"Фантастика 2025-91". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)
Располагаясь на императорском этаже, Иван Григорьевич купался в лести, подобострастии и желании угодить ему любимому. Вот уж где людям неважно было его прошлое. Достаточно было самого факта близкого родства с императором, статной фигуры и парадного военного мундира. Встреченные им в фойе гостиницы молоденькие аристократки стреляли в него глазками, а их отцы уважительно раскланивались.
«М-да, а ведь мне необходимо заниматься улучшением собственного имиджа не только в столице, но и на периферии. Причём здесь это сделать гораздо дешевле», — здравая мысль посетила Ивана Григорьевича весьма своевременно, поэтому, поднявшись к себе в номер, он отдал указание своему слуге:
— Узнай про местные лазареты для отставных военных, сиротские приюты да прочих убогих местах обитания. Завтра проедемся по ним да сделаем туда пожертвования умеренные.
Слуга кивнул и удалился, оставив господина пить вполне приличный свежесваренный кофе, принесённый фигуристой горничной вместе с блюдом воздушных эклеров.
Девица и сама была похожа на эклер, с выдающимися прелестями, выпирающими под чёрной униформой, да светлыми локонами, собранными в удобную причёску, чтобы не мешали. У Великого Князя сразу же мелькнули соответствующие фантазии, при каких занятиях сия причёска была бы вполне удобна, но он прогнал их усилием воли. Если он планирует вознестись выше нынешнего положения, то собственные желания необходимо усмирять, а не горничных на простынях валять. Даже если эти горничные совсем не против валяния, судя по призывному вилянию бёдрами.
Проводив блондиночку взглядом, Иван Григорьевич распаковал конверт, подготовленный слугой, с генеалогическим древом княгини Виноградовой, чтобы спустя минуту взбеситься и испепелить бумагу:
— С-с-суки!
Беда пришла откуда не ждали. Со стороны Виноградовых как раз проблем не возникло, а вот короткая сводка по роду Комариных преподнесла сюрприз. Отец княгини обладал слабым даром огня, перенятым не пойми от кого. Такое тоже случалось, когда в роду было намешано различных кровей, но такого Иван Григорьевич точно не ожидал. Прабабка нынешней княгини была из франкского рода Бенуа, известного на всю Европу гадюшника. Кого там с кем не скрещивали ради обретения полного пасьянса разновекторных магических даров.
По официальной версии Бенуа считались стихийниками, родом созидательным, а сама фамилия произошла от слияния «bon» (хороший) и «eau» (вода). Но Великий Князь знал и ещё одну трактовку этой фамилии и знал не понаслышке, ведь его мать происходила из боковой ветви именно этого рода и трактовала свою фамилию как производную от бога Бенну, египетского аналога Феникса.
— Похоже, чтобы получить контроль над своей армией, мне придётся либо жениться на княгине, либо её убить.
* * *Солнечная Нэко уже была осведомлена, что её план не удался. Такесима, на какое-то время исчезнувшая с морских просторов, снова находилась на своём месте. Драконов не было видно, а весь пантеон будто затаился, занимаясь своими делами и игнорируя из ниоткуда появившегося чужого бога. Такой вариант Солнечную Нэко не устраивал.
Размышляла она и о неосмотрительно данном императором Мацухито слове не причинять вреда роду Комариных, куда теперь входила и беременная сучка Тэймэй Эсфес.
— Вот дрянь, сначала сколько крови кузине выпила, а теперь и мне не хуже кости в горле застряла.
Мысли о вариантах вмешательства, плавно оформлявшиеся в некий новый план, прервало появление дочери. Золотистая кошка появилась, шипя и брызгая солнечными зайчиками, словно маленькими молниями.
— Сучка чешуйчатая! Дрянь! — бушевала дочь, выпустив когти и оставляя на камне отчётливые следы.
— Что тебя так расстроило, дитя? — позволила себе поинтересоваться бедами своего лучика богиня. Дочь, по сути, ещё самый настоящий котёнок, отчаянно старалась доказать свою взрослость, но когда начинала злиться, то абсолютно переставала контролировать себя.
— Нинг! Она!.. Она!.. — у кошечки топорщились усы от возмущения, и попросту не хватало слов. — Она меня обогнала! Красный хрыч готовит её к правлению!
