В объятиях повесы

Брови Уина сошлись на переносице.
— Мистер Чапмен, ваша попытка все объяснить терпит неудачу.
— Меня кое-что смущает.
— Это понятно, — произнес Грей.
— Никто в офисах ни разу не видел мистера Темпеста. Никто никогда с ним не говорил, как будто он просто никогда не появлялся в фирме. Более того, с начала реконструкции Фейрборо-Холла его имя никак не упоминалось в проектах, разработанных фирмой «Гаррет и Темпест».
Виконт покачал головой.
— Я не понимаю, — произнес он.
— Я сказал, что меня кое-что смущает. Подозреваю, что это было сделано намеренно.
Грей нахмурился.
— Что вы хотите этим сказать?
— Я все еще пытаюсь сложить части этой мозаики в одну картину. И поскольку мне не удалось ничего узнать про архитектора мистера Темпеста… — Наклонившись вперед, Чапмен посмотрел в глаза Уину. — Видите ли, в определенных кругах ходили слухи, так, досужие домыслы, которые тут же были опровергнуты как неправдоподобные…
— Продолжайте!
— Еще до смерти ее мужа шли разговоры, весьма сдержанные, хотел бы я добавить, и не вызывающие доверия, что настоящим архитектором фирмы «Гаррет и Темпест» был не Джон Гаррет, а его жена.
— Боже правый! — воскликнул кузен виконта.
— Вы уверены? — прищурившись, спросил Уин.
— В данном случае правда — материя довольно эфемерная, поэтому нет, я не до конца в этом уверен. Но я не сомневаюсь в другом: стиль работы ничуть не изменился после смерти мистера Гаррета.
— Ну да, конечно, с чего бы ему меняться? — тихо проговорил лорд Стилуэлл. Странно, но открытие Чапмена оказалось для него не таким уж невероятным, как можно было бы ожидать. С самого начала было понятно, что Миранда знает гораздо больше, чем показывает.
Если леди Гаррет и в самом деле архитектор, в чем виконт уже почти не сомневался, то становится понятно, почему она так беспокоилась о том, чтобы никто ничего не узнал. В конце концов, проектирование домов не считается женским делом. Как и ведение бизнеса, хотя и с последним Миранда отлично справляется. Не вызывает сомнений и то, что этот бизнес рухнет, если станет известно, что мистер Гаррет находился в компании на вторых ролях, а всем занималась его жена, какой бы талантливой она ни была.
Конечно, найдутся какие-нибудь прогрессивные особы, которые начнут рукоплескать ее независимой натуре. Скорее всего, подозревал Уин, это будут леди, имеющие собственные средства. Однако, как бы то ни было, миром управляют мужчины. И насколько хорошо Миранда ни справлялась со своим делом, в этот мир ее не впустят никогда.
Лорд Стилуэлл никогда не думал об этом раньше. Так просто должно быть. Он точно знал, какая роль отводится женщинам. И вдруг его осенило: глупо отвергать талант и ум и оценивать его по половому признаку.
Эта женщина переубедила его. Никогда в жизни ни одно желание не могло изменить его мышления — и вот, сомневаться не приходится, это произошло. Да, Миранда изменила Уина.
— Что теперь, милорд? — спросил Чапмен.
— Теперь?
— Да, теперь, — осторожно повторил Грей.
— Что вы желаете, чтобы я делал, милорд? — уточнил сыщик. — Я могу продолжить попытки поиска доказательств, что леди Гаррет — архитектор, которого вы наняли для реконструкции Фейрборо-Холла, хотя мне кажется, что было бы разумнее напрямую спросить ее об этом. — Он пожал плечами. — И я полагаю, что это лучше сделать вам.
Уин кивнул.
— Совершенно верно, — бросил он.
— И вы это сделаете?
— Нет, — не подумав, ответил виконт. — Высокое качество работы неоспоримо.
Грей одобрительно кивнул.
— Поэтому совершенно не важно, чья именно это работа, — продолжал Уин. — Я давно собирался перестроить дом. И она отлично справляется с этим. Понятно, по какой причине леди Гаррет предпочитает не говорить о своей работе. — Он посмотрел в глаза Чапмену. — Надеюсь, все это останется между нами.
— Несомненно. — Голос сыщика был полон негодования. — Я никогда и никому не рассказываю о том, какую информацию мне удалось добыть для своих клиентов. Осторожность — неотъемлемая часть моей работы. Мне никогда не поручили бы ни одного дела, если бы я не соблюдал конфиденциальность.
 
— Это верно.
Кузен лорда Стилуэлла кивнул. Уин на минуту задумался.
— Я говорил, что меня не интересует настоящее имя ее инвестора, этого мистера Темпеста, но теперь я передумал, — заявил он. — Я хочу знать, кто это такой.
— Правда? — Грей внимательно посмотрел на кузена.
Виконт пожал плечами.
— Я считаю, что это хорошая мысль.
— И разве это не интересно? — тихо спросил кузен.
— Я сделаю все, что смогу, сэр, — пообещал Чапмен. Он встал, его примеру последовал и виконт. — Но я не могу гарантировать успешный результат. Этот человек умен и неуловим. Однако… — сыщик посмотрел на Уинфилда с доверительной улыбкой, — я терпеть не могу вопросы, на которые очень легко дать ответы.
— В этом мы и отличаемся друг от друга, Чапмен. Я предпочитаю такие вопросы, на которые давать ответы легко. И мне совсем не нравится обман.
— Редко кому он нравится. — Сыщик замолчал. — Могу я полюбопытствовать, почему вы не хотите поговорить об этом с леди Гаррет?
— Полюбопытствовать можете, но я не уверен, что могу удовлетворить ваше любопытство, — ответил виконт.
— Я почему-то удивлен.
Грей одарил кузена улыбкой, говорившей о понимании, которая обычно раздражала виконта.
Уин погрузился в размышления, а потом сказал:
— Как я уже упоминал, меня не интересует положение дел в фирