"Фантастика 2025-91". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)
В этой реальности спецы «Тойота Моторс» оценили качество алюминиевого литья в местных условиях и согласились разместить на Минском моторном сборочную линию бензиновых двигателей и штамповки. Блок цилиндров, корпус головки блока, поддон картера, крышка головки — местного производства, комплекты «сделай сам» с коленвалом, шатунами, поршнями, начинкой головы и прочими деталями придут из Японии, контроль качества деталей и финишной сборки — только их инженерами. К концу года планировалось отгружать первые серийные образцы для группы «Карина-Королла-Терсел», а наши кулибины потирали руки от возможности приобщиться к тайнам тойотовского двигателестроения.
Заказав такси, кстати, по вызову приехала родная сердцу «рогнеда», а не замученная вдрызг «волга», заехал за Катькой, откуда погнали на МАЗ. Даже уволившись, я ничуть не собирался отказываться от титула главного конструктора «березины» и продолжал контролировать работы рестайлингу. В комплекте с новыми двигателями — с впрыском или дизель — планировался изменённый интерьер салона, мои стали грудью в защиту коробчатого дизайна приборной панели, мной нелюбимого, но махнул рукой — творите. Гидроусилитель рулевого из опции переходил в стандарт. Внешние изменения, чтоб удешевить модернизацию, коснулись решётки радиатора и бамперов, достаточно. Забежал к Дёмину, продемонстрировал подбитый глаз, рассказал, как в Москве обращаются с генеральными директорами.
— Сергей, если так будет продолжаться, возвращайся. Тебе всегда в Белоруссии место найдётся, — утешил коллега. — Поддержим, защитим.
— Держусь пока есть силы держаться. А коль ещё жив, выпишите на АЗЛК один экземпляр «березины» в базовой комплектации. Найдёте? Или потом пригнать человечка?
— Найду, чего уж там… Хочешь, катаясь на «березине», колоть глаза москвичистам?
— Я и без того на виду, разъезжая на вазовской «копейке». Пальцами тычут. Нет, Иван Михайлович. Буду честен: чтоб сдирать. Министр согласен на новый «москвич», он рассчитан преимущественно для внутреннего рынка, мы намерены унифицировать с «березиной» по агрегатам и силовому каркасу кузова, чуть укороченного и выполненного как 5-дверка.
— В министерстве полный дубль конструкторской и технологической комплектации имеется, — не понял Дёмин. — Сама машина — зачем?
— Я не ожидал, что московская свора, нечистая на руку, столь свирепо на меня накинется. В моём распоряжении — квартал, и половина прошла. За оставшиеся полтора месяца намерен представить Минавтопрому и ЦК не просто концепт, а опытный образец, изготовленный, как вы понимаете, переделкой кузова «березины». Если не только оздоровлю завод, а это уже началось, но и двину обновление модельного ряда, хрен кто на меня тявкнет. Войдите в положение!
Он дал команду выписать машину, я заполнил чек на оплату. Мы ещё много говорили… Унификация платформ, если сотрудничать, а не ставить друг другу палки в колёса, очень выгодна обоим предприятиям. Но гарантировать fair play мог только за себя. То есть лишь на 46 дней вперёд.
К ночи забрал Екатерину от подъезда в «березине» синего цвета, пахнущей внутри натуральным свежим кожзамом. Девушка кинула вещи на заднее сиденье, оно в целлофане, сама устроилась впереди справа.
— Хороша! Сколько смотрю на «березину», столько радуюсь, и цвет ультрамарин ей очень подходит.
Не стал разочаровывать, что именно этот экземпляр не проживёт и нескольких дней, обречённый на разделку. Самому жалко.
В Москву прикатили под утро, необкатанный мотор не хотел жечь в спортивном режиме. Под недоуменными взглядами вахтёров на проходной провёл Журавлёву в свой кабинет — поспать пару часов, потом привести себя в порядок, сам рванул домой. Когда на пару с Валентиной, позавтракав, грузились в машины, от меня не укрылся её хитрый вид.
— Что такое?
— На работе узнаешь! — она захлопнула свою дверь.
Да уж, могла предупредить. Хотя бы намекнуть.
