"Фантастика 2025-91". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)

К концу этого времени на Тайпану страшно было смотреть. У аспиды содрали две трети чешуи, местами успев выгрызть приличные куски мяса и оголив кое-где скелет. Но основной ущерб заключался в другом. Если при спуске на песок бывшая богиня активировала вокруг себя неслабый такой радужный щит, то сейчас пожиратели его начисто выпили и продолжали обгладывать энергетическую систему аспиды.
  
Та тоже почувствовала неладное.
«Миша, Мишенька! Спаси! Они не слушаются! Почему они не слушаются⁈ Пей сколько угодно, только вытяни нас отсюда, — панические просьбы о помощи звучали всю последнюю минуту, но я не отвлекался от трапезы. Нужно было успеть восстановиться до того, как Тайпану выпьют полностью. — Мы же союзники! Ты же клялся защищать меня!»
Как только резерв восполнился, я без раздумий совершил оборот и, подхватив Тайпану, принялся набирать высоту. Часть тварей взревела, рассерженная утратой добычи. Хвала Матери Великой Крови, летать они не умели. Мне же предстояло зависнуть в воздухе, пока аномалия не сместится и не уйдёт по одному ей ведомому маршруту.
То, что Тайпану подъели, означало лишь одно. Вскоре аномалия расширится в размерах. Уж не знаю, по какому принципу она развивалась, но мы во время экспедиций заметили лишь три закономерности. Первая — стоило единожды применить против созданий аномалии какую-либо магию, и у них вырабатывался иммунитет к ней. Вторая — после пожирания особо сильных магов аномалия увеличивала площадь покрытия. Третья — выжить жертвам можно было, лишь покинув зону аномалии. И на это в зависимости от размера и энергетического резерва отводилось от одной до трёх минут.
Как я узнал максимум? Проверил на собственной шкуре. Моего резерва в прошлом теле и в прошлой жизни хватило ровно на три минуты активного сопротивления. И это я ещё успел слинять из эпицентра, обломав всю трапезу местным пожирателям. Экспериментировать с Тайпаной я не стал. Двух минут нам хватило с головой: ей, чтобы резко изменить линию поведения, а мне, чтобы восстановить резерв.
Висеть в одном положении было скучно, поэтому я опытным путём проверял размеры аномалии, то и дело выпуская в песок небольшие серпы из арсенала магии крови. Благо, крови из аспиды лилось с избытком. Не всё же добру пропадать.
На каждый кровавый серп из песка выстреливали ленты змей-пожирателей. Я почувствовал себя дрессировщиком, подкармливающим животину после очередного трюка.
«Больно! Как же больно! У-а-а-а! Хны-ы-ы! Хых! — рыдала по кровной связи Тайпана. — Я не могу даже подлечиться, всё утекает, словно через решето!»
«Даже не вздумай! На тебе пиявок, как на собаке блох, — пояснил я аспиде. — Приземлимся, я сниму. А так ты их только кормишь зазря».
«У-а-а-а! Хны-ы-ы!» — давила на жалость Тайпана, но я по кровной связи примерно представлял себе её состояние. Предсмертным оно не было даже близко. Ковчег рода её неплохо так подтянул в плане силы.
Когда три серпа подряд не нашли своих питомцев, я пошёл на снижение. Полёты в звериной ипостаси давались мне сложней, чем в человеческой. Да и Тайпана тоже пушинкой не была, чтобы летать с таким утяжелителем. Поэтому приземление наше больше напоминало смягчённое падение.
— Ай! Уй! Полегче! — взвизгнула аспида, откатываясь из моих ни разу не нежных лап и пытаясь затормозить, чтобы не скатиться с края песчаного бархана.
Едва успев затормозить хвостом, она рванула обратно в мою сторону с криком:
— Сними их немедленно! Сними их! Сними! А-а-а!
Ух, вот это ультразвук. Аспида испуганно крутилась, осматривая своё тело со всех сторон. Выглядела она будто прижила на себе колонию пиявок. Вот только пиявки были размером под два, а то и три метра.
— Сними их! Ты обещал! Сними! — аспида, кажется, поняла, что сама с подселенцами-богинеедами никак не справится и перестала хаотично крутиться.
«Гемос, — обратился я к сокрытому внутри меня творению из божественной магии Винограда, магии крови и наркотическо-алхимической дряни, — для тебя есть работа. Но должен признать, что это, скорее всего, будет чем-то похоже на каннибализм».
