"Фантастика 2025-91". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)
«Это, конечно, не совсем то, на что я рассчитывала, — подумала Смерть, — но это явно лучше, чем быть развоплощённой за беспочвенные обвинения».
* * *Чертоги Высших
Чертоги Великой Матери Крови были высечены из рубиновых кристаллов, пронизанных живыми артериями. Стены пульсировали в такт древнему ритму, а вместо воздуха здесь витал терпкий запах меди и железа. Пол был покрыт тонкой пленкой алой жидкости, но ступающие по ней не оставляли следов — лишь легкую рябь, как от капель дождя.
В центре зала возвышался трон, выкованный из костей павших богов, обвитых золотыми жилами. На нем восседала Кровь. Её фигура, сотканная из теней и багрового света, казалась одновременно хрупкой и незыблемой.
Высшая обдумывала предложение бывшего последователя. Веры ему не было. Предавший однажды, предаст снова. А уж перебежчиков она на своём веку повидала. К тому же, несмотря на печать техносов, запрещающую непосредственное влияние на Саптаму, Кровь абсолютно точно знала, что уж кому-кому, а Саптаме она мир не отдала бы. Не после того, как он поставил собственную родину на откуп интересам техносов, ещё и сам создал отмычку к мировой защите.
От тягостных раздумий её отвлёк разрыв ткани реальности. Перед Высшей возник серебристый смерч — извивающийся, непостоянный, но в то же время невероятно точный в своих очертаниях. Извечный Хаос.
Кровь не дрогнула, но одна из её алых лент, обычно спокойных, невольно потянулась к серебристому вихрю — словно старая привычка, от которой не избавиться. Но тут же, словно спохватившись, вернулась к хозяйке.
— Долго метаться будешь? — раздался знакомый голос, от которого по телу прошла дрожь даже спустя столько лет.
— Сто тысяч лет не объявлялся, а тут вдруг решил почтить своим вниманием, — безразлично буркнула Кровь. — С чего такая честь?
Смерч закружился медленнее, будто смеясь.
— Как была язвой, так и осталась, — в его голосе прозвучала знакомая теплота. — В курсе, что Смерть вошла в Зал Вселенского Равновесия?
Кровь на мгновение замерла.
— Н-нет… — она запнулась, в её глазах мелькнуло недоумение. — Она ведь отказалась рисковать…
— Ну не знаю, но за ваших она билась до конца!
— И каков результат?
— Творцу техносов пообещали личную ответственность за любую «случайность» в ваших мирах до конца сроков владения.
Кровь вздохнула, её пальцы сжали подлокотники трона.
— «Наши» когда-то были и твоими тоже, — печально вырвалось у неё.
Хаос молчал. Целую минуту.
— Я отошел от дел. Надоело грызть друг другу глотки под Её науськивание.
«Её» — даже имя произносить было не нужно. Оба знали, о ком речь.
— Отошел и отдал мир на откуп техносам — это разные вещи, — не удержалась Кровь.
— Я тебя прошу, — хмыкнул Хаос. — Так «отдал», что позволил твоему опальному ящеру спереть божественный артефакт, заделать ей ребёнка, потом опекал его и не дал угробить. А после и вовсе кое-кого перенёс кое-куда, позволив выдержать кое-что!
— Ты позволил им плодить богов не пойми с какими способностями в инкубаторах! — вспыхнула Кровь.
— А то вы все не занимаетесь тем же самым, но в разных вариациях⁈
— Ну не так же⁈
— Так и только так! Сама выбрала себе сироту с триггером на изувеченном детстве. Чем я его, по-твоему, должен был из себя вывести?
— Так ты?..
— Молчи! — резко оборвал её Хаос. — Заметь, про пропажу осколка я до сих пор не заявил, хоть и надеялся, что твой мальчишка просто соберёт внутри себя нашего сдвинутого на всю голову Адика. Но нет же… воспитала на нашу голову… правильного.
Кровь смотрела на Извечный Хаос, и в её глазах мелькали тени прошлого. Они когда-то были больше, чем союзниками. Но теперь между ними — пропасть.
— Если ты с самого начала мог такого создать, то почему медлил? — вдруг спросила она.
