"Фантастика 2025-91". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)

— Эк, как его равномерно распылили, — не удержался от восхищённого комментария один из прибывших, — будто ремонт затеяли и краской всё покрыли.
Маг смерти в это время пытался колдовать над останками и всё больше хмурился. Но наибольший интерес для Петра Алексеевича представлял Владыко, маг-универсал, один из лучших боевиков на службе империи.
Тот кружил над полом без платформы на собственных силах и принюхивался у противоположной от входа стены.
  
Пока группа работала, датчане рассредоточились, присматривая за соперниками, и выпустили из вида самого императора, решив, что тот здесь лишь для вида. Но сам Пётр Алексеевич помнил о специфической просьбе Комарина взять образцы тканей жертвы. Потому, стоило датчанам упустить его из виду, он набрал образцов из четырёх разных мест, рассуждая, что один — слишком мало, а четыре — в самый раз для исключения статистической погрешности.
— Ваше Императорское Величество, — Владыко тихо позвал монарха, что-то зарисовывая карандашом в маленькой записной книжке, чужеродно смотрящейся в его огромных ладонях. — Нужно поговорить.
— Что-то нашли Володимир Евлампиевич? — сразу подобрался император. Он и так знал, что датчане шьют дело белыми нитками, но очень нуждался в доказательствах.
Абсолют лишь кивнул. Крупный немногословный мужчина с неприязнью косился на скандинавов, неодобрительно покачивая головой.
Спустя ещё полчаса все специалисты завершили осмотр и были готовы дать свои заключения.
— Господа, предлагаю обсудить результаты у подозреваемого в покоях, заодно и опросите.
— Не положено! — попробовали было возразить датчане. — Арест!
— А вы попробуйте мне запретить! — тихо с паузами произнёс император, отчего возразивший побледнел.
* * *
Допрос нападавших во дворце имел как преимущества в виде комфорта и наличия штатного переводчика, так и недостатки в виду неудобств по утилизации трупов. Правда, до оных дело ещё не дошло. Пока допрошенные мирно сопели стараниями Светланы, а мы думали, как приступить к допросу эмпатки. Блокираторов у нас не было, а надеяться на сознательность девушки не приходилось.
— Давайте я побуду во второй ипостаси, подстрахую, — в конце концов, предложил Ксанр, — если начнёте вести себя неадекватно, просто вырублю её.
Вариант приняли единогласно за неимением альтернативы, и Света привела в чувство эмпатку. Та, увидев себя на стуле посреди комнаты с толпой людей вокруг, принялась что-то быстро тараторить на датском. Глаза её при этом воинственно сверкали, а щёки раскраснелись.
У переводчика от её речи брови медленно поползли вверх.
— Стоп! — тормознул я словоохотливую девицу вполне себе международным словом и обратился к переводчику: — переводи!
— Она обвиняет вас в убийстве её кузины, удерживании силой племянницы и ещё пачке зверств оптом. Обещает вам страшные кары от Бизона и готова пожертвовать своей жизнью, лишь бы наслать на вашу голову проклятие.
— Бизоненсы значит… — я криво улыбнулся. Надо бы позвать девочку пообщаться с родственницей. Может и прояснится их роль во всём этом фарсе. Но стоило мне об этом подумать, как от охраны пришло сообщение:
«Михаил Юрьевич, к нам император. Пускать?»
Я посмотрел на живописную картину допросной в миниатюре со следами крови на полу и чертыхнулся. Как невовремя-то… С другой стороны, мне там образцы фарша обещали… Так что воссоединение родственников может и обождать.
  
