"Фантастика 2025-91". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)

— Да вообще по делу, но… если сильно занят… — Андрей Мангустов сделал паузу, давая возможность быстро завершить разговор.
— Ну как тебе сказать… — отозвался я, почему-то едва справляясь со смехом от бредовости ситуации, — меня тут обвиняют в убийстве одного датчанина, якобы я его через мясорубку перекрутил и по стенам размазал, — не сдержавшись заржал я от абсурда. — Видимо, домашних котлет среди ночи захотелось. Так что в ближайшие дни на время следствия и до предполагаемой казни я абсолютно свободен.
  
Андрей слегка опешил от моего откровенного ответа.
— Не везёт тебе с датчанами, — протянул он. — Но, мне казалось, что магия крови как-то не так работает…
— Ну, здесь решили, что так! — хихикнул я. — Так что жду до чего они ещё додумаются, чтобы виру нашим родам не платить.
— Тебе точно ничего не грозит? — на всякий случай уточнил граф.
— Пашу помнишь? Из Египта? — напомнил я ему про эрга, пришедшего от него ко мне. — Привет тебе передавал.
— Спасибо, — чуть замешкался с ответом Мангустов, видимо, соображая к чему тут упоминание нашего старого знакомца и резкая смена темы разговора.
— Так вот у меня таких… отряд, — обтекаемо успокоил я Андрея, чтобы не сильно распространяться о собственных возможностях.
— Ну-у-у… разносить чужую столицу… несколько радикально, — с сомнением протянул граф, уже примерно представляя возможности эргов. — А то я могу попробовать подключить императорский ресурс… В конце концов, ты же военный, его вассал…
— Да у меня этот самый ресурс рядом идёт и вовлечён в проблему по самые не могу. — Тут я, не сдержавшись, хмыкнул. — А ты по какому делу звонишь?
— Да мне тут специалист узкого профиля нужен. Хотел узнать, может, кого-то посоветуешь? — слышно было, что Андрею неудобно говорить на эту тему, но, видимо, нужда пересилила неудобства.
— Какого именно профиля?
— Проклятия.
— Ну тогда тебе к Майскому. Хороший… специалист. Работает быстро и качественно. И чувствую, скоро нужно будет брать с него процент за рекомендации, — я шёл и думал, как тесен мир и высший свет, в частности. Узкий профиль частенько оказывается затребован не хуже, чем боевая магия или портальная. — Сейчас его номер тебе напишу. Привет передавай.
Поблагодарив и напомнив обращаться за помощью в случае необходимости, Мангустов отключился, а я принялся обдумывать сложившуюся ситуацию. В объективность датчан я не верил от слова совсем, как и император, а значит нужно было самим найти виновного и представить на суд общественности признательные показания с убедительной мотивацией. А потом… потом выкатить такую виру, чтобы Блаваленам проще было мне к Рюгену ещё какие-нибудь Фарерские острова или Гренландию отдать, чем выплатить долги.
* * *
Всё складывалось как нельзя лучше. На такое он и надеяться не мог. Не иначе как Синий Кит решил ему организовать божественный подарок на коронацию. Мало того, что Комарин решил не дожидаться поединка и размазал тонким слоем Ханса по всем поверхностям покоев, так ещё и попался испанским грандам на выходе с места преступления. Ему оставалось только по горячим следам опросить всех свидетелей, предъявить обвинения Кречету и выторговать побольше цену отступных за передачу Комарина на родину.
А это означало, что можно было замахнуться и на передачу короне наследницы Рюгена. Живой обмен не редкость в политике. Понятно, что казнить Комарина показательно ему не дадут. Всё же боевой офицер, владетельный аристократ, да ещё и связанный с несколькими иностранными семьями. На этом месте Кристиан резко остановился.
Боевые офицеры так себя не ведут. Нет, съехавшие с катушек творили и не такое, но… как помнил Кристиан, от прошлого противника Комарина на арене не осталось даже горстки пепла, а тут он оставил целый труп? Не похоже. Тогда кто? Кому выгодно устранить Комарина кроме самого Кристиана?
Новый король хмурился. Он привык знать своих противников. И пусть сейчас неизвестный играл ему на руку, но в любой момент это могло измениться. Кто?
* * *
