"Фантастика 2025-91". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)

Мальком с удивлением взирал на личный дирижабль, пришвартовывающийся в воздушном порту Копенгагена. Кажется, осведомители несколько неточно донесли информацию о статусе личных гостей будущего монарха. Далеко не каждая владетельная семья Дании могла похвастаться наличием собственного воздушного судна. Если уж быть честным, то в единоличной собственности ни один датский аристократический род не имел дирижабля такого размера. И насколько знал Малькольм, в Российской Империи тоже вёлся строгий учёт за данным видом транспорта. Однако же сейчас перед ним маневрировал белоснежный красавец с алыми языками пламени, которые русские почему-то обозвали каплями.
  
Канаты закрепили, и русские спустили трап.
Мальком переминался с ноги на ногу, ожидая выхода нескольких человек, но, видимо богам было угодно сегодня удивлять его снова и снова. Сперва из дирижабля показалась охрана в военной форме.
«Десять, двадцать, тридцать, — мысленно считал Мальком бойцов, выходящих из воздушного судна и строящихся в живой коридор. — И это для защиты двух человек?»
Он ошибся. Впереди шел граф Комарин, которому Малькольм передавал приглашение лично в руки. Чуть позади него шло две спутницы весьма колоритной внешности. Одна из них был похожа на скандинавскую воительницу со светлыми короткими волосами и серыми грозовыми глазами, а вторая была явно жительницей страны Восходящего Солнца, судя по традиционному наряду.
— Граф, рад приветствовать вас на датской земле от имени вашего доброго друга Кристиана Блавалена. — Мальком склонил голову в знак уважения. — Представьте же своих спутниц.
Проклятые русы до последнего не сообщали состав делегации, указав лишь, что с графом будет «плюс два», а с княгиней «плюс один». Что ж имели право.
— Позвольте представить Малькольм, мои невесты, княгиня Инари, первый меч Японской империи и баронесса Подорожникова.
— Весьма польщён знакомством! — выдавил из себя Малькольм, мельком отмечая, что комбинация кузена значительно усложняется. Если о баронессе Подорожниковой было известно как об уникальном лекаре, то связь с княгиней Инари до последнего не была подтверждена. Но на этом сюрпризы для Малькольма не закончились. Вслед за графом с дирижабля спустилась женщина, чей вид навсегда отпечатался в его памяти. Именно так должна была выглядеть скандинавская богиня! Дикая, необузданная! Истинный лёд и пламень!
— Знакомьтесь, Малькольм, моя сестра, княгиня Виноградова и её жених, Искандер Кёпеклери.
«Чёртов рус! Он точно насмехается надо мной! Мало мне было японцев, так теперь ещё и османы? И не просто османы, а побочная ветвь правящей династии?»
— Княгиня, вы неподражаемы! — чуть ли не впервые за время своей службы не соврал Малькольм. — Рад знакомству, шехзаде! — проявил он знание внутренних османских реалий, приравняв Искандера к принцам основной династии. — Прошу следовать за мной.
И пока личные гости Кристиана следовали за ним, Малькольм спешно решал вопрос со сменой отведённых покоев. Ведь принца, двух княгинь, графа и баронессу нельзя было поселить в тесных апартаментах. Такой плевок в лицо сразу трём странам сделать было просто непростительно.
* * *
Прибыли мы, что называется, практически к началу коронационных торжеств. Сделано это было намеренно, дабы не дать пространства для излишних провокаций, что было особенно важно в свете предстоящего представления свету юной княгини Рюгена.
Готовить выход в свет юных особо дело хлопотное, скажу я вам. Особенно, если нужно за сутки заручиться поддержкой ещё одного владетельного датского дома. Но у нас вышло, поэтому кое-кого сегодня ждал сюрприз.
Судя по кислому выражению лица Малькольма Блавалена мы и так этих сюрпризов ему сегодня надарили с избытком, но главный оставили на потом.
Пока же нам выделили покои явно гораздо более высокого статуса, чем предполагалось изначально. Зато не возникло излишних вопросов по поводу обилия охраны и личной прислуги, среди которых мы до поры до времени спрятали Асту. Женщинам высокого статуса просто жизненно необходим был штат прислуги, несмотря на то что все они прекрасно могли бы обходиться без помощи. Но в нашем случае мы должны были соответствовать заявленной планке межгосударственного альянса, скреплённого семейными узами.
Спустя три часа сборов мы были готовы выдвигаться к месту коронации Кристиана Блавалена. Местом коронации была ни много, ни мало, а площадь перед дворцом Амалиенборг, где к моменту нашего появления уже скопилась достаточно приличная толпа высшей аристократии местного и заграничного пошиба.
Все они хаотично перемещались из одного сектора в другой, общаясь с знакомыми или просто знакомясь с людьми равного статуса. С учётом погоды и близости к воде, а также из-за строгого следования протоколу мужчины и женщины были одеты сообразно своему статусу в бархатные мантии, увенчанные золотыми коронами, и с накинутыми на плечи владетельскими плащами, подбитыми мехом царственного горностая. На головах многих красовались короны и княжеские венцы.
Перед попаданием в эту толпу каждый вновь прибывший гость объявлялся герольдом и должен был пройти по красной дорожке вокруг центрального фонтана с фигурой Синего Кита, как символа правящей династии, чтобы завершить свой путь в отведённом секторе. Как только не изгалялись местные аристократы, расшивая мантии в честь своих покровителей. Украшения с инкрустацией в виде животных и растений тоже были не редкостью. Коронация была поводом показать себя во всей красе, явно и подспудно демонстрируя окружающим собственную силу, достаток и политические альянсы, как в нашем случае.
— Да начнётся веселье! — тихо произнесла Тэймэй, поправляя меч под плащом и скидывая капюшон. — Наше появление здесь ещё долго не забудут.
— Давай, дорогая! Удиви их всех!
  
Глава 21
 
Его Императорское Величество Пётр Алексеевич Кречет скучающе окидывал взглядом собравшееся высшее общество. В целом ничего примечательного. Как говорится, на манеже всё те же.
Далеко не все европейские монархи решили почтить своим присутствием датские коронационные торжества. Вовсе не из-за неуважения к стране или правящей династии, а скорее из-за не самой дальновидной политики предшественницы Кристиана, Мадлен Блавален.
Сейчас наиболее прагматичные члены монарших семей прибыли для наведения мостов с новым королём, который и в бытность главы Тайной канцелярии наловчился неплохо лавировать между интересами различных аристократических групп и альянсов. Эта способность особенно ярко проявилась после таинственной смерти королевы, не оставившей наследников. Смены династии не произошло, зато была назначена достаточно поспешная коронация её кузена.
Сам Пётр Алексеевич изначально планировал обойтись присутствием на коронации принца Андрея, если бы не одно «но». После сообщения Комарина, император решил лично поддержать бывшего вассала в случае провокаций с датской стороны. В том, что они неизбежно последуют, не было ни малейшего сомнения, ведь не зря приглашения пришли по разным каналам.
Наверняка, датчане приняли во внимание размолвку княгини Виноградовой с принцессой и сделали выводы об утрате поддержки со стороны правящей семьи, ведь сам император поддержал дочь.
Ещё сильнее их подозрения подтвердились, когда Андрей прибыл на коронацию без «невесты», коей на прениях с датчанами была заявлена княгиня Виноградова.
С учётом этих факторов позиции Комариных и Виноградовых слегка ослабли, что давало пространство для провокаций и последующих за ними манёвров. Вот здесь Пётр Алексеевич и планировал оказать неожиданную поддержку, однако же это не умаляло любопытства самого императора. Ему до жути было интересно, как выкрутится его бывший вассал в сложившейся ситуации. Не имея поддержки сюзерена, он легко становился мишенью для подначек с целью создания конфликта и выдвижения встречных требований. Император догадывался, что не зря его канцелярия за сутки зарегистрировала сразу несколько договоров о помолвке, но даже этим активом ещё нужно было уметь правильно распорядиться.