Безликий Император. Восхождение (СИ)
— Благодарю, ваше императорское величество, — я склонил голову в легком поклоне. Несмотря на то, что мы были равны по иерархии, понимал, империя людей сейчас сильнее шакринов и не стоило злить Максимилиана по пустякам, но всё же не сдержался. — Откуда у вас связь со мной?
— Хм… — человек задумчиво потер подбородок, посматривая на меня. — А ты думал, что скупка настолько сложного оборудования пройдет мимо моих людей?
Понятливо кивнул. Тотальный контроль над сложными технологиями, в целом, это правильно, шакрины также следят за подобным.
— Ты знаешь о Разрушителях? — увидев еще один мой кивок, император продолжил. — Хорошо, надеюсь, ты сможешь разбить этого напыщенного индюка.
— Нет желания помочь? — я осторожно задал вопрос, мне нужно понимать, на что способна империя.
— Нет, мальчик, — я проигнорировал это обращение, хотя, если смотреть по нашим аватарам это так и есть. — Разбирайся сам, меня сейчас длинноухие донимают. Да и слишком далеко к тебе лететь, чтобы так впустую отправлять флот. Или тебе есть что предложить?
На хитрый взгляд императора, я ответил оскалом. С минуту мы смотрели друг на друга, а потом одновременно рассмеялись. Не знаю почему, но Максимилиан мне нравился: жестокий, циничный, пойдет на всё ради себя и своей империи, но не дойдет до крайностей. За время жизни я не слышал о нём чего-то, что мне бы резко не понравилось. Хороший император.
— Почему ты не дожал альфаров? — новая попытка прощупать собеседника.
— Не забывайся! — нахмурившись, прикрикнул Максимилиан, стукнув клинком об пол. Но, не увидев во мне испуга или хоть какой-то реакции, всё же ворча ответил: — Почему-почему, харя треснет.
Харя? Что он имеет в виду? Видя моё недоумение, человек пояснил:
— Чем больше размеры империи, тем сложнее её контролировать. Если бы я захватил еще системы, то эти ублюдки, точно начали мутить воду. Не геноцид же устраивать?
Теперь понял, в прошлом я с таким не сталкивался, но чем больше твоё государство, тем сложнее контролировать происходящее в галактике. Тем более, когда есть множество противников, стремящихся развалить твою власть.
Дальше я попытался выпытать у императора позицию Совета безликих и о самом Совете, но Максимилиан ничего конкретного не мог сообщить, плавно переведя тему на саму игру. Кто первое место он не знал, но знал, что среди альфаров есть игрок, я не стал ему раскрывать точную информацию, оставив её на потом. Также неожиданно, человек пожаловался на моральный упадок нашей расы и отсутствия контроля над собственной системой. И добил меня словами:
— Ведь, по сути, мы кто? Мы заключенные, созданные для того, чтобы развлекать скучающую толпу и выбор у нас между смертью и дальнейшей игрой… — покачав головой, Максимилиан поднял на взгляд. — И последнее, у меня действовало пятеро безликих, сейчас никого. Прощай Рэх-Кри, надеюсь, наши интересы не пересекутся.
Вот и поговорили. Я смотрел на темный монитор, этот разговор был ни о чём и в тоже время дал просто колоссальное количество информации. А также сильно вымотал меня. Но это всё потом, необходимо сообщить об утечке Пеликус Амиси.
Веньямин сразу ответил, поначалу он улыбался, но когда услышал о звонке от императора, нахмурился и пообещал выяснить причину утечки. Затем Гришавец порадовал, что моё задание выполнено и их человек возвращается обратно, на это потребуется где-то десять стандартных суток, если ничего не произойдет.
Отключившись, я вышел в кабинет и потянулся. Может туда какие-то массажеры встроить? А то долго сидеть, хоть и в удобном кресле, сложно, особенно для молодого шакринского тела. Но пока… пора поесть.
Глава 18. Спокойный день
Рэх-Кри. Аватар безликого игрока, правитель Шак-Кри.
Я прохаживался по мостику корабля, помахивая хвостом. Вся команда крейсера сидела на своих постах, проверяя системы, но сегодня им была выделена роль наблюдателей.
— Вы нервничаете, повелитель.
