Доспех духа. Том 8 (СИ)

— Я подумаю, что можно будет сделать с маской, которую ты привёз, — сказал он. — А сейчас ступай и будь осторожен. Если кто-то станет расспрашивать тебя про учителя, дай мне знать.
— Хорошо, — я встал и поклонился. — Спасибо ещё раз.
— Постой, — он сделал властный жест, вспомнив что-то важное. — Сегодня состоится аукцион, который проводят англичане. Посети его и привлеки к себе внимание. Мастер Че Ю поможет тебе попасть туда.
— Хорошо, — я кивнул и ещё раз поклонился.
Провожавший нас мастер Че был молчалив больше обычного. Он выбрал не центральную лестницу, по которой мы поднимались на верхний ярус, а одну из боковых. Через тот же сад и восточные ворота мы вышли за территорию Запретного города, где он с нами распрощался, сказав, что найдёт меня позже.
— Как Вы? — спросил я у Анны Юрьевны.
— Что? — она вынырнула из размышлений, посмотрев на меня. — А, всё отлично. Это было великолепно! Надо всё записать, пока не забыла. Но страшно. Ты иногда поступаешь безрассудно, тебе об этом говорили?
— На том и стоим, — улыбнулся я. — Мама постоянно твердит, что я вечно нарываюсь на неприятности.
— Но ты молодец, — она тоже улыбнулась. — Не думала, что когда-нибудь попаду в Зал Центральной Гармонии.
— Ничего страшного не случится, если Вы об этом напишете? — уточнил я.
— Это смотря что и как написать.
Мы неспешно пошли по тихой улочке в сторону дворца Ютана. Странно, что вокруг не было людей, несмотря на столпотворение на центральной площади и у южных ворот. Я думал о том, что мир потихоньку сходит с ума, в погоне за знаниями, которые даже понять сложно, не говоря уже о том, чтобы освоить. Допустим, Разумовский получит в свои руки все маски разом, но что дальше? Он думает, что в тот же миг станет сильным и неуязвимым? Или он планирует открыть школу, где будут изучать методику укрепления тела? Нет, для этого знаний в масках существенно не хватает. Разве что для черепов это был бы огромный прорыв в развитии. Они и без этого неимоверно сильны, а с новыми знаниями стали бы ещё большей занозой. Если я когда-нибудь встречу кого-то из них, владеющего жёстким доспехом духа, значит, надо будет навестить Разумовского и поговорить с ним по душам.
С Анной Юрьевной я расстался у дворца принца Ютана. Подумал, что те самые благородные китайцы, с которыми мы столкнулись на площади, могут зайти в гости к принцу, а общаться с ними не было никакого желания. Вслух же я сказал, что хочу немного прогуляться по парку, поразмышлять о разном и заглянуть в тетрадку, подаренную Императором. Жаль, что рядом не было пруда с лотосами, как во дворце рода Жао, с удовольствием посидел бы в беседке у воды. Но и здесь я довольно быстро нашёл тихую лавочку рядом с раскидистыми деревьями. Если прислушаться, где-то на границе слышимости можно было уловить звуки проносящихся по центральной улице машин. А вообще, в парке было необычно пусто, учитывая, что в разгар дня отдыхать здесь от городской суеты очень даже неплохо.
Я ещё в Запретном городе краем глаза заглянул в тетрадку, обнаружив там знакомый почерк мастера Че. Если честно, ожидал увидеть примерно такое же пространное описание техники, как в тех брошюрах по парной культивации. Вступление, кстати, было схожее. Мудрец Юньвэнь в знакомой возвышенной манере описывал принцип защитной техники, позволяющей доспеху духа быть не только прочным, но и острым. Понятно, что я не единственный, кто додумался растягивать доспех духа, но мудрец Юньвэнь описывал это очень смешно. Он представлял поле, создаваемое доспехом, в виде ткани, которую растягивает ветер, придавая ей форму пузыря. Говорил, что если сохранить эту форму, но убрать ветер, то края ткани начнут сходиться, образовывая полукруглое лезвие. Важным фактором была скорость, с которой удалялся «ветер». Если всё сделать молниеносно, то лезвие приобретало остроту, превосходящую бритвенную. Великий мастер писал, что падающий волос мог быть разрезан вдоль на две части.