— Быть того не может, — лениво покачала хвостом богиня-мать и подставила лицо солнцу, — вы же неразумные дети, вам ещё копить и копить силы. Какое правление? Вам пока и деревушку доверить нельзя, не говоря уже об императорских родах.
Прикрыв глаза от удовольствия, Нэко не заметила, как злобно уставилась на неё дочь.
— А вот и накопила! — вскипела кошечка. — Сделала ставку на этого смертного! А он стал богом и с ней силой поделился! А ты мне запретила!
— Дочь Солнечной Нэко никогда не станет шлюхой и подстилкой для человека! — обманчиво спокойно отреагировала на претензии дочери богиня.
— И это говорит мне та, кого за глаза в пантеоне называют гулящей кошкой? — не осталась в долгу юная богиня.
— Выбир-р-рай слова! — промурлыкала Нэко, но в этом мурлыкании явственно слышалась угроза. — Мы всегда гуляем сами по себе!
— Не буду! Ты вечно путаешься непонятно с кем, а результата нет! Думаешь, я слепая и глухая? Не-е-ет! Такесима на месте, а Красный хрыч тебя оприходовал и был таков!
Хвост Солнечной Нэко взметнулся и удавкой сжал горло родной дочери, поднимая ту в воздух и не давая коснуться ногами каменного пола.
— Ещё слово, и ближайшую тысячу лет проведёшь самой обычной магичкой!
Юная богиня при всём желании не смогла бы выдавить из себя ни звука, а потому только закивала головой на манер болванчика, давая понять, что всё осознала. Хвост разжался, выпуская из захвата свою жертву.
— Свободна, и не попадайся на мне на глаза какое-то время, — таким же расслабленным голосом завершила разговор Солнечная Нэко, возвращаясь мыслями к вопросу выдавливания Эсфеса со своей территории.
Юная богиня отдышалась и исчезла с поля зрения матери, но мысли её были полны отнюдь не смирения. Похоже, эта тварь Нинг была права, старики никогда добровольно не поделятся своими кормушками.
* * *Ну что же, с порталами в этом Оке была самая настоящая проблема. Меня снова вынесло не туда, куда нужно. Это я понял, когда под ногами громыхнуло и валун, на котором я оказался, начал вдруг заваливаться. Вокруг стояла завеса пыли и песка, поднятая взрывами. Не успел я прийти в себя от звона в ушах, как совсем рядом земля содрогнулась, и соседний валун начал крениться.
«Цепочкой подряд валят, что ли?» — мелькнула мысль, и я принялся искать шнуры для подрыва. Они нашлись тут же, расходясь в разные стороны огненными дорожками из центра к валунам в первом круге, состоящем из фиолетовых камней. Большинство шнуров должно было вот-вот догореть и вывернуть камни, словно молочные зубы у ребёнка.
Не придумав ничего лучшего, я попросту накинул на каждый валун щит из собственной крови. Ну не стихийник я! А кровь была единственной жидкостью в пустыне мне подконтрольной. Шнуры догорали до границы щитов и тухли, сизым дымком вздымаясь в предрассветное небо.
Кто-то вдалеке завозился, заподозрив неладное, когда не прогремел очередной взрыв.
«Да какого демона? — подумалось мне. — Убью всех, и дело с концом», — но память услужливо напомнила о странном образце. Интуиция подсказывала, что это был не тот случай, чтобы рубить сплеча.
Я цветасто выругался.
«Хрен с вами, граждане мародёры! Поспите, пока не рассмотрю ваши рожи поближе!»
Одним махом я отправил всю местную братию в сон, а сам отправился на ближайший стук сердца, отбивавший уж больно знакомый ритм за ближайшим песчаным наносом. Я поднялся в воздух, чтобы не тащиться по песку, но стоило мне перелететь гребень, как в меня один за одним выстрелили из нескольких вполне себе немагических револьверов, оцарапав предплечье и левый бок.
«Это же кто это у нас такой невосприимчивый к магии крови оказался?»
Я, конечно, использовал самый простейший арсенал, не особо заботясь о применяемой силе в конструктах. Было лишь одно ограничение, которое я неосознанно вплетал в каждое использование магии крови, защищая родную кровь.