В объятиях повесы

Прошло несколько мгновений, как он снял с нее одежду и принялся за свою.
— Боже мой, Уинфилд!
Сорвав покрывало с постели, леди Гаррет прикрылась им.
— Что?
Оцепенев, он смотрел на нее. Его рубашка была расстегнута, брюки наполовину приспущены.
— Знаешь, я не ожидала, что…
— Если ты передумала… — Виконт тщательно взвешивал каждое слово, и леди Гаррет ощутила, каких усилий ему это стоило. — Если ты решила, что это не…
— Нет-нет, конечно, нет! — Она покачала головой. — Я желаю этого. Хочу тебя. Но только…
— Что?
— Знаешь… — Миранда поморщилась. — Ты оказался шокирующе опытным. Хотя, конечно, этого следовало ожидать. Ты без труда справился с моим платьем, корсетом… со всем остальным. Не думаю, что горничная могла бы раздеть меня лучше, не говоря уже о том, что прислуга не сделала бы это быстрее.
Лорд Стилуэлл вопросительно смотрел на нее.
— Я должен поблагодарить тебя за эти слова?
— Нет, просто ты такой… такой… умелый.
— Это дар?
— Не говори ерунды, — насмешливо проговорила леди Гаррет. — Все дело в том, что у тебя очень богатый опыт в таких делах.
— Но тебе же это было известно, — медленно произнес Уинфилд.
— Да, и вообще-то это меня не касается. — Ее взгляд скользнул по его фигуре. — А ты не мог бы снова надеть или полностью снять брюки? Мне как-то неловко смотреть, что они вот так болтаются у тебя на коленях.
— Прошу прощения, — пробормотал виконт, натягивая брюки. — Я не собирался оставаться в таком виде.
— Я знаю, извини. По правде говоря, мысли о твоем опыте возбуждают меня.
— Так что же мы медлим?
— Боже мой, Уинфилд, я делала это только с одним мужчиной. Ни один другой не видел меня без одежды. А свет все еще горит, и…
Миранда понимала, что ее слова звучат глупо, хуже того, она напоминала перепуганную девственницу.
— А-а, понял. — Виконт кивнул. — Погасить свет?
— Ну да, все это смахивает на трусость. — Да, ей хотелось видеть его, но она считала, что признаваться в этом желании неприлично. — Я немного нервничаю. Но это не означает, что я не хочу продолжения, — быстро добавила леди Гаррет.
— Прости меня, если я неловок. — Уинфилд нахмурил брови. — Но всего несколько минут назад ты рвалась сорвать с меня одежду, а я должен был снять твою.
— Да-да, так и есть. — Она с готовностью закивала. — Мне не терпится начать. Не помню, чтобы меня когда-то одолевало подобное желание.
— Никогда?
Его брови поползли вверх.
— Я хочу сказать, что…
— Продолжай!
— Боже мой, я не должна была этого говорить. Но так уж получается, что я то и дело норовлю сказать тебе то, чего не следует. Отношения с моим покойным мужем… видишь ли, мы с Джоном были… какое слово подобрать? — Миранда на миг задумалась. — Мы вели себя сдержанно — так, пожалуй.
— Сдержанно?
— Да, это всегда было весьма приятно, но да, сдержанно. Думаю, что с тобой так не получится.
— Вот уж не пойму, ты мне льстишь или желаешь оскорбить?
— Определенно это лесть. Сдержанность совсем не так возбуждает. И я могла бы сказать, хотя все это довольно непонятно, учитывая, как нас бросило друг другу в объятия… как страсть бросила нас в объятия всего несколько минут назад… если бы ты не прекратил раздеваться… — сбивчиво говорила Миранда.
Виконт прищурился.
— Это довольно неловко, — заметил он.
— К несчастью, ты дал мне мгновение подумать. Точнее, прийти в себя. — Она решительно посмотрела ему в глаза. — Мне кажется, мужчина с твоим опытом должен понять, в чем дело.
— Человеку всегда есть чему учиться, — медленно произнес лорд Стилуэлл.
— А потом я стала испытывать тревогу… Ты должен понимать, как меня это захватило. Тревогу не за тебя разумеется, а за себя. Так вот все с нами и вышло, — слабым голосом добавила Миранда.
— Ну да. — Уин несколько долгих мгновений разглядывал ее. Господи, что, если она передумала? — Без сомнения, нам остается только один выход.
— Да?
