Охота на русскую Золушку (СИ)
Платон, Ал, Мия с Эльзой и даже Леха укатили навещать больную. А я остался, чтобы за ними не увязалась Лизи. Мне очень не хотелось подпускать ее к Маше. Я еще не окончательно убедил себя в том, что Лизи никак не связана с ее похищением. Если так рассудить, то только у нее была возможность такое провернуть. И стиль исполнения стопроцентно Лизи. Никто больше не способен на такую гадость, как сунуть девушку головой в муравейник. Лизи иногда настоящая психопатка, если уж начистоту. Тормозов у нее вообще никогда не было. А что поделать, любимая дочка лорда, большого друга королевской семьи, пэра, — одним словом, ей всегда все прощали. Любые шалости. Даже самые скверные. Не зря же Томаса от одного упоминания ее имени трясет. В общем, я приложил все усилия, чтобы выпроводить ее в Лондон. Стыдно, но даже позвонил ее матери. Наплел всякой чепухи про очередной скандал с участием журналистов. И совместными усилиями ее семьи, их адвокатов, и моей службы безопасности мы все-таки уговорили вредину свалить в Лондон. Своими ребятам я дал задание глаз с нее не спускать. Лизи есть Лизи. Она коварная как голодная гиена, но еще и хватать любит. Если Маша упала в муравейник по ее вине, кому-нибудь она непременно об этом ляпнет. Ну или подельников ее может быть удастся вычислить. Они ведь не за красивые глаза такое злодейство провернули. Либо за деньги, либо за какие-то услуги. А на них надавить будет куда проще, чем на саму Лиз. В любом случае приглядеть за ней не помешает.
Но разделавшись с подругой детства и уже возрадовавшись скорой возможности увидеть Машу, я попал в тиски Вивиан. Звезда поймала меня в холле и утянула в малую гостиную пить горячий шоколад. Приличия не позволили мне послать ее ко всем чертям. Хотя очень хотелось. У меня скулы сводило от сдерживаемых проклятий.
— Вчера мы специально выкладывали с девчонками в Инсту очень откровенные селфи! — похвасталась Вивиан и снова сделала до ужаса маленький глоточек из своей чашки, — Между прочим, это была Машина идея — фоткаться с парнями. Я с двумя даже пососалась для классных снимков.
— Я смотрю Кирк оценил.
Внутри у меня все сжалось. Видимо, я отошел, когда случилась эта вакханалия. Просто ради интереса, Маша там тоже с кем-то сосалась. Если да, то с кем? Должен же я знать, кому башку открутить!
— Не сомневаюсь! — не без гордости ответила Вивиан, — Он увидел мои фотки с другими парнями на классной вечеринке, понял, что мне без него весело, и все, — у него сорвало крышу. Настолько, что он забил на запись в студии и взял билет на первый рейс до Лондона. Вот так!
— А Маша?
Она удивленно уставилась на меня. Я с ужасом понял, что покраснел. Господи боже, как девчонка!
— Я хотел бы знать, с кем она была на вечеринке. Может быть, кто-то на нее обиделся? Ну, ты же понимаешь, я ищу преступника, который так жестоко с ней обошелся.
— Э… — Вивиан задумалась, потом изрекла, — Разве парень способен кинуть красивую девушку в муравейник? Ну, если он только не психопат, конечно.
— Мы исходим из того, что он психопат, — терпеливо прокомментировал я, — Так с кем она целовалась?
— Хм… я не помню…
Я сжал кулаки. Это пытка какая-то. Оказывается, она все-таки целовалась с кем-то еще кроме Ала. И все это прошло мимо меня. Где я был?
— Но вообще, мы же все снимали на телефоны. Больно надо нам было сосаться с кем попало без камеры. Так что у Маши обязательно есть снимки с кем и как, понимаешь?
Я кивнул. Тут она достала свой мобильный, потыкала в него пальчиком, поразглядывала, поулыбалась. Я ждал, понимая, что должен дать ей воздух. Иначе она меня пошлет. Фотки с вечеринок для девчонок святое. Они их парням только со смыслом показывают. Вот как Кирку, чтобы приманить. А я для нее не рыбина и своего сакрального червяка в телефоне она не так чтобы хочет мне демонстрировать. Может лишь из альтруистических соображений.
— Ладно, — наконец, решилась Вивиан и протянула мне свой телефон, листай. Я помню, что снимала Машу с каким-то хмырем.
Я на некоторое время переместился в пылающий ад. С каждой новой фотографией ждал боли от увиденного. Да, ее поцелуй с Алом стал для меня испытанием. Но увидеть мою Машу еще с кем-то. С кем-то совершенно посторонним… Сердце сжалось в горошину и трепетало в ожидании. Но на экране как на зло мелькали застывшие картинки чужого разудалого веселья: Вивиан с коктейльным бокалом в одной руке и парнем из Аловой команды Поло в другой. Потом Мия с еще одним игроком в Поло, Эльза с прыщавым типом у которого глаза в разные стороны смотрят. Видимо Beer Goggles надевают не только мужчины, но и женщины. (Выражение «Beer Goggles» переводится как «пивные очки» и соответствует русскому «Не бывает некрасивых женщин, бывает мало водки») Картинки мелькали: Вивиан, Мия, Эльза целовались и обнимались с разными парнями, в основном из команды Ала. Маши я не видел, но тут замер. Да, позади смеющейся в обнимку с очередным игроком в Поло Вивиан я увидел Машу, которая прижималась… к этому, к другу своему. К Лехе. И такое это было интимное объятие, что от одной картинки с плохим разрешением меня затрясло. Надо же! А ведь поганец ни словом не обмолвился, что общался с Машей в ту ночь! С чего бы? Парень не может кинуть девушку лицом в муравейник? Нормальный парень не может. Но разве нормальный парень сидит в химической лаборатории с утра до ночи и придумывает фильтры для очистки морской воды? Нет, на такое только психи способны.
— Марко?
Я посмотрел на Вивиан сверху вниз и только теперь осознал, что стою на ногах, крепко сжимая ее телефон в пальцах. Наверное, лицо у меня было устрашающее. Потому что она как-то враз забыла о горячем шоколаде и закусила губу.
— Ты что-то нашел?
Я протянул ей мобильный. Сделал над собой усилие, расслабил лицо и улыбнулся.
— Это же просто пьяная вечеринка. Что я мог найти? Держи!
— Но ты так побледнел!
— Я просто волнуюсь за Машу, понимаешь.
— О! Я конченная эгоистка. Держу тебя рядом, когда у тебя сердце совсем в другом месте.
Я скромно промолчал. А через час уже торчал у палаты Маши в Buckland Hospital в компании ее подружек и Ала. Потому что ее навещал официальный жених. Платон, черт его дери. Пользовался своим положением на всю катушку. Хотя все мы знали, что между ними ничего нет. Но они позволили ему почему-то сидеть с ней наедине уже добрых минут пятнадцать.
— Может пора заканчивать это цирк? — я уже не мог держать эмоции под контролем. Видеть ее хотел так, что сил терпеть не осталось.
Вот же она там, за дверью. Стоит только открыть и выволочь за шкирку ее псевдо-жениха.
— Мне тоже не нравится, что он слишком задерживается, — Ал вздернул подбородок, как будто он имеет право быть с ней наедине больше, чем Платон, — Обещал на пять минут, а сидит уже все десять.
Тут из-за двери палаты послышался смех. Громкие мужские басы и легкие переливы девичьих хихиканий.
— Это уже слишком! — Ал помотал головой.
А я сжал кулаки. Ворваться к ним сейчас, значит поставить еще одну стену между мной и Машей. А у нас и так полным-полно преград. Куда уж больше.
Они снова рассмеялись. Весело. Задорно даже.
— Она точно идет на поправку, — выдохнула Мия, и я поразился, каким светом озарилось ее лицо. Девчонка и правда искренне радовалась за Машу. Эльза же скромно промолчала. Выглядела он все-еще усталой и потерянной. Неужели и вторую ночь не спала?
— Ты телефон нашла? — проявил я не столько заботу, сколько любопытство.
Она неожиданно вскинулась, словно я не спросил ее, а шлепнул по руке. Зыркнула с неприкрытой злостью. Потом так же быстро пришла в норму. Наверное, взяла эмоции под контроль. Ответила уже спокойно, даже расслабленно:
— Нет. Жалко, там много контактов. И фоток тоже.
— Надо прочесать поляну за домом. Валяется где-нибудь в траве.
Она пожала плечами и усмехнулась:
— Ну, если найдете, буду признательна.
— Ты что же, всю ночь его искала?
— А ты бы не искал? Там же все приложения: банки, контакты, бутики, почта… черт, еще и расписание занятий…