Клятвы и слёзы (ЛП)
Пока Эмми занималась ранними пташками, я приготовила поднос с едой и отнесла его дяде. Я раздвинула шторы в его комнате и попыталась вытащить его из постели, но он не двигался. Я проверила пульс, чтобы убедиться, что он жив. Он был жив. После третьей попытки поднять его, я ушла.
Пока я спускалась по лестнице, до меня дошло, что сегодня я отвечаю за гостиницу. От этой перспективы мой желудок так резко напрягся, что я невольно прижала к нему свою ладонь.
Всё будет хорошо.
Я справлюсь.
К тому же всё это было временно. День. Может быть, два. Так ведь?
Напряжение в животе не стихало. Я начала делать глубокие вдохи, но это не помогло.
Вращающиеся двери гостиницы повернулись, и тогда я поняла, что работа с дыханием не поможет расслабить мой живот.
Это был не стресс; это был Август.
И его мама.
— Изобель? — воскликнула я.
Она мало изменилась — её тёмно-каштановые волосы были всё такими же блестящими, а лицо бледным — но она, казалось, похудела, стала чуть тоньше. Она развела руки, и я, быстро спустившись по лестнице, вошла прямо в её объятия.
— Ох, милая девочка, я скучала по тебе, — она крепко стиснула меня, после чего отстранила от себя и начала разглядывать. — Боже мой, ты вылитая…, — её голос сорвался на имени моей мамы, — Мэгги.
Я попыталась улыбнуться, но при упоминании мамы моё сердце сжалось. Она умерла в январе, но у меня было ощущение, что это было вчера. Иногда я даже доставала телефон и хотела ей позвонить.
— Что вы делаете здесь так рано? — спросила я, глубоко задышав, чтобы уменьшить боль в сердце.
Изобель указала на стойку регистрации.
— Всегда мечтала поработать в таком качестве.
— Эм. Серьёзно?
— Я слышала, здесь открыта вакансия.
Она перевела на меня взгляд, и её ярко-зелёные глаза напомнили мне о соснах, растущих вдоль дороги, ведущей к гостинице.
Я моргнула.
— Пожалуй, я приступлю… если ты не против.
— Вы уверены, что хотите?..
— Да.
Она зашла за стойку регистрации, а я посмотрела на Августа. Неужели, это он попросил свою маму заменить Люси?
— Ничего не надо отремонтировать? — спросил он.
— Что?
— Лампочки? Облупившаяся краска?
Он обвёл рукой холл гостиницы. Когда я нахмурилась, он сказал:
— Сомневаюсь, что в ближайшие дни от Джеба будет много пользы, учитывая обстоятельства.
О. Чувство благодарности переполнило меня.
— Ты не можешь делать всё сама. Ну, то есть, может быть, и можешь, но тебе необязательно, — он закатал длинные рукава своей термокофты, которая облегала его торс, точно вторая кожа. — Я умею хорошо работать руками, только не отправляй меня на кухню, если не хочешь отравить гостей, — уголки его губ приподнялись.
— Ты разве не должен быть сейчас в самолёте или подводной лодке?
Он оглядел холл гостиницы и сказал:
— Я отложил свой отъезд.
Чувство облегчения и беспокойства начали борьбу внутри меня.
— Правда?
Я молилась о том, чтобы он решился на это не потому, что беспокоился обо мне. Но я не рискнула спросить.
— Мне надо быть на стройке через час, поэтому я могу задержаться у тебя минут на шестьдесят.
Если он не собирался уезжать, то у нас было больше, чем шестьдесят минут.
— Хм, надо переделать кое-что на веранде.
Он кивнул и зашагал в сторону двухуровневой гостиной.
— Эй, милая, не могла бы ты рассказать мне, как здесь обычно проходит день?
Изобель стояла в дверях между стойкой регистрации и офисом.
И хотя я никогда не стояла за стойкой регистрации, я наблюдала за дядей и тётей достаточное количество времени, чтоб понимать, чем они занимались. Я объяснила Изобель всё, что знала, после чего направилась к лестнице, которая вела в прачечную, находящуюся в подвале, но вдруг сквозь вращающиеся двери вошёл Мэтт под руку с блондинкой, которая поразительно на него походила.
— Привет, Несс. Не знаю, помнишь ли ты мою маму, — он указал головой на женщину рядом с собой.
Я её не помнила. Хотя она, наверное, присутствовала на собрании стаи. Но ведь Изобель там не было. Может быть, мамы Мэтта там тоже не было?