Подойдя к ней, виконт заключил ее в объятия и поцеловал в губы.
— Мы не должны позволять тебе думать.
— Нет… — Дыхание леди Гаррет коснулось его губ, теплых и таких чудесных. — Думать не всегда хорошо.
 
Чуть повернув голову, он провел губами по ее подбородку.
— Боже! — Глаза Миранды закрылись, голова запрокинулась. — Это не способствует рациональному мышлению.
— Вот и хорошо.
Его рот продолжал исследовать ее. Вниз по шее, вокруг ее основания… Леди Гаррет вздрагивала от этих прикосновений, великолепных прикосновений. Ее спина выгнулась, и губы лорда Стилуэлла опустились ниже, чтобы поцеловать ложбинку между грудей.
— Боже мой, Уинфилд, да…
Виконт медленно вытянул покрывало из ее рук и опустил его на пол. Миранда едва это заметила.
Обнимая ее одной рукой, другую лорд Стилуэлл положил на ее грудь. Леди Гаррет и не замечала прежде, какая большая и нежная у него рука. Большим пальцем он слегка погладил сосок, и она тихо вскрикнула. Тогда Уин накрыл сосок губами и стал осторожно посасывать. Язык и зубы виконта дразнили его, поигрывали с ним до тех пор, пока Миранда не ухватилась за рубашку лорда, чтобы удержаться на ногах. От этих ласк по всему ее телу разлилось тепло, а где-то внизу живота стало зарождаться желание.
Миранда издала протяжный стон, и виконт чуть сдвинулся в сторону, чтобы взяться за второй сосок.
— О… Да…
Руки Уина легли на ее талию, и он медленно опустился перед нею на колени, а его губы осыпали нижнюю часть ее живота легкими дразнящими поцелуями. Затем ладони скользнули на спину Миранды, опустились на ягодицы.
Одна рука виконта проникла между ее ног, проскользила по внутренней поверхности бедер, а затем поднялась выше. Медленно. Осторожно. Все ее мышцы напряглись в предвкушении соития, от желания тело запульсировало. Ей хотелось все новых ласк.
Внезапно лорд Стилуэлл резко поднялся, схватил Миранду на руки и отнес в постель.
— Уинфилд…
— Ты ведь больше не думаешь, не так ли?
Страсть сделала его голос низким и хриплым.
— Нет! — Леди Гаррет едва удалось выговорить это короткое слово. Уложив ее на кровать, виконт развел ее ноги в стороны. — Я не в состоянии… думать.
— Хорошо.
Уин лег на кровать и устроился между ее ног. Его голова опустилась вниз, и она ощутила его дыхание на своей коже. Его язык запорхал по ее телу, и Миранда судорожно вздохнула от нового потока острых ощущений. Громкий стон наполнил комнату, леди Гаррет поняла, что эти звуки издает она.
Его язык дразнил ее то медленно, то быстро, и каждое прикосновение дарило ей столь божественное наслаждение, что это было почти невыносимо. Миранда вцепилась в простыню и стала извиваться от удовольствия. Уин дразнил ее, наслаждался вкусом, пил нектар ее тела. Виконт превратил леди Гаррет в существо, живущее одними ощущениями, которые дарили ей прикосновения его губ. Прошлый сексуальный опыт не подготовил ее к силе и мощи удовольствия, дарованного лордом Стилуэллом. Его язык, зубы и руки уверенно подводили ее все ближе и ближе к неминуемому, пока Миранда не оказалась совсем близка к…
Внезапно Уин остановился и соскользнул с кровати. Шок, разочарование охватили леди Гаррет, и она застонала от досады. Этот человек хоть представляет, что с нею сделал? Она с усилием приподнялась на локтях и вопросительно посмотрела на него.
— Что ты делаешь? — спросила Миранда.
Виконт быстро сбросил с себя рубашку и стянул брюки.
— Как что? Стараюсь не дать тебе времени подумать, — ответил он.
— Ты лишил меня возможности мыслить здраво, — пробормотала она.
Ее взгляд следил за Уином. Без одежды его плечи казались шире, мышцы были напряженными и четко очерченными, а ноги — длинными и стройными. Но наибольшее впечатление производило мужское естество… Миранда никогда не размышляла о таких вещах. И то, что она думала об этом сейчас и не сочла неприличным, несомненно, служило мерилом ее возбуждения.
— Признаюсь, на уме у меня только одно, — сказала она и потянулась к нему.