— Дорогая, ты меня с кем-то путаешь, — хмыкнул Хаос. — Я — не Творец, я — генератор вероятностей. Просчитать и направить тем или иным путём не могу даже я. Просто в какой-то момент мне стало интересно, что будет если… Так же, как и тебе, когда ты взялась за тринадцатого потомка и сделала его тринадцатым возвысившимся.
— Я ничего не делала, он всё сделал сам.
— Вот именно! Именно потому, что он всё делает сам, как считает нужным, мы и следим за ним. Последнего такого игрока против Её законов разметало по мирам. Ему бы подрасти, не попадаясь на глаза, но времени в обрез…
— Он уже попался… Она наградила его семенем кровавого безумия.
Хаос замер, и молчание стало густым, как смола.
— Человеческое существо с такой болезнью обречено. Безумие не созидает, оно разрушает.
— Он обуздает его, я верю. Я же смогла когда-то и поднялась на ступень Высшей.
— Сколько тебе понадобилось на это времени? Не знаешь? А я знаю. Ты обязана будешь уничтожить его раньше. Таков Закон.
— Ты тоже обязан был, но не уничтожил же… — тихо ответила Кровь.
— У нас была другая ситуация. Мы имели в запасе несколько сотен тысяч лет, а у него — меньше тысячи. Лучше уничтожь его, пока не стало поздно. Возьмёшь другую песочницу. Ну или в крайнем случае, отыщи кого-то из бывших своих вознёсшихся, но не примкнувших к техносам. Такие тоже были, я уверен. Их подтянуть до уровня Высшего проще, чем потом за этим разгребать последствия.
Серебристый смерч на мгновение приблизился к Крови. Легчайшее прикосновение — дуновение ветерка, поцелуй, намек на то, что когда-то было.
— Один, кстати, такой идёт к тебе прямо сейчас… Талантливый, судя по разнообразию его экспериментов.
Если до этого Кровь ещё позволяла себе слабость — тень былых чувств, то теперь всё оборвалось. Хаос не просто советовал. Он направлял её внимание на Саптаму. На того, кто уже однажды предал её. Надежда, вспыхнувшая на пепле прошлого, рассыпалась в прах.
— Я подумаю над твоими словами, — только и смогла выдавить Кровь, прежде чем серебристый смерч исчез, оставив её одну в пустых чертогах.
Она сидела на троне, сжав кулаки так, что из-под ногтей сочилась алая роса.
Он предлагал ей убить своего же избранника.
Но самое страшное — он мог быть прав.
* * *Лаборатория Саптамы
В центре зала пульсировали четыре сферы с экспериментальными формами жизни, их мерцание отбрасывало причудливые тени на стеклянные колбы с реактивами.
Сам Саптама сидел за массивным прозрачным столом, заваленным пергаментами, кристаллами памяти и странными устройствами, напоминающими гибрид магических артефактов и нанотехнологических приборов. Его пальцы быстро скользили по голографической клавиатуре, максимально шифруя и дублируя неважное для отвлечения внимания и затирая основополагающие тезисы.
Короткий разговор с Кровью всё не шёл у него из головы.
Когда вознёсшийся вновь посетил бывшую покровительницу, та была отчего-то сильно зла. Не просто раздражена — яростна.
«Неудачное время выбрал», — успел подумать Саптама, прежде чем попытаться исчезнуть, но был остановлен холодным голосом.
— Предательство меня, как покровительницы, я ещё могла бы простить. Но то, что ты отдал на поругание собственный мир…
Саптама усмехнулся.
— Такая принципиальность была бы понятна, если бы вы сами из раза в раз не менялись песочницами, тасуя их не хуже карт в колоде. Каждый из вас столько раз предавал свои миры, что уж простите, но чья бы божественная сущность мычала…
Но Кровь лишь покачала головой:
— Ты не поймёшь… никогда, — покачала головой Кровь, кровавой лентой касаясь щеки Саптамы, — безмерно талантливый, и столь же безмерно беспринципный. Пока одни готовы уничтожить мир ради собственного вознесения, другие готовы уложить на алтарь себя и собственную кровь ради спасения мира.
— Мёртвым я миру ничем не помогу! — пожал плечами Саптама. — Предпочитаю не идти на столь радикальные шаги.
— Иногда нужно не единожды умереть, чтобы возвыситься, но тебе этого не понять. Именно поэтому мой ответ «Нет!» Предавший однажды, предаст вновь.