Глава 25
 
— Свет, уложи спать девушку, — попросил я невесту, — позже закончим.
Лекарка без проблем усыпила эмпатку и проверила состояние остальных бандитов.
— Продлила воздействие ещё часа на два, — коротко отчиталась она.
Тем временем императора и его свиту впустили в небольшую гостиную, где они расположились на диванчиках в ожидании нас.
— Ваше Императорское Величество, господа, — поздоровался я, а следом и все остальные. — Прошу располагайтесь.
— Владыко, — отдельно поздоровалась Кирана с незнакомым магом и, заметив моё недоумение, коротко показала через связь их знакомство на поединках с участием Виноградовых.
Занимательная личность, боевик, универсал, ещё и с Агафьей дружил.
«Дружит», — тут же одёрнул я сам себя.
— Специалисты осмотрели место преступления. Первые выводы уже сделали, — коротко ввёл нас в курс дела император. — Я решил, что лучше и вам услышать их. Ах да, — Пётр Алексеевич вынул носовой платок, весьма хитро сложенный, и протянул мне. — Вот, как просили. Взял из разных мест, вдруг, это имеет значение.
Я аккуратно развернул батистовую вещицу с вензелем императорской семьи и вышитым силуэтом кречета. Совсем нее ожидал, право слово, от императора такой практичности. Мне принесли образцы тканей разной величины и степени повреждения. Но это и вправду больше походило на рубленное мясо с остатками крови.
Чтобы не шокировать окружающий, не стал производить дегустацию на язык, а по очереди принялся растирать образцы между пальцев, под ошеломлённым взглядами.
Фоном я слышал доклад мага смерти, который обозначил время убийства и отсутствие души для допроса, что нехарактерно для такого короткого срока после смерти и степени жестокости расправы.
— А ещё… — он запнулся, но всё же произнёс, — такое ощущение, что его сначала убили, а потом уже нанесли тонким слоем по покоям.
Я же в это время пытался просмотреть воспоминания по образцам, принесённым императором. И вообще ни черта не понимал. Ханса действительно убили, но это были свои же.
Я узнал Эрика Исбьерна, который свирепо бил морду и резал удлинившимися когтями на лоскуты задиру-Ханса, пока тот не признался, что сам отдал приказ разобраться с Астой. Он даже на груди его вырезал некий ритуальный символ, весьма мне знакомый по жертвоприношению в пещере. Видимо, смерть сородича Эрик посвятил Белому Медведю, быстренько расправившись с предателем. Но вот только тело после этого было относительно целым, а покои не походили на цех в скотобойне.
— … таким образом, — донесся до меня незнакомый голос, — я могу утверждать, что в покоях убитого открывался портал. Причём судя по времени смерти, где-то через пять-десять минут после убийства.
— Заметали следы? Доставляли иллюзиониста? Проверяли качество исполнения заказа? — наперебой накидывали версии присутствующие.
Для меня вопроса кто и за что убил уже не стояло. Но в голове навязчиво зудела фраза о портале. Неизвестный с моим лицом тоже исчез перед покоями Кречетов, не то используя портал, не то свиток переноса.
Выходило, что кто-то явился в покои после смерти Исбьерна и решил меня подставить походя, не имея чёткого плана. А чтобы всё выглядело покровавей да поубедительней и не имело автографа жертвоприношения Исбьернов, тело Ханса знатно изуродовали. Иллюзия или смена личины, порталы… недешёвый набор артефактов. Или умений. Но при чём тут тогда Бизоненсы и эмпатка?
Мать Асты убили Исбьерны, а обвинили меня. Ханса убили Исбьерны, а обвинили меня. Кому выгодно не платить нам виру, вырвать из моих рук Асту и получить контроль над Рюгеном в перспективе?
И при чём здесь Бизоненсы? Почему Аста не хочет видеть никого из родных?
— Владыко, а вы знаете местных универсалов? Как вы? — невпопад влез в обсуждение я, после чего все резко замолчали.
— Двух, вернее, трёх знаю, — нахмурился маг, — но почерк портала мне не знаком. Это не мои знакомые.
Владыко каким-то образом понял, о чем я спрашивал, и сразу же ответил на все незаданные вопросы. И надо бы запомнить, что оказывается у порталов есть почерк.
  
— Так порталы же артефактами открываются, как те же свитки переноса… откуда там почерк? — поддержала разговор Кирана, почувствовав мой интерес к теме.
— Всё верно. Но универсал может открыть портал на изнанку голой силой, расписавшись своим даром, а может заключить дар в артефакты разного толка, как те же свитки, и тогда при активации дар срабатывает направлено и осуществляет перенос на Лице. Почерк там тоже есть. Почерк портала в покоях мне незнаком.