Пётр Алексеевич перечислил все требования Комарина Кристиану, от чего того натурально перекосило. А когда император лично захотел посетить место убийства, и датский монарх и вовсе приложил носовой платок к лицу.
— Не думаю, что это зрелище вам понравится, — брезгливо произнёс Блавален.
— Я прошёл несколько военных кампаний, Кристиан, и лично казнил людей… сотнями. Я видел кровь, кишки и их содержимое сразу после разрывов и спустя несколько дней, — Пётр Алексеевич хмуро взирал на коллегу. — Если мне и моим людям для перепроверки не покажут всё то, что я потребую, я буду считать всё происходящее сознательной провокацией в адрес моей страны. А на провокации мы отвечаем соответственно.
Кристиан убрал носовой платок и весь подобрался. Вся лёгкость исчезла из его фигуры. Он стал похож на дикого зверя, подобравшегося для прыжка. Сейчас Пётр Алексеевич понимал, что в лице нового датского монарха он обрёл сильного, хитрого и опасного противника. Это не бешеная селёдка Мадлен. Нет… С этим нужно держать руку на пульсе. Другие в Тайной канцелярии не выживают. А этот к тому же и маски может менять с завидной регулярностью. Кстати, о масках… А что, если переть напролом?
— Кроме того, дорогой друг, вы же хотите установить убийцу вашего подданого? — участливо уточнил Кречет. У него стаж тяжёлых разговоров за плечами был раз этак в десять больше возраста самого Кристиана. Потому расставлять ловушки император умел и любил. Дождавшись вежливого кивка, Пётр Алексеевич продолжил, — поэтому мы с вами не можем не рассматривать возможность, что моего подданного могли самым банальным образом подставить как самого очевидного козла отпущения. А значит, испанские гранды в теории могли видеть либо качественную иллюзию, либо…
— Грандов проверили! Ментаторы считали портрет графа Комарина, — вскинулся Кристиан, попадаясь в заранее расставленную ловушку.
— … либо, кого-то обладающего столь же редким даром, как вы! — ловушка захлопнулась с оглушительным лязгом. Лицо датского монарха не выражало ни единой эмоции, лишь губы сжались в тонкую линию.
— Вы смеете… обвинять меня… в моём собственном доме… на моей коронации? — с паузами ровным голосом спрашивал Блавален, вставая из-за стола в кабинете, где уже битый час они вели непрекращающийся спор.
— Ни в коем случае, — тут же ослабил удавку ловушки Кречет, наливая сам себе стакан воды и опустошая его мелкими глотками. — Лишь указываю на то, что искать нужно тщательней. Кому, как не вам, известно кто из местной высшей знати обладает схожими родовыми дарами и способностями к иллюзиям. Другой вопрос, что легче найти соринку в чужом глазу, чем бревно в собственном.
— Обвиняете меня в необъективности? — на скулах Кристиана играли желваки, когда он последовал примеру Петра Алексеевича и также налил себе воды. Опустошив стакан залпом, он нацепил на лицо улыбку, более похожую на звериный оскал, и произнёс:
— Что ж, я дам соответствующие распоряжения, чтобы вам и вашим людям предоставили все необходимые материалы по делу и доступ к месту убийства.
— И список семей с подобными дарами, присутствующих на коронации, — с таким же оскалом дожимал молодого короля Кречет.
— И… список, — почти прошипел Блавален, — но дорогой мой друг, — он сделал намеренную паузу, — не стоит распоряжаться в чужом доме, зная, что в ваш в любой момент могут проникнуть, и вы об этом даже не узнаете.
— Если бы я вдруг начал распоряжаться в чужом доме, то виновного в убийстве Ханса Исбьерна мы бы нашли уже к сегодняшнему вечеру, — с не менее дружелюбным оскалом ответил Кречет на прозвучавшую угрозу, — ибо не только вы можете применить свой родовой дар. Только боюсь, что после моего вмешательства некому будет обжаловать окончательный приговор.
  
* * *
Пока меня вели под конвоем, я успел кратко переговорить с Арсением. Нужно было поднять всю имеющуюся информацию по сильным иллюзионистам и магам с возможностью смены личины в Европе. Причем время было очень ограничено, ибо скорее всего исполнитель должен был уже покинуть Копенгаген сегодня к обеду. Я бы так на его месте сделал.