"Фантастика 2025-91". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)

Остальные черви не стали дожидаться, пока их товарища порвут на лоскуты, и принялись вгрызаться в щупальца Тильды. Та взревела и выплюнула смоляную струю яда на первого обидчика, отползая на камни и стараясь не касаться раскалённого песка. Выглядело это, будто осьминога нахваталась пиявок в болоте, и те не хотели расставаться со своей жертвой.
Мы тоже не стояли без дела. Пока Карг выращивал из-под песка каменные иглы, Паша, эрг огня, добиравшийся к нам из Египта, поливал остальных червей струями пламени, не давая приблизиться к Тильде. Эон и вовсе швырял ледяные серпы по противникам, отвлекая на себя внимание. Но самое страшное, что червям старания эргов были абсолютно безразличны. Им не страшен был огонь, от игл они уворачивались. А стоило Каргу проткнуть одного из них, как червь тут же осыпался песком и возникал в другом месте. Они словно вообще не чувствовали боли. Я же заметил, что червь, попавший под яд Тильды, будто стал меньше и почти не двигался.
  
Эрга резко сменила ипостась на человеческую, прячась за Эона и снова применяя зеркальную маскировку. Черви потеряли свою жертву и в поиске её слепо шарили по сторонам.
— Замерли все! — крикнул я, даже не надеясь, что меня услышат. Но эрги услышали. Они перестали бросаться заклинаниями и замерли без движения.
— Эон, попробуй полить их водой! Устрой дождь! Или пусти волну на них!
Эон без раздумий выполнил требуемое, залив округу тропическим ливнем. Я не знаю, как у него это вышло, но казалось, что над нами открылся прорыв из океана. Вода стеной хлынула в пустыню, сперва остужая песок, а затем и воздух вокруг нас. Червей просто смыло потоками, равномерным слоем размазывая по мокрому песку.
— Держи поток по сторонам, а над нами тропический ливень! И бегом по камням к выходу!
Я никогда не думал, что смогу развить подобную скорость на своих двоих. Эрги с их нечеловеческой выносливостью мчали ещё быстрее. Мы держались дороги, пока она резко не оборвалась. Мы оказались на каменном пятачке, вокруг которого виднелись развалины некогда монументального строения. Скорее всего, когда-то это была пирамида с гранями по двадцать пять-тридцать метров, но сейчас от былого сооружения остались лишь хаотично разбросанные каменные блоки вокруг и основание высотой в пару метров, едва выглядывающее из-под песка.
Логично было предположить, что второе тонкое место находилось здесь, и некая древняя погибшая цивилизация продолжила дорогу и обозначила места перехода в иные миры. Но вот карта… Карта уводила нас в сторону.
— Трай, иди сюда! — позвала меня Тильда. Эрга стояла на коленях и сгребала песок у плиты, кособоко торчащей у входа на пятачок. На растрескавшейся поверхности угадывалась схема с расположением пяти пирамид и дорог между ними. Возле одной из пирамид узнаваемо нанесли червей, которые нас и преследовали, возле двух других стояли люди, изображённые по принципу: «Палка, палка, огуречик, вот и вышел человечек». А ещё две пирамиды были перечеркнуты накрест.
Схема подтвердила мои предположения, а вот карта, выданная распорядителем, вела в аккурат к пирамиде с червями.
— Вот… Сучёныш! — выругался я. — Вернёмся, убью!
— Остаётся надеяться, что амулеты-ключи, выданные нам, сработают на нужное тонкое место.
— Сейчас и проверим!
Мы вернулись в центр площадки, и я сломал кругляш. Секунду ничего не происходило, а затем перед нами проявилась мерцающая плёнка, за которой угадывался тропический лес.
— Хоть здесь не обманул!
И мы шагнули сквозь плёнку портала.
* * *
Стоило Киране появиться среди гостей в цветах родов Виноградовых и Комариных, как ей было обеспечено пристальное внимание. И неизвестно, что этому способствовало больше: экзотическая внешность, главенство в весьма состоятельном роду или же компания двух принцев.
Про то, что виноградная лоза разом захомутала принца неба и принца гор, Кирана услышала из нарочитого громкого шёпота, который доносился ей вслед.
