"Фантастика 2025-91". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)

Неладное я заподозрила, когда Маняша не появилась в обычное время. Никаких писем на мое имя не приходило, и я предположила, что она могла заболеть, и приедет позже. Однако, когда я увидела ее в черном платье на крыльце нашего с Митей дома, то как-то сразу поняла, что стало причиной траура.
- Мама? – спросила я, едва шевеля онемевшими губами.
- Ирина Олеговна скончалась, - подтвердила мою догадку Маняша. – Ульяна Алексеевна, примите мои искренние соболезнования.
  
- Почему? Что случилось? – выдохнула я, с трудом веря в произошедшее.
- Она… болела, - с запинкой призналась Маняша. - Сердце.
- Я успею… попрощаться?
Она отрицательно качнула головой.
- Обряд проведен. Урна с прахом вашей матушки захоронена в семейном кургане.
Мне не позволили попрощаться с мамой. Я поняла, что по-настоящему осиротела.
Маняша осталась, чтобы помочь мне провести обряд поминовения. А потом сказала, что будет приезжать в скит, как обычно, но денег и пожертвований больше не будет. Она и сама хотела сюда перебраться, но отец попросил ее остаться в доме, чтобы помогать с подрастающей внучкой.
Мне и поплакать толком не удалось. Митя чувствовал мое настроение, крутился рядом, а если видел слезы на моем лице, то сам начинал плакать.
Вскоре меня пригласили к матушке Ираиде, настоятельнице скита.
- Сочувствую твоему горю, Ульяна, - сказала она. – Как ты собираешься жить дальше?
- Остаться здесь вы не позволите? – спросила я.
- Отчего же, оставайся. Станешь жрицей, а Митя – нашим воспитанником. Его переведут в мужской скит, когда ему исполнится пять. Или плати за жилье. Работа на кухне не покрывает ваше с сыном содержание.
Большую часть тех денег, что присылала мне мама, я откладывала. Нельзя всю жизнь прятать Митю в скиту. Ему нужно учиться, и не на жреца, а в нормальной школе, в городе. Но если отдам деньги настоятельнице, то останусь ни с чем. Лучше уехать сейчас, найти нормальную работу. Я умею неплохо готовить, управляться с малышами, могу обучать девочек музыке или хорошим манерам. И ехать надо в Москву, там у отца нет знакомых, а город большой, авось, найдется работа и для женщины с ребенком.
Однако уехать, не посетив семейный курган, я не смогла. Поместье графа Свиридова располагалось неподалеку от Нижнего Новгорода. Туда я и отправилась вместе с Митей и небольшим чемоданом, уместившем все наши вещи.
В городе я остановилась в недорогой гостинице, расположенной далеко от центра. И сразу же надела шляпку с густой вуалью, хотя можно было не опасаться, что меня узнают. Полная женщина в простом черном платье из дешевой ткани не имела ничего общего с юной элегантной барышней, одной из первых красавиц города.
Ехать в дом отца было нельзя, и я придумала такой план: добраться до ближайшей к поместью деревни, а оттуда, через лес, пешком дойти до кургана. Я хорошо знала окрестности, и Митя легко справится с дорогой. Он был сильным и крепким для своих трех с половиной лет, благодаря жизни в скиту.
Митя спрашивал меня, куда мы едем, а я не могла ничего объяснить, глаза тут же наполнялись слезами. Я просто пообещала ему конфет, если он будет хорошим мальчиком.
До деревни ехали часа два, а дорога через лес заняла всего полчаса. Вознице я велела ждать, намереваясь этим же днем вернуться в город.
Девочкой я облазила все поместье, и теперь семейный курган нашла без труда. Достала из корзинки скромные дары, расставила их там, где положено, положила венок из цветов на табличку с именем мамы. И опустилась на колени, мысленно обращаясь к ранее ушедшим родственникам и высшим силам, чтобы они позаботились о маме. Митя тихонько стоял рядом.
- Так и знал, что ты явишься! Дрянь!
Громкий мужской голос заставил меня вздрогнуть. Митя испуганно бросился в мои объятия. Я обернулась, прижимая к себе сына. Позади стояли два моих брата: старший Андрей и младший Юрий.
- Пошла вон отсюда! – грозно сказал Андрей. – Вон! И как только совести хватило… Да о чем это я! У тебя ее вовсе нет!
- Я попрощаюсь с мамой и уйду, - тихо ответила я.
- Да она умерла из-за тебя! Из-за тебя, дрянь!
Он шагнул ко мне. Митя взвизгнул от страха. И, возможно, поэтому Андрей не ударил. Только схватил меня за плечи, рывком поставил на ноги и прорычал в лицо:
- Хватит того, что мамы нет! Хочешь всех нас погубить?
- Разве я могу? – едва слышно прошептала я. Слезы градом текли по лицу. – Для всех я умерла еще четыре года назад.
- Именно! Скончалась от чахотки в Пскове! И что будет, если тебя здесь кто-нибудь увидит?!
- Не увидит. И не услышит, если ты не будешь так кричать. Позволь мне попрощаться с мамой.
- Нет! – отрезал Андрей. – Убирайся. Немедленно!
- Андрей, ты пугаешь мальчика. – К нам подошел Юрий. – Он-то в чем виноват? Не кричи, я провожу Ульяну.
Неприятно осознавать, что меня ждали для того, чтобы прогнать. Время не смягчило моих братьев. И ведь догадались, что я приеду. И знали, какой путь выберу. И караулили. Не лично, разумеется. Наверняка, кто-то из деревни добежал до поместья и доложил, что приехала женщина с ребенком и отправилась в сторону поместья, оставив коляску.
Митя отказался идти на руки к Юрию. Тот предлагал понести его, но малыш упрямо замотал головой и спрятался за меня.
- Уля, не обижайся, - попросил Юрий, когда мы шли через лес. – Мама сдала, когда отец выгнал тебя из дома, но сердце у нее и раньше болело. При иных обстоятельствах… Я не считаю твой поступок преступлением. Вина лежит на мужчине.
- Только папе не говори, - нервно хмыкнула я. – Он и тебя выгонит.
- Он не прав. Но он должен выдать замуж Лизу и Аню, и если репутация семьи будет испорчена…
- Не стоит, - перебила я брата. – Я все это слышала. Я сделала свой выбор. Отец – свой.
Узнав, что я беременна, отец отослал меня из дома. Он хотел, чтобы я родила и оставила малыша в скитах, а я наотрез отказалась расставаться с сыном. Тогда меня и выгнали из семьи. Похоронили. Только мама тайком поддерживала меня все эти годы.
- Юра… - Я не хотела просить, но, заметив, что младший брат не пылает гневом, как старший, рискнула. – Я знаю, что ни на что не имею права. Но мне бы какую-нибудь безделицу… на память о маме. Гребешок, лоскуток ее платья… Что угодно… Ты не мог бы… помочь? Мы уезжаем завтра, вечерним поездом.
- Не уверен, что получится, - ответил Юрий.
Однако узнал адрес гостиницы, где мы остановились.
- Это кто? – спросил Митя, когда коляска покатила в сторону города.
- Никто, - вздохнула я. – Забудь, хорошо? Сюда мы больше не вернемся.
Юрий так и не приехал в гостиницу, но успел перехватить нас на вокзале.
- Вот. – Он протянул мне что-то, завернутое в цветную бумагу. – Аня передала. Они с Лизой разбирали мамины вещи и нашли бабушкину тетрадь. Кажется, с рецептами. Сверху был прикреплен листок, а на нем маминой рукой написано, что тетрадь для тебя. И еще…
Он густо покраснел и сунул в мою сумочку деньги.
- Это от меня, - выпалил он. – И…
Кажется, он хотел еще что-то сказать, но махнул рукой и убежал.
- Поезд отправляется! – разнеслось по перрону.
Я подхватила Митю и чемодан и бросилась к вагону.
  
Глава 2
 
Ехали мы в вагоне третьего класса. Я могла бы купить билеты и во второй, но все еще боялась встретить кого-нибудь из старых знакомых. До Москвы всего ночь пути, я могу и посидеть. А Митя поспит у меня на коленях.
Народ в вагон набился разношерстный. Такой билет мог позволить себе и рабочий люд, из тех, кто побогаче. Или, наоборот, бедные дворяне. Так же путешествовали те, кто относил себя к интеллигенции. И слуги, если проезд им оплачивал хозяин.
  
Напротив нас с Митей расположилась молодая женщина в простом дорожном костюме. Рядом, на лавку, она поставила саквояж. Весь ее внешний вид, включая строгую прическу, говорил о том, что барышня она серьезная. Отсутствие сопровождающего подсказывало, что происхождения она не знатного. И я предположила, что передо мной дочь учителя или инженера. Но, как оказалось, ошиблась.