Третья стадия (СИ)

Этого ли вы хотели, Первородные, которых мы зовем Четвертыми?
Взрывы грохочут над головой, а от вас нет ответа. Плевать. Я уже понял, что могу намного больше, чем было заложено в меня изначально учеными. Вы хотите от нас последнего чуда, чтобы раз и навсегда убраться с планеты? Я сделаю вам чудо…
Мои окровавленные ладони ложатся на обшивку самолета, и я закрываю глаза. Бой еще не проигран! Пусть ни один наш самолет не может пролететь через выставленное кольцо обороны кваари, но я гарантирую – бой еще не окончен! Пока я жив, и у меня еще есть запасной план.
Интерсеть в руках вновь накаляется, и, открой я глаза, то различил бы ее слабое свечение под кожей. Пусть мой корабль уже мертв, зато в его отсеке еще есть несколько припасенных ракет. Я пытаюсь добраться сигналами до их начинки и активировать. Короткий импульс – как скачок напряжения – заставляю ракетный отсек открыться. Следующий импульс – подключаюсь к одной из ракет и проверяю свою теорию. Да, я могу это сделать. Ракеты еще могут быть запущены мной. Но тут у меня в памяти всплывает одно нерадостное воспоминание.
Почему погиб тогда Хунта, напарник Виктора? Многие из наших не знали, как это стряслось, но в тот момент и я, и Виктор, а также Клайв, Стив и Майк были там. Мы устроили очередную штатную расчистку на поверхности планеты. Все шло лениво и скучно до тех пор, пока кто-то из нас не объявил небольшое соревнование на точность попадания по мишеням. У наших мобилей, поднятых на поверхность, был ракетный боезапас, которым мы и расчищали площадки от зданий. Ребята начали стрельбу, как положено, аккуратно наводясь, ставя перекрестие на зияющие окна. Стреляли и иногда промахивались. У кого глазомер был не очень, у кого рука дрогнула во время пуска. Хунта решил схитрить. Он навел свое орудие на цель, но в последний момент переподключился на ракету. Мы все слышали, как он восторженно воскликнул, ощутив себя несущейся ракетой. Мы видели, как он корректировал ее путь в полете, обозвали его читером и услышали торжествующий смех в ответ. Но когда на поверхности прогремел взрыв, наш друг скончался от болевого шока. Он просто сгорел в своем кресле, перегруженный ответным сигналом с ракеты. Он испытал на себе отдачу, волну огня, взрыв – все это, вместе взятое. Его кожа почернела в местах прохождения сети, а мы раз и навсегда уяснили, что наша возможность – она же и наша слабость. Мы ощущаем все, что испытывает наша техника. И если наша техника терпит крушение – надо иметь силу воли, чтобы вовремя от нее отключиться. Иначе – смерть от фантомной боли. 
Воспоминание резануло меня по душе, но я не собирался повторять путь Хунты. Я попробую сделать иначе. Хоть мы и поставили себе запрет – никогда не подключаться к оружию. Никогда не становиться им. Я попробую. Я чувствую в себе возможность проверить другой способ…
Мои руки все так же лежат на корпусе корабля, но я перескакиваю сознанием на вторую ракету. Активирую ее. Перескакиваю на третью. Готовлю. Пробую собрать их вместе и проверить могу ли я удержать их три одновременно. Напыленные на глаза экраны сходят с ума, путаясь в ракетах. Отключаю его у себя напрочь. Открываю глаза и улыбаюсь. Я как будто держу на поводках трех собак. Слышу каждую из них, ощущаю, но держу. Интересно, а могу ли я больше?...
Райнер удивленно поднял голову и обернулся на звук.
«Выстрелы?! Автоматы? Будь я проклят, если не узнаю автоматные очереди из всех звуков!»
Пехотинец, прихрамывая, подошел к краю крыши, едва волоча за собой по бортику горячую винтовку, и не поверил своим глазам.
Мигая сине-красными огнями и воя сиренами, из глубин Полиса летели авиамобили Гвардии! Перед ними, поджимая хвосты, улепетывали со всей скоростью жуки кваари. Мобили плевались пулеметным огнем из носовых орудий и подстегивали чужих.
Прогрохотали внизу взрывы, и Райнер свесился с крыши, чтобы глянуть на тротуар. До боли знакомая черная форма людей, а впереди расчищают дорогу бронированная техника. Пехота.
 
Пехота и Гвардия, наконец, пришли на помощь Полису! Кваари верещали и вынужденно отступали. Поднимались в небо, но там их сбивали остатки воздушного флота. Тех, кто пытался укрыться на земле – расстреливала из автоматов и лазерных винтовок наземная оборона. Средний воздушный уровень взяли на зачистку сверхманевренные мобили гвардии.
Кваари отступали под плотным огнем.
Воющая сирена Гвардии еще никогда не звучала такой спасительной песней.
- Откликнулись! – вскрикнул победно Райнер и вскинул вверх руку с винтовкой. - Черт вас подери! Откликнулись!
- Борт «Эль торо-5», ответьте.
- ДА?! Да? Я слышу вас! Говорите, – Дэниел судорожно надел обратно шлем, чуть не задыхаясь от волнения.
- Рекомендуем вам свернуть на северо-северо-запад и зайти под прикрытие группы беспилотников, - размеренно отвечает оператор. – Говорит База Аврора, нам кажется, у вас назрели проблемы.
Последнее сказанное уже было не по протоколу, что заставило Дэниела очухаться и метнуть корабль на заданный курс. И как только он развернулся, картина на обзорных мониторах заставила его на секунды забыть об управлении.
Подкрепление! В их сторону приближалось подкрепление! И уж эти самолеты, несомненно, в пару минут не оставят от улья и живого места.
- Борт «Эль торо-5», каков состав вашей группы? Не желаете ли сменить свой корабль?
Ни предложения долететь на Аврору, чтобы заправиться, ни слова о пополнении патронов. Их уже просчитали из Базы и поняли, что к чему. И ведь никакого предложения прислать группу спасения! Хочешь спасаться? Садись на предоставленный ЭЛИС и лети на Базу. Никто и слова против не скажет. А хочешь биться – все равно садись в самолет. Пилоты с Авроры пригонят еще технику. Как там говорили? Вооружить весь воздушный флот? Тогда, конечно, три самолета им не жалко. Техники на Авроре – хоть жопой жуй.
- Пилот, вы меня слышите?
Дэниел пришел в себя.
- Слышу! Команда – трое, включая меня. Сменить корабль – желаем! Захожу на посадку. Прикройте нас!
- Будет сделано.
Беспилотники вихрем пронеслись с боков самолета и яростно атаковали улей. Дэниел вернул связь в эфире с Майрисом.
- …ИДИОТ!
- Может, отложим? – вжав голову в плечи, предложил Дэниел.
- Сука! – продолжал выплескивать свою злость Майрис. Конечно же, он слышал переговоры Пилота с Базой, но чтобы прям так сразу простить другу попытку самоубиться, и угробить с собой и их с Грэйс… Нет, такого Майрис точно не умел.
- Нам дают корабли, и мы летим дальше! – на одном дыхании выпалил Дэниел.
- Молись, чтобы после боя я не сразу нашел тебя, иначе…
Пилот терпеливо выслушал угрозу, и выдохнул. С другом было все в порядке.
- Ответ рассматривается как согласие. Готовьтесь к посадке и высадке!
Магия? Нет… Чистая технология. Самое буквальное помещение в машину частицы себя, и ее оживление. Вот что такое магия на нашей Земле. Вот что дает вера в невозможное. Вера – позволяет нам выходить за грани понимания и нырять мыслью за рамки сознания, растворяться в большем. Воля – дает нам на это силы.
Я делал невозможное. А именно – генерировал новые сети и внедрял в оружие. Запускал их, переводил ракеты в режим боевой готовности и, самое главное – оставлял для себя канал, возможный для отключения.
Я делал невозможное и верил в это. Я верил, что смогу завершить начатое дело. Я верил, что могу оживить за счет себя каждую микрочастицу, помещенную мной в ракету, потому что она – часть меня. А пока я жив, пока у меня есть вера и воля – я могу все.
Сидя на коленях, я положил ладони на землю и устало опустил плечи. Запястья светились накаленной голубой сетью, но я терпел и пересиливал боль, отдавая все, что у меня было. Ладони истекают кровью, но они пропускают через себя импульс за импульсом. Сигнал за сигналом. Вытягивают из себя части интерсети и проникают ею в землю. Она ведь тоже умеет проводить сигнал. Земля… Я помню, как много кораблей лежит сейчас вокруг, и все они были мне доступны. Корабли с уцелевшими ракетами. Корабли, которые так и не донесли свой смертельный удар. Я чувствую каждый из них своими руками. Чувствую, как могу дотянуться через камни и песок к каждой ракете, которых здесь несколько десятков. Я вижу их не своими глазами. Я вижу их, как источники силы на концах моих десятков поводков.