Голос Ириты раздался в гарнитуре, вставленной в ухо. Она могла говорить по динамику корабля, но личные разговоры старалась транслировать напрямую ко мне. Вообще, чтобы постоянно не искать устройство для связи, я попросил Ратио модернизировать фуражку, встроив туда микрофон, настроенный на мой голос и проектор, стилизованный под герб Шак-Кри, теперь достаточно дать команду, как передо мной появлялось изображение собеседника. Гораздо удобнее, чем текстовые сообщения на имплантат. Но был и недостаток: многие шакрины до сих пор странно косились на правителя, который внезапно начинал с кем-то разговаривать.
— Конечно, нервничаю, — я криво усмехнулся, успокаивающе указав на ухо, обернувшемуся инженеру. — Или тебе напомнить, что было раньше? Первый истребитель, отданный под твоё управление, разбился об ангарные ворота.
— Не учла массу…
— Да-да, — перебил я оправдывающий ИИ. — После этого, ты еще два истребителя размазала об щиты станции, а третий утопила в океане. — Ирита молчала, я же продолжил. — Потом мы перешли на крупные суда. И ты первому же фрегату взорвала движки!
— Не учла энергообъем…
— Молчала бы, — я щелкнул пальцем по уху хихикающего пилота, выведя на экран пропущенную проверку маневренных двигателей. Развесили уши, тоже мне квалифицированный экипаж. — Расслабились совсем.
— Что? — в голосе Ирите проскользнуло нешуточное удивление.
— Не тебе, — я встал за спиной шакрина, наблюдая за его действиями. Моих знаний вполне хватало, чтобы сесть за кресло любого оператора и запустить корабль. — Потом на тестовой перевозке тягачом, ты чуть не разбила его о гражданский транспорт. Ты хоть знаешь, сколько жалоб мне пришлось выслушать от какого-то торгаша? И это только часть, что пропустил дипломатический корпус!
— Но ведь не разбилась!
— Вот поэтому и нервничаю! — с низким рыком проговорил я, заставив окружающих прижать уши к головам и постараться не привлекать внимание. — У тебя сейчас боевой корабль под контролем. И поэтому сегодня тебя будут страховать, спасая мою задницу от неприятностей. Так ребята?
— Да, повелитель! — дружный и одновременный ответ экипажа немного успокоил.
У команды Ратио получилось изменить блокировку у ИИ, теперь она могла стрелять и прыгать между системами, но только по моей прямой команде и только по настроенному связному устройству, встроенному в фуражку. Корабль, способный летать и стрелять без экипажа — это страшное оружие, но обязательно должен быть поводок. Ирита, узнав о новом уровне свободы, испугалась, успокоившись только, когда услышала про ограничение.
И сейчас, спустя пять дней тренировок и моего постоянного контроля над этим проектом, мы встроили ядро ИИ в контур управления крейсера, хотя до этого использовали дистанционные модули передачи данных.
— Готовы к вылету, повелитель! — отрапортовал Шикас, участвовавший почти во всех моих вылазках.
— Слушай приказ. Флот предполагаемого противника в течение большого такта появится на границах системы Тэры, наша задача просадить щиты врага для использования ЭМИ-волны с дестабилизацией и отступить за оборонный периметр станции. Важно, наши щиты не должны упасть ниже десятой части, иначе мы сожжем сами себя! Все ясно, Ирита?
— Так точно!
— А всем остальным, — я хищно оскалился, обведя взглядом притихший экипаж. — Наслаждайтесь зрелищем и будьте готовы принять управление на себя.
Крейсер медленно выруливал с доков станции и направлялся к тропе на Шак-Дуо. Сначала моего правления этот корабль стоял на модернизации, но с появлением новых технологий, Ратио согласовал разработку с Дуухом и внедрил систему ЭМИ-волны, способной сферой распространять электромагнитный импульс тянущий за собой дестабилизирующее излучение вокруг крейсера, тем самым гася любые электроприборы не под щитом. Сам крейсер был вооружен плазменными малыми и средними пушками, хорошо просаживающими щиты и способными дырявить композитную броню. Зачастую шакрины использовали лазеры и кинетику, как более дешевый вариант вооружения, но с договором с Ка-34 получилось закупить новое оружие. Как рассчитали военные, плазма, хорошо показавшая себя в ближнем бою, в тандеме с ЭМИ-волной позволят добиться наибольшей эффективности. Единственным недостатком был щит средней мощности. Еще один модуль класса крейсера прорыва достать сложно, в краткие сроки шакрины изготовить такое не могли, а снимать с существующих кораблей — невыгодно.