"Фантастика 2025-91". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)

— А где гарантии, что вы не решите поступить подобным образом? — в лоб спросил Кристиан, трон под которым ощутимо зашатался после предъявления мною макра.
— Гарантии этого находятся в двух других документах и в непрописанной в них обоюдной клятве на крови о ненападении и предотвращении любых враждебных действий в отношении наших родов.
Я предлагал очень щадящий вариант, ибо и так ободрал Кристиана как липку. Сумма, за которую он планировал выкупить у меня Рюген, наполовину перекочевала в карманы нам с сестрой. Более того, земли Земельно-Удавовых тоже переходили Киране в качестве виры. Мы собрались обменяться землями через дарение, чтобы она, наконец, вернула себе родовое гнездо Абрау, а я получил надел, граничащий со своим, и избежал фиктивности сделки.
  
Аста и Белый Медведь не возражали против такой виры за действия Михельса и Ингрид Исбьерн. Особенно в свете получения суверенитета.
— А она? — Кристиан кивнул на Асту с венцом на голове, хмуро разглядывающую своего несостоявшегося сюзерена. — Она в праве инициировать разбирательство.
— Она, — Аста говорила о себе в третьем лице, уподобляясь Блавалену, — была бы в праве, но если Блавалены устранят главного свидетеля, а с Комариными обменяются клятвами, то она, возможно, вспомнит, что нынешний король, в отличие от предыдущей королевы, хотел взять её под опеку, а не убить. И тогда по достижению совершеннолетия подумает о восстановлении дипломатических и прочих отношений с соседями.
Я внутренне хохотал в голос.
«Ты где такому научилась?» — спросил у Асты, безразлично разглядывающей интерьеры гостиной.
«Кирана научила».
«Молодцы!» — похвалил я обеих.
— А Бизоненсы? — пытался со всех сторон подстелить соломки Кристиан перед падением.
— Будут в курсе некоторой части истории, но решать свою судьбу будут самостоятельно с новым Владыкой или Владычицей, — расставил я точки в этом вопросе. — Мы к ним не имеем никакого отношения.
— Но, если вы предложите новому главе рода выплаты на восстановление разрушенного в честь собственной коронации и выгодный династический брак, — встряла Аста уже вполне осознанно, — то есть вариант оставить остров в составе королевства. Во всяком случае я бы задумалась над таким предложением.
Кристиан теперь смотрел на девочку совсем иначе. Здравость рассуждений и отсутствие детских истерик подсказывали, что с Астой в дальнейшем можно будет иметь дело на дипломатической арене и не только. Чем Синий Кит не шутит, может, и с ней удастся заключить союз путём брака. И какая разница, как, в конечном счете, этот союз будет называться, если жить, воевать и торговать они будут вместе, как и раньше.
— Я запомню ваши слова, Аста Исбьерн, княгиня Рюгена, и с нетерпением буду ждать вашего совершеннолетия!
Кристиан чуть склонил голову, обозначая поклон.
Ой, котяра! Ой, котяра! Интересно, а сколько лет Кристиану? Подозреваю, что этот ловкач только что задумал подождать каких-то шесть лет и свататься к юной княгине Рюгена на законных основаниях. Хотя, почему подозреваю. Его кровь, принесённая комарихами, уже бурлила от построения различных планов по завоеванию девицы. В конце концов, он лично убийство девочки не санкционировал. Это, как ни странно, осознавала и сама Аста, перекладывая на него вину за действия Мадлен Блавален, но прекрасно осознавая всю практичность его действий как короля. Он лишь воспользовался моментом.
Кристиан нехотя подписал остальные документы, в том числе и о выплате виры нашим родам, и об отсутствии претензий. Обмен клятвами состоялся уже без полога тишины, ведь смешивание крови всё равно ни с чем другим не спутаешь. Император с улыбкой взирал на сие действо, но не вмешивался. По окончанию Кристиан Блавален ушёл, а вслед за ним увели и Яна.
Правда, его уход не обошёлся без эксцессов.
— Дядя, почему ты начал это всё? — Аста неопределенно махнула рукой, ни на что не указывая.
— Мать хотела тебя сделать Владычицей, преемницей. Всё из-за чёртовой магии земли! — выплюнул в лицо ребёнку Ян Бизоненс.
