"Фантастика 2025-91". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)
- Из-за денег? – поинтересовалась матушка. – Наследство кому отошло?
- Пишут, на благотворительные цели. А, вот еще убийство. Подьячий Борис Аверчук найден мертвым в своей квартире. Труп обнаружила хозяйка дома. По подозрению в убийстве задержана Мира Чарская, актриса…
Владимир выхватил из рук Яра газету. Строчки прыгали перед глазами, и он едва нашел статью, что читал Яр.
Точно, ошибки нет. Мирослава Чарская, актриса. И даже ее потрет напечатан.
- Володя, что случилось? – испуганно спросила матушка.
Он молча протянул ей газету, ткнул пальцем в портрет. Любомиру матушка всяко узнает, не сильно она изменилась.
- Мне нужно идти, - сказал Владимир.
Матушке он потом все объяснит. Если будет, что объяснять. Потому как Владимир и сам не понимал, отчего ему так нужно попасть в полицейский участок, где находится Мира.
Глава 4
Глава четвертая, в которой Любомира не рада освобождению
Визиту полицейских, что случился на рассвете, Мира удивилась, но не сильно. Еще меньше – тому, что ее сочли главной подозреваемой в убийстве Бориса. Вот ожидала она от него пакости! И не ошиблась.
Борис Аверчук явился к Мире почти сразу после переезда в столицу. Поначалу представился поклонником, цветы носил, конфеты. Намекал, что не прочь стать ее покровителем. Актриса-содержанка – эка невидаль! Наоборот, сие принято в обществе.
Становиться чьей-то содержанкой Мира не желала. В Твери покровитель у нее имелся, но на особенных условиях. Князю Нарышкину Мира напоминала умершую от чахотки дочь, а относился он к ней, как к внучке. Потому как возраста князь был преклонного, и покровительство свое дарил безвозмездно. Мира часто обедала в его доме, проводила с князем свободные вечера, читая ему вслух. И все вокруг не сомневались, что она – его любовница. Это устраивало обоих. Миру не досаждали поклонники, князь тешил самолюбие.
К сожалению, князь умер прошлой весной. Состояние его Мире не отошло, да она и не рассчитывала. Имелись законные наследники, и князь понимал, что Миру засудят, если он оставит все ей. Потому в завещании он ее не упоминал, но заранее открыл счет на ее имя и перевел на него приличную сумму. И подарки дарил – гарнитуры ювелирные, с каменьями драгоценными.
Расчет оказался верным. После смерти князя наследники Миру не тревожили. Зато от богатых стариков отбоя не стало. Посчитали Миру легкой добычей. И принять предложение столичного театра показалось ей хорошим решением.
Борис Мире не нравился. Был он не молодым и не старым, выглядел опрятно, и на лицо не урод. Скорее, даже приятной наружности. И одевался модно. Но…
Не лежала душа, и все тут. Воротило от одного вида.
Так что от покровительства Мира отказалась. Поначалу шутливо, но с намеком. Мол, невместно актрисе ее уровня с нетитулованной особой шашни крутить.
Борис намека не понял. И заявил, что он – подьячий Тайного приказа. А сие поважнее княжеского или боярского титула будет. Ибо – власть. Причем, особенная. А все князья, да бояре у него…
И показал крепко сжатый кулак.
Тайный приказ – власть особенная. С этим Мира не спорила. Кроме того, что власть эта следила за точным исполнением великокняжеских указов, так еще и вела следствие по важнейшим преступлениям против государства. Дьяков Тайного приказа действительно боялись. Следили они за всеми причастными к государственному управлению, и докладывали о нарушениях лично Великому Князю. И подьячим стать непросто. Их отбирали тщательно, готовили к службе в особенном учебном заведении, и после отправляли на работу на благо государства, в том числе, в иностранные посольства.
Подьячий в столице – птица высокого полета. Тут Борис на преувеличивал. И виды на Миру в него имелись особенные.
Актрисы – женщины полусвета, верно. Но в высший свет вхожие. Борис рассчитывал, что Мира поселится в роскошном особняке, окружит себя поклонниками, будет устраивать званые вечера. На них будут приходить те, кто Тайному приказу интересен, включая иностранцев. А разговоры-то везде ведутся. Например, о политике. Или власть ругают.