Я подошла к ним и протянула ей руку.
— Рада познакомиться с вами, мэм.
Она схватилась за мои пальцы.
— Кейси. И я тоже рада познакомиться, Несс.
Она отпустила мою руку, и я убрала её в карман своих джинсов. Поскольку ни один из них не сообщил о причине своего прихода, я спросила:
— Не желаете позавтракать?
— О, мы уже поели, — прощебетала Кейси.
Я взглянула на Мэтта, не вполне понимая, чего они хотели.
— Кофе? Чай?
— Мы здесь, потому что…
Кейси прервала своего сына:
— Потому что я люблю готовить. А ещё после встречи стаи я запомнила, что Эвелин фантастический шеф-повар. Я хотела бы поработать с ней.
О.
— Пожалуй, я пройду на кухню.
Она остановилась у стойки регистрации, поцеловала Изобель в щёку, после чего пересекла вестибюль и скрылась в столовой.
Я снова повернулась к Мэтту. Он что-то сказал Изобель, и та расплылась в широкой улыбке.
— Ну, какой же льстец, — сказала она мне и покачала головой.
Вращающиеся двери снова пришли в движение, и в вестибюль вошёл Лукас со спортивной сумкой через плечо.
— Мне нужен номер, — объявил он, подойдя к стойке регистрации и упершись в неё рукой. — Привет, миссис Ви.
Изобель улыбнулась.
— Привет, Лукас.
Я вскинула бровь.
— Зачем тебе номер?
— Меня затопили. Долбаные соседи.
Я опустила бровь на место.
— Ого. Очень жаль.
Он провёл рукой по своим растрёпанным чёрным волосам, которые обрамляли его уши.
— Чего тебе жаль? Не ты ли заставила их оставить кран включённым на всю ночь?
Я тихонько фыркнула.
— Знаешь что? Мне не жаль.
Светло-голубые глаза Лукаса радостно засияли. Я была готова поспорить, что в старших классах его должны были окрестить «самым невыносимым парнем в Боулдере».
— Какой у тебя номер комнаты, Несс? 105, верно?
Я скрестила руки.
— А что?
— Просто не хочу оказаться с тобой в одной комнате, — он подмигнул. — Лиам мне яйца оторвёт. Чёрт. Простите, миссис Ви.
Изобель улыбнулась.
— Я слыхала и похуже, сынок.
Лукас наклонился и заглянул в монитор компьютера.
— Номер 106 случайно не свободен?
— Свободен. Сейчас принесу тебе ключ, — Изобель исчезла в офисе.
Я скрестила руки.
— Твою квартиру, правда, затопили?
Он улыбнулся мне самодовольной улыбкой.
И эта улыбка красноречивее слов ответила на мой вопрос.
— Ты здесь, чтобы присматривать за мной?
— Присматривать за тобой? — Лукас фыркнул. — Придёт же в голову.
— О Боже, так и есть!
Он поиграл бровями.
— Тебя заставил Лиам?
В офисе раздался звон металла — это Изобель разбиралась с ключами.
— Никто меня не заставлял. Я делаю это по доброте душевной.
— Ты-то уж точно не добрый, — возразила я.
Мэтт усмехнулся, а Лукас нахмурился.
Я развернулась к Мэтту.
— Я так понимаю, твоя мама здесь не для того, чтобы брать кулинарные уроки?
Он закинул свою огромную руку мне на плечо.
— Стая заботится о своих, Несс.
Широко раскрыв глаза, я переводила взгляд между двумя мужчинами, занявшими половину вестибюля.
— Ты плачешь? — спросил Мэтт.
Я коснулась своей щеки. Конечно же, кончики моих пальцев намокли.
— Неужели у тебя эти дни… опять? — предположил Лукас, одарив меня улыбкой, от которой мне захотелось дать ему по шее.
Я успела показать ему средний палец за секунду до того, как мама Августа вышла из офиса, позвякивая ключом. Я быстро опустила руку, молясь о том, чтобы она не заметила мой неприличный жест.
Губы Лукаса приподнялись в язвительной улыбке, когда он положил ключ в карман. Но затем его улыбка исчезла, а его взгляд остановился на чём-то у меня над головой. Я почувствовала, что Август стоит за моей спиной, почувствовала его всем своим нутром, которое сжалось, словно кто-то натянул невидимую верёвку, связывающую нас двоих.