Лицо Асты перекосило от смеси эмоций. Одной половиной лица она улыбалась сквозь слёзы, а вот другая… превратилась в звериный оскал.
— Ты же менталист! Как ты не смог распознать⁈ Убил мать, сестру, жену… Да какой ты менталист после этого? Она не выбирала меня! Не могла! Как ты не поймёшь! Перстень у тебя не просто так! — девочка практически кричала, вытирая злые слёзы.
— Я всё сам слышал!
— Она сказала: «Если бы не кровь Исбьернов, то ты стала бы следующей Владычицей Борнхольма». Как ты мог не услышать начало?
Я смотрел на ребёнка, готового вцепиться зубами в горло собственному дяде, и понимал, что нужно прекращать эту пытку. Комары отреагировали на мой кивок и живо вывели Яна в другую комнату, давая возможность Асте успокоиться.
— Как же так?.. — тело девочки сотрясалось в рыданиях. — Один разговор! Одна недомолвка… и он пустил под нож свою семью!
— Убивали и за меньшее, дитя! — отозвался Пётр Алексеевич, стараясь не смотреть на детские слёзы. То ли они вызывали живой отклик в его душе, то ли были неприятны. — Тебе повезло с опекуном. У них очень дружная семья.
Я позвал Кирану, и она забрала Асту, успокаивая.
— Что же, Михаил Юрьевич, — обратился ко мне император, — рад, что размолвка между нашими семьями в прошлом. Я уже не надеюсь, что вы прислушаетесь к моему совету быть тише и незаметней, — он улыбнулся, — но хотя бы впредь предупреждайте, если соберётесь устраивать дворцовые перевороты в зарубежных странах.
— Пётр Алексеевич, — обратился я к императору, пользуясь нашим уединением, — поверьте, я очень оценил вашу поддержку, — я передал приложение к одному из подписанных документов, в котором были указаны весьма интересные для государя пункты.
Чем дольше читал император, тем шире становилась его улыбка.
— Если бы не последний пункт о совместном финансировании, а бы подумал, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой! — рассмеялся Пётр Алексеевич. — А так… никогда не думал, что получу такой щедрый подарок на чужой коронации. Уважили, Михаил Юрьевич, уважили.
* * *
Покидали мы Копенгаген в расширенном составе. К первоначальному прибавились Хельга Бизоненс, Густав Ильдер с дочерью и Эрик Исбьерн.
Два последних оказались честными и принципиальными людьми, пусть и с некоторыми оговорками. Эрика Света продолжала удерживать на грани жизни и смерти, надеясь, что отец ей поможет. Дочь Густава же находилась в коме последние три года. Отец делал ей всевозможные массажи, лекари питали собственной магией, заменяя еду и питьё, но вывести ребёнка из этого состояния не могли. Света шепнула мне, что вполне возможно, что душа ушла из этого тела, поэтому возвращать может быть некого, но для этого нужно заключение магов жизни и смерти. Сама она такое говорить убитому горем отцу не решилась.
Мы с Кираной, Ксандром и Тэймэй обсуждали дальнейшие планы в каюте капитана. Она была больше и комфортней остальных. Я потягивал свежесваренный кофе, Тэймэй пила вино с кровью, унимая голод сына, а Кирана с Ксандром пили молоко. Такой выбор меня несколько удивлял, но они чуть ли не синхронно ответили, что молоко не забивает нюх и не туманит разум.
Охотники, что с них взять. Они неосознанно перенимают друг у друга полезные привычки и вводят их в обиход. Интересно, когда они осознают, что уже выглядят как семейная пара, понимающая друг друга с полуслова, взгляда или жеста? Ну да не буду портить им сюрприз. Пусть их отношения развиваются своим чередом, мне бы со своими разобраться.
  
Разговор так или иначе возвращался к прошедшим событиям.
— А что это император сиял, как будто ему Японию на блюдце принесли, когда грузился с принцем на дирижабль? — поинтересовалась Тэймэй.
— Ещё бы он не светился… — буркнула Кирана, — если ему предложили на шесть лет очень выгодные условия для организации транспортного центра в Балтике. Постройка крепости, порта, складов вскладчину, пошлины минимальные как для акционера. Это же рог изобилия, золотые ворота в Скандинавию, Германию и остальную западную Европу. Плюс постоянные патрули Балтийского флота станут вполне обоснованными, остальным придётся с этим мириться.