«Э-э-э… людей ел, магию ел, а таких, как я, не ел, ибо их не существует, чтобы это считалось каннибализмом», — озадачено ответил мне Гемос.
«Есть похожая форма жизни, которая поедает любую форму магии и после сжирает жизненные силы его носителя, но она неразумна. Вернее, — я поспешил исправиться, — какие-то зачатки коллективного разума у неё имеются, но не так как у тебя».
«Я уже хочу с ней познакомиться! — с энтузиазмом отреагировал Гемос. — А обязательно её убивать, если мы вдруг найдём общий язык?»
Теперь уже я опешил от такого вопроса. Геноцид пожирателей устраивать я не планировал изначально, желая обойтись малой кровью, но поведение Тайпаны несколько всё усложнило.
«Скажем так, если ты уговоришь их не доедать вот эту розовую змеюку, то и убивать их не надо. Я их даже обратно в аномалию верну, если они пообещают ещё и меня заодно не убивать».
«Договорились, — радостно отрапортовал Гемос, — подсаживай! Мне уже жуть как интересно! Только… можно меня в полном размере подсадить? Ну, чтобы я попредставительней выглядел!»
«Ты как будто свататься собрался», — не смог удержаться я от смешка.
«Нет, гарем себе заводить я не планировал, но переговоры всё же вести лучше с позиции силы».
«Это где ты таких дипломатических премудростей успел уже успел нахвататься?»
«Зря я что ли внутри вас столько живу?»
Да уж живёт, причём настолько тихо, что я и вовсе забываю о его соседстве до вот таких вот непредвиденных ситуаций. В ком-то паразиты заводятся от немытых рук, а я даже здесь выделился, обзаведясь паразитом божественного уровня.
«А нечего было сосать кровь у кого ни попадя, — не остался в долгу Гемос. — И вообще, это раньше я был паразит, а с вами я уже до полноценного симбионта доразвился!»
Я решил пропустить последнюю фразу мимо ушей. Потом обсудим, до чего ещё может эволюционировать Гемос, сейчас же я полоснул себя по хвосту когтями и выпустил своего симбионта на свободу.
* * *
Тайпане было не столько больно, сколько страшно. К боли она привыкла. Старшие братья её не жалели и измывались по-всякому. Ей мстили уже за то, что она была любимицей отца. Тогда как все остальные дети готовы были перегрызть друг другу горло за это звание.
Страшно же было вновь почувствовать себя слабой, такой, какой она была в прошлом мире. После приобщения к местному родовому алтарю сила в аспиде бурлила полноводным потоком. Она уже чувствовала себя непобедимой, практически на уровне с приёмным отцом. Но впереди маячила ещё большая сила, и бывшая слабачка не могла и не хотела отказываться от перспективы стать ещё сильнее.
Когда же в неё вцепились эти странные змеюки, с которыми заигрывал Эсфес, Тайпана почувствовала, как сила стала утекать из её тела и души. Мелкими ручейками эти странные пиявки высасывали то, что с таким трудом удалось собрать аспиде. Их ничего не брало. Стоило ей применить хоть какое-то заклинание, как сила утекала, словно песок сквозь пальцы, а пиявки только довольно чавкали. При этом Эсфеса эта дрянь почему-то обходила стороной. А сам союзник ни с того ни с сего сам впился в неё своими клыками и жадно пил её кровь вместе с остальными пожирателями, по сути, ничем от них не отличаясь.
«Ну ничего, я тебе это ещё припомню! Кровосос!»
И даже то, что Эсфес вытащил её из клубка пожирателей и унёс в относительно безопасное место, не снизило градус злости Тайпаны. С виду она хныкала, просила, притворялась слабой, а мысленно придумывала кары одна изощрённей другой для спутника. Собственной вины в происходящем она не видела. Стечение обстоятельств не более. Ради избавления от пиявок она готова была прикинуться кем угодно. Время для мести ещё придёт.
  
Когда же из тела Эсфеса появилась огромная тварь, больше напоминающая чернильную кляксу, Тайпана струхнула. А с чего она решила, что Эсфеса не тронули пиявки? Что если в него вселился кто-то похлеще, и этот кто-то сейчас единолично решил отобедать Тайпаной?