Закрыв тетрадку, я улыбнулся. Если не ошибаюсь, то в разбитой мудрецом маске хранились знания, позволяющие делать доспех духа эластичным. Для классических мастеров умение абсолютно бесполезное и настолько же недосягаемое. Их доспехи закостенели и если ты не великий мастер, то можешь забыть растянуть их хотя бы на сантиметр. Не ошибусь, что с того времени, когда Юньвэнь одумался и записал знания на бумагу, в Китае так никто и не смог повторить его достижения. Слишком специфические они. Но вряд ли Император Цао из-за этого так легко расстаётся с ними. Если они не уедут из страны и достанутся победителю из местного клана, то ничего страшного не случится. Пройдёт лет десять или пятнадцать, Император заглянет к ним в гости, спросит, осваивают ли они новые знания и заберёт их, видя, что не справляются. Но то, что он недооценивает иностранных мастеров, мне не нравится. Как бы то ни было, приманка хорошая и для черепов, и для того, кто напал на мудреца Ма.
 
Создав над собой небольшую полусферу из доспеха духа, я ненадолго задумался. Не знаю, что имел в виду мудрец Юньвэнь, когда говорил, что нужно выкачать из неё силу. Как раз силы в ней практически не было, это же не кинетическое поле, а просто пустая оболочка. Сосредоточившись, пытаясь сохранить форму своеобразного купола, я попытался создать под ним вакуум. К моему большому удивлению, барьер резко схлопнулся, как пластиковая бутылка, из которой откачали воздух. При этом удерживать доспех стало во много раз труднее, но зато он начал быстро разглаживаться и распрямляться, становясь плоским и немного растягиваясь в стороны.
— Дурацкое умение, — хмыкнул я, подумав, что надо бы под дождём подобное провернуть, чтобы видеть результат. Сейчас я мог только ощущать попытку доспеха сжаться ещё сильнее, словно его внутренние поверхности притягивались друг к другу под огромным давлением.
Метрах в десяти от лавочки стоял постамент с большой каменной чашей, то ли фонтанчик для питья, то ли просто скульптура. Идея проверить получившийся серп сформировалась быстрее, чем мысль о недальновидности этого поступка. Я осторожно опустил его на каменную чашу, пытаясь проверить остроту, но раздался громкий хруст камня и секундой позже чаша распалась на две половинки, с грохотом упавшие на бетонную дорожку.
Сзади послышались одобрительные голоса, отчего я подпрыгнул на метр вверх.
— Вашу же мать! — выругался я оглядываясь.
Оказывается, пока я размышлял над техникой, из-за дерева, стоявшего позади лавочки, за мной наблюдала любопытная парочка мастеров. Не думал, что у них получится подкрасться так близко незамеченными. Мастер Че показал мне большой палец, а мастер Ву Ци приветствовал, положив ладонь на кулак.
— Напугали, — выдохнул я, ещё раз выругавшись, но уже тихо.
— Секретные тренировки? — спросил мастер Че. — Мы помешали?
— Нет, я просто… экспериментировал. Мастер Ву Ци, как Ваше здоровье?
Поддавшись настроению, я подошёл к невысокому китайцу, обнял его и похлопал по спине. Хотел подшутить, как это делал Свен Беккер, но не стал, так как в нашу прошлую встречу Ву Ци сильно досталось от черепа. Обниматься китайцы не любили, поэтому мне достался недовольный взгляд, но совсем не сердитый. Кстати, у него на поясе висел знакомый меч, артефакт из императорской коллекции.
— Мастер Ву Ци говорит, что поправился, — перевёл его слова Че Ю. — Мы сошлись во мнении, что это была хорошая атака. Очень сильная и её сложно увидеть.
— Лучше скажите, что там с аукционом, про который говорил Император Цао, — решил я сменить тему. — И давайте отойдём немного, пока не прибежали работники парка и не обвинили нас в порче скульптур и памятников.
На мне скрестились два одинаково осуждающих взгляда.
— А что? — возмутился я. — Она сама развалилась на две половинки, я не виноват.
Оглядевшись и заметив вдалеке подозрительную троицу китайцев, явно следящих за нами, я зашагал в сторону дворца Ютана.
— Император Цао не разрешил англичанам провести аукцион, но и не запретил, — сказал мастер Че Ю. — Поэтому всё будет организованно на тайной арене.