Мира верно поняла, Борису нужен осведомитель. Хорошеньких женщин всерьез не воспринимают. И никто не сочтет актрису опасной, в ее доме будут говорить на любые темы.
Она Борису отказала. Предложила найти кого-нибудь помоложе, да покрасивее. А он обозлился, припомнил историю пятнадцатилетней давности.
Побег по репутации рода ударил, но не сильно. Отец дочь из книги родовой вычеркнул, да объявил всем, что сбежала она с женихом. История быстро забылась. Любомиру в свете практически не знали – жила она то в пансионе закрытом, то на даче в Малаховке, и на балах появлялась редко, да и то на детских.
И вот теперь Борис пригрозил, что сообщит всем, что Мирослава Чарская – это Любомира Яковлева. Через газеты, естественно! И что доказательства у него имеются.
Мира за себя не переживала. Отец умер. И мама тоже, еще раньше. Но род Яковлевых не угас. После маминой смерти отец женился вновь. Сын у него родился, наследник. Сейчас ему лет десять, кажется. И в чем виноват этот мальчик? Скандал ударит, в первую очередь, по нему, по его матери.
Правда, Мира и тут не сдалась. Попросила время, чтобы подумать. И к Владимиру отправилась. Не защиты просить, нет. Убедиться, что она ему не нужна. Все же, положа руку на сердце, приглашение в театр и смерть покровителя – вторая и третья причины, по которым Мира вернулась в столицу. Первая – Владимир. Не смогла она его забыть. Поначалу думала, хоть издали посмотрит. А в театре увидела, и…
Возвращаясь домой после встречи с прошлым, Мира уже знала, как поступит. Деньги у нее есть. Хватит, чтобы переехать в другую страну. И тогда Борису скандал, связанный с ее происхождением ничем, не поможет.
А этот гад взял – и умер!
Как Мира поняла, убит. И аккурат в то время, когда она была у Владимира. Будто Борис подгадал. Будто знал, что она предпочтет промолчать о том, что у нее есть алиби. Хотя, безусловно, глупо считать, что кто-то спланировал собственное убийство.
А вот кто по-настоящему удивил, так это Владимир.
В тот же день, ближе к вечеру, участковый вывел Миру из камеры. Она думала, что переводят в тюрьму, а ее… опустили. Правда, подписку о невыезде взяли.
- Учтите на будущее, сударыня, нельзя обманывать следствие, - напутствовали ее. – Если были во время убийства в другом месте, так и говорите. Но вы все еще под подозрением. Потому не вздумайте покидать город.
Мира попыталась расспросить следователя, отчего все изменилось, в чем ее подозревают… и вообще. Но тот разговаривать не пожелал. Сказал, что ее позже вызовут для допроса.
А у полицейского участка Миру ждал Владимир.
- Ты? – удивленно спросила она.
- Ждала кого-то другого? – Он не упустил случая съязвить. – Уж прости, это я.
- Нет, я не в том смысле. – Мира смутилась. – Никого я не ждала. И тебе не следовало приходить.
Она развернулась и зашагала прочь от участка, не видя дороги.
- И это вместо благодарности? – Владимир легко ее догнал. – Куда ты идешь? Дом в другой стороне.
Мира остановилась и судорожно перевела дыхание.
- Спасибо, - произнесла она вежливо. – Я так понимаю, ты сказал, что во время убийства я была у тебя дома?
Владимир кивнул.
- Это очень глупо, Володя. Я не хотела вмешивать тебя в эту грязь, оттого и промолчала.
- То есть, я зря тебя вытащил? – уточнил он.
- Зря, - отрезала Мира. – Я не убивала Бориса. Следователь разобрался бы. А теперь, если начнут копать, то…
Она замолчала.
- То что? Откопают историю пятнадцатилетней давности? – Владимир усмехнулся. – Мне-то с того, что за печаль?
И вот как с ним разговаривать! Как объяснить, что ни тогда, ни теперь Мира не хотела, чтобы честь и репутация его рода пострадали?
Миру ослепила вспышка. И следом – еще одна. Репортеры! Она отвернулась, закрыла лицо рукой, но… поздно.
Как она могла забыть, что арест актрисы Миры Чарской – сенсация дня! И завтра в газетах появится новый репортаж – Чарская с новым покровителем, князем Юровским, бастардом Великого Князя. Солнцерисунки, подтверждающие эту связь, уже сделаны.