Над проходной висел плакат «С Днём рождения, дорогой Сергей Борисович!». За проходной выстроились ИТРы, бригадиры, бухгалтерия, плановый, испытатели, маячила Катька, да много ещё кто. Конечно, я помнил дату своего рождения, просто никакого значения ей не придавал. В прошлом году и поздравлений-то не принимал, как раз выпало на похороны Марины. Дочку Валя с Машей поздравили без меня, маленький ребёнок ещё не понимает смысла этого события и не клянчит подарки.
Клянусь, я тоже ничего не клянчил!
Кстати, практически юбилей. 75 лет прожил в прошлой жизни, почти 5 — новой. Дедунчику-пердунчику 80 лет! Но работникам АЗЛК в этом не признаюсь.
— Товарищи, спасибо, конечно, но я на заводе — без году неделя, почти ничего не успел, право — не стоило. И, тем более, мой неюбилей — не повод срываться с рабочих мест. Лучший подарок Генеральному — продуктивный труд!
Продолжительные аплодисменты. Ну не завод, а Кремлёвский дворец съездов, словно я прошамкал брежневским ртом «шпашибо, таварышы», благо здешние вожди не шепелявят и ходят бодро, не сыплются песком.
Собрал руководство, убедился, что на два дня в течение рабочей недели оставлять их можно. Предприятие не остановилось, и его не разгромил УБХСС.
— Коллеги, вы устали от моих инициатив, вот вам ещё одна. Открываем магазин «Запчасти по почте» по образу и подобию «Посылторга». Экономический отдел! Мне нужна штатная численность сотрудников магазина — складской работник, приёмщик заказов, ответственные за отправку по почте. Укомплектуем за счёт внутренних перемещений. Отдел кадров! Нужен квалифицированный человек, организующий работу отдела, на первых порах допускаю совместительство.
Итого за живые деньги продаём запчасти, они по госцене в розницу в 2, а то и в 2.5 раза дороже, чем в составе автомобиля. Заодно, первыми внедрив новшество, убеждаем советского потребителя: к «москвичу», включая снятые с производства М-412, всегда доступны запасные части и расходники.
Далее собрал внештатное конструкторское бюро.
— Други мои! Времени на раскачку нет совсем. Мне дан срок навести порядок на АЗЛК к концу полугодия — к 1 июля. Половина времени прошла, и я вижу, какие грозовые тучи ходят вокруг да около. Значит, опытный образец выкатим под начальственные очи через полтора месяца.
Люди аж рты пооткрывали, кроме Катьки, она была в курсе.
— Но как? — простонал Леопольд Денисович, временно сосланный из конструкторов в энергетики. — Такого никогда не было в истории автомобильной промышленности!
— Если я не путаю даты, турбореактивный истребитель «Хейнкель-162», самый быстрый самолёт Второй мировой войны, создан с нуля за 90 дней. Мой квартал — те же 90 дней, и задание я вам раздал в самом начале. Причём на ваши головы не падают американские бомбы, вы едите нормальный хлеб, а не эрзац, гайки крутят передовики производства, не пленные. Да и по сложности задачи истребитель и малолитражку не сравнить. Неужели советские инженеры не смогут переплюнуть достижение фашистских?
Это очень напоминало старый анекдот: «Стреляй, Анка!» «Так все патроны кончились, Василий Иванович!» «Ты комсомолка, Анка? Комсомольский приказ — стреляй!» И вновь застрочил пулемёт…
Закончив партийно-идеологическое внушение, успокоил присных, что задача упрощается использованием платформы «березины», которую предстоит укоротить, оснастить новыми навесными элементами, переделать корму под 5-ю дверь. Увы, ширина будет обрезана до жигулёвских габаритов, то есть до 1600 мм, иначе прогнозирую очень большие проблемы в Минавтотрансе с утверждением.
— Катя, все пропорции, особенно переда, поплыли, придётся уточнять. Далее, вместо оптики — габаритные муляжи. Сиденья, приборную панель и прочую начинку салона возьмём от «Тойоты», важно, чтоб машина внутри отличалась и от «москвича», и от белорусской прародительницы.
— Без ножа режешь. Я каждый миллиметр выстрадала. И что с вертикальным габаритом делать? Он минимальный — чтоб водитель ростом 185 не бился макушкой в потолок.
— Подойдёшь к делу творчески и решишь. Главное, прототип должен выглядеть предельно аккуратно. О каких-то замечаниях стоит говорить только после испытаний, но небрежность в полировке панелей кузова, плохо закрывающиеся двери — всё это на 90% обеспечит провал проекта. Кстати, кто за меня название придумает, Пушкин?