— Весьма поэтично, ты не находишь? — хохотнул Андрей Кречет, комментируя сплетни.
— Ещё бы, вы хоть внешне и разные, как день и ночь, но в глазах этого серпентария одинаково ценная добыча, — не осталась в долгу Кирана. — Как вы вообще выдерживаете? Вы, имею в виду, принцы и принцессы. На вас же охота с пелёнок ведётся.
Кирана при этом мило улыбалась, подавала руку в ледяном доспехе для поцелуя при знакомстве и слушала принца, выискивая в толпе гостей Ксандра и Тэймэй. Те ушли знакомиться с приёмным отцом Ксандра.
— У нас всё проще, мы же как в пословице: «Видит око, да зуб неймет!» — большинство принцесс с рождения знает, кому достанется, поэтому местные женихи на них пасть не разевают.
— А принцы? — полюбопытствовала Кирана.
— Мы — такой же брачный товар, правда, тому же Александру позволят взять второй или третьей женой девушку по любви, а я и подобной роскоши буду лишён, если отдадут в чужой род, — принц протянул руку и предложил потанцевать. — Составишь мне компанию?
Кирана тяжело вздохнула. Танцевать во всех этих объёмных тряпках было неудобно. Принц же воспринял этот вздох иначе.
— Прости, если огорчил своим предложением, — поспешил извиниться он. — Просто увидев, как ты грациозно двигаешься в бою, я подумал, что танцы даются тебе так же легко.
— Дело не в этом, — отмахнулась Кирана, — боюсь, что стоит показать умение танцевать, и у меня выстроится очередь!
— Тоже верно, — признал правоту собеседницы принц. — Но ты всегда можешь заморозить или сжечь излишне назойливых кавалеров.
Кирана рассмеялась, чем снова привлекла внимание окружающих. Отсмеявшись, она с огорчением добавила:
— Если бы всё было так просто…
* * *
Тэймэй уже не знала, что на себе сотворить, чтобы не стучать зубами от холода. Конец декабря вблизи от Архангельска выдался особенно морозным. Большинство гостей куталось в меха или использовало амулеты с обогревом, но Тэймэй всё равно было холодно. Казалось, что мороз поселился где-то внутри и выхолаживал её нутро.
Ксандру было всё равно, он щеголял в костюме и рубашке без всякого утепления. Стылая кровь ледяных гончих не давала ему чувствовать холода. Остальные же смотрели на него как на сумасшедшего.
Видя, как страдает азиатка, он периодически сцеживал ей во флягу свою кровь, чтобы утолить голод и хоть немного согреть. Отчасти это работало, но ненадолго.
Вокруг было царство холода и льда, привычное роду Белухиных. Внутри их поместья территория была условно разделена на половину невесты, где и начиналось празднество, и половину жениха, куда оно должно было плавно перетечь после ритуала. На половине невесты мерцали серебром скульптуры, изображающие тотемы Ксении и Вячеслава. Было разбито множество шатров на свежем воздухе, где гости могли пить до упаду, веселиться, танцевать, а если кто-то замерзал, то мог погреться на половине жениха, где умудрились создать зимний сад вокруг небольшого растопленного по случаю озерца. Сюда-то и сбегало большинство гостей.
Тэймэй очень надеялась найти Махмуда Кёпеклери там, но тот оказался таким же сумасшедшим, как его приёмный сын.
Обнаружился санджакбей Трапезунда у импровизированной арены, где уже хорошо разогретые алкоголем гости могли сойтись в рукопашной. Зрелище было местами забавное, а местами весьма кровавое. Тут же дежурила Светлана Подорожникова, подлечивая травмы особо раззадорившихся бойцов.
Махмуд скучал в одиночестве, не особо следя за поединком на арене. Да и поединком обжимания изрядно пьяных бойцов назвать можно было с трудом. Сам глава рода выглядел весьма и весьма подтянуто и опасно для своего возраста. В его волосах и бороде уже было больше серебра, чем смоли, но глаза горели всё тем же первобытным огнём ярости и дикости, как и добрую сотню лет назад. Фигурой он был массивен и жилист, с возрастом не обзаведясь ни граммом лишнего жира. Он то и дело осматривал проходящих мимо гостей в поисках достойного противника, но тут же брезгливо отворачивался.