, я его привезу. Сам он ехать не хочет, поэтому придется связать его скотчем.
— Само собой, что не хочет… Ладно, это твои проблемы. Вези его к нам. Ты знаешь парк «Сосны»?
— Да нет, конечно, откуда.
— Ну мало ли, — усмехнулся Беляев. — Я же знаю где располагается Янтарный Дом. Опытному самоцвету не помешает овладеть подобными знаниями.
— Учту, — пообещал я.
— Ладно, слушай — это район Щукино, по Строгиновскому шоссе. Поищи в интернете парк «Сосны», он тебя выведет. Когда найдешь и упрешься в большие синие ворота, наберешь меня еще раз.
— Ты мне скажешь секретное слово?
— Нет, я тебя встречу.
— Окей, — сказал я и отключился.
Я сунул телефон в карман и посмотрел на лежавшего на полу Северова. Скоро он уже начнет шевелиться, так что времени терять больше нельзя. Я быстро сходил за своей курткой, затем кое как вытащил его из квартиры и захлопнул за собой дверь.
Когда я выволок его на улицу и грузил в салон машины, я заметил, что эта картина заинтересовала пару прохожих, но они решили понаблюдать за ситуацией со стороны. Впрочем, это неудивительно — так уж повелось, что у нас предпочитают держаться в стороне от всяких проблем, в лучшем случае полицию вызовут, а так просто посмотрят или на телефон сфотографируют. Долго я не возился, Витька был на удивление легким, да и сопротивления он, понятное дело, не оказывал. Я уложил его на заднее сидение, вытащил из бардачка скотч и упаковал его самым тщательным образом. Извини, Витя, я понимаю, что когда ты очнешься тебе будет больно, но по-другому никак нельзя, мне эксцессы в дороге не нужны.
К моему удивлению за те сорок минут, что я ехал до «Сосен», Северов не слишком сильно мне досаждал, я думал все будет гораздо сложнее. Лишь сразу после того, как пришел в себя, он начал было брыкаться как конь и чуть не выбил мне заднюю дверь ногами, но вскоре понял, что его попытки ни к чему не приводят и затих.
— Соболев, ты куда меня, сука, везешь? — рычал он, но я ему не отвечал.
Он какое-то время обзывал меня самыми разными словами, и применял такие витиеватые ругательства, что я даже диву давался, но и это занятие он прекратил. К моему большому облегчению — вести машину, когда тебя кто-то постоянно отвлекает и поносит самыми грязными оскорблениями, такое себе удовольствие.
Благодаря навигатору базу «сапфиров» я нашел быстро. Съехал со Строгиновского шоссе и буквально через несколько минут уперся в огромные синие ворота, на которых был изображен желтый ключ — эмблема Сапфирового Дома. Я достал телефон и набрал Беляева. Он не стал отвечать мне, а просто сбросил мой вызов. Через несколько минут ворота открылись и из них вышло трое — Влад и еще парочка «сапфиров», которых я, само собой, видел впервые в жизни. Я вышел из машины и открыл заднюю дверь, из салона на меняя испуганно смотрел наставник.