90-е: Шоу должно продолжаться – 11

– Вот! – Наташа повернулась к Паше и… черт, эта девушка из «школы» точно мне представлялась, но я благополучно выбросил ее имя из головы.
– И что нам теперь? – спросил Паша. – Придется его перекрикивать?
– Да! – Наташа сделала большие глаза. – Прикол ведущих новостей именно в том, что они могут работать из любой экстремальной ситуации. Валера, давай снимай!
– Мы же голос сорвем! – возразила девушка.
  
– Только если будете по-тупому орать! – Наташа всплеснула руками. – А для чего у вас курс по сценической речи? Думаете, в театре весь зал будет молчать, да? Вот нифига это не так! Зрители трындят, как стая какаду, шуршат фантиками и топают! А актеров все равно слышно. Понимаете, почему? Что нужно сделать, чтобы связки не сорвать? Ну? Как дышать?
– Животом… – неуверенно ответила девушка.
– Так дышите! – Наташа нависла над двумя студентами. Потом шагнула в сторону и снова махнула Валере. – Давай, снимай!
– Я так не могу, у меня голова кружится, – насупилась девушка.
Дорожные рабочие, наблюдавшие за этой сценой, захихикали. Паша отвернулся и что-то прошипел сквозь зубы.
– А будешь материться, я выкину тебя нафиг из школы, понял? – глаза Наташи сверлили Пашу так, что если бы она была волшебницей, то стопудово прожгли бы две круглых дырки.
«А она крутая, – подумал я, стоя в сторонке. – Ее-то как раз отлично слышно даже сквозь громкий шум дорожных работ».
Она сегодня позвонила мне в девять утра и призвала на помощь в качестве водителя. Судя по голосу, ее прямо с утра кто-то выбесил. И сейчас я как раз понял, кто и чем.
Они с утра записывали выпуск новостей в «Буревестнике». Но сначала Наташе показалось, что выбранные ведущие говорят недостаточно драйвово, а потом она еще и обнаружила, что они как-то неправильно говорят, не так, как их Гертруда учила. А потом она спросила у них, что такое генератор…
В общем, она вызвала меня вместе с машиной. И мы помчали искать дорожные работы. С оглушительно ревущим генератором, разумеется. И пофиг ей было, что эта орущая штука на самом деле компрессор. Очень уж ей хотелось проучить нерадивых студентов. Ну и заставить их применять знания на практике наконец-то.
Паша и девушка, имени которой я не помнил, склонили головы друг к другу и зашептались. Наташа стояла рядом со мной и смотрела на них, скрестив руки на груди. Валера с камерой выжидающе смотрел на Наташу.
– И что, ты правда их выгонишь? – спросил я.
– Да, – уверенно кивнула Наташа. – Или они выкинут из башки эти свои дурацкие идеи, что у нас можно пинать балду, как в настоящем институте.
– Или пойдут нафиг? – усмехнулся я.
– Вот именно, – Наташа приподняла бровь.
Говорила она громко. Парочке ведущих было отлично слышно.
– Наташ, – извиняющимся тоном сказал Паша. – Давай мы попробуем, ладно?
– Без попробуем, – отрезала Наташа. – Валера, снимай! У вас две попытки, понял меня?
– Еще секунду! – Паша поднял руку, как ученик. Отвернулся от камеры, встряхнулся, несколько раз подпрыгнул. Потом повернулся к камере и улыбнулся во все тридцать два зуба. Махнул рукой.
Валера уткнулся в видоискатель.
– На связи ТВ «Генератор»! – перекрикивая шум, произнес Паша. – Я Павел, а это Настя. Мы ведущие новостей! И третий в кадре – настоящий генератор!
Тут рабочий взялся за отбойный молоток, и грохот стал совсем уж нестерпимым.
Настя умоляюще посмотрела на Наташу. Та невозмутимо показала обеими руками себе на живот. Настя сделала глубокий вдох.
– Сегодня мы хотим вам рассказать про правильные планы на первомайские праздники…
«Надо тоже сходить на эти их занятия, – в очередной раз подумал я. – Может тоже научусь этому магическому дыханию. Чтобы как Наташа – перекрикивать толпу, а голос не срывать…»
Усмехнулся.
Вряд ли, конечно, я туда пойду. Как показывают мои занятия гитарой с Гришей, новое я усваиваю вовсе не на уровне фактического подростка Вовы-Велиала. А на своем настоящем. В смысле – учусь довольно медленно и со скрипом. В пальцах более или менее перестал путаться, и то хорошо. Так что добавлять к своему образу жизни еще одну дисциплину может оказаться такой себе идеей.
– А они молодцы, – крикнул я Наташе на ухо. – Вроде справились же, да?
Наташа смотрела на парочку, склонив голову. Улыбалась чуть скептически, но уже вполне искренне.
– Все! – она тряхнула волосами. – У меня от этой штуки уже голова болит. И я сейчас бы сожрала кусок торта. Или огромное какое-нибудь пирожное. Велиал, отвези меня немедленно в какую-нибудь кондитерскую.
– Эй, а мы? – возмущенно спросил Паша.
– А вы сядете на трамвай и доедете до «Буревестника» самостоятельно, – заявила Наташа. – Хотя нет. Валеру мы заберем и довезем до училища. Ему нужно быстро все смонтировать, это сегодняшний выпуск.
– А можно мы уже домой? – спросила Настя, держась за шею.
– Нет! – отрезала Наташа. – У вас сегодня еще актерское мастерство! Так что вперед и с песней!
******
– Знаешь, зачем я замуж хочу выйти? – внезапно спросила Наташа, перемешивая крем с бисквитом в однородную бело-розовую кашицу.
– Зачем? – спросил я. Мне на самом деле было интересно. Ну, то есть, химию между ней и дядей Вовой действительно было видно невооруженным глазом. Но свадьба?
– Хочу свалить из дома, – сказала Наташа. Неожиданно нормальным тоном с нотками горечи. Без кривляний, переигрываний и экзальтации. Губы ее дрогнули в едва заметной улыбке. – Я уже пыталась просто уйти в общагу. Но фигня получается. А так – выскочу замуж, через полгода разведусь. И буду не дурында без диплома, а разведенка. И пофиг уже будет… Фигню говорю, да?
– Сожрали мозг? – понимающе покивал я.
– Чайной ложкой, – вздохнула Наташа. – Я бешусь и на этих придурках срываюсь. Будто от матери климаксом заразилась. Нет, правда, а вдруг он заразный? Как грипп. И на самом деле, чтобы его не подхватить, нужно из дома сваливать до восемнадцати. А дальше общаться только через маску. Или лучше…
Нет, это все еще была прежняя Наташа. Никакие личные переживания были не в состоянии отключить или хотя бы замедлить этот креативный бредогенератор.
– И прикинь, они ведь еще не знают, что я академ взяла! – Наташа принялась собирать бывшее пирожное в горку. – Думают, что я все еще в институт хожу… О! Книжку читала в детстве! Там рядом с городом приземлился летающий торт. И местные жители его пожирали, прямо вгрызаясь в крем и бисквит! Прямо загребали руками и запихивали в рот. А кто-то ногой попал в сироп. Честно, даже не помню, что за книжка. Но почему-то всегда представляла, как я выгрызаю туннель в торте. Блин, ложка маленькая! Велиал, а можешь у них попросить столовую ложку?
– Конечно, моя королева, – усмехнулся я, встал и пошел к прилавку раздачи.
Когда я вернулся к столику со столовой ложкой, которую удивленная тетенька с раздачи мне после недолгих убеждений, конечно же выдала. Но смотреть в нашу сторону стала еще более странно. В общем, когда я принес ложку, Наташа уже соорудила из кремово-бисквитной массы относительно ровную пирамиду и придирчиво ее разглядывала.
– Велиал, а если я еще одно пирожное закажу, мы успеем вернуться к двум часам? – Наташа посмотрела на меня.
– Заказать – успеешь, – я протянул ей ложку. – А вот насчет съесть – не уверен. Ты одно уже минут сорок ешь.
– Да, точно, – задумчиво сказала Наташа и примерилась зачерпнуть большой ложкой бывшее пирожное. – Блин, не хочу, вот что! Я просто переживаю, что мы нормального фазендейро не найдем, вот и творю всякую дичь.
– Лучше подумай про то, что сегодня первый эфир «Генератора», – напомнил я.
  
– Велиал, вот скажи, мы придурки, а? – Наташа посмотрела на меня. – Зачем мы все волнующие события в одну кучу запихали?
– Эфир от нас мало зависел, – я пожал плечами.
– Эх, я на сегодняшнее собеседование даже карты раскладывать боюсь, – вздохнула Наташа. – Знаешь что? Поехали в «Буревестник». Ну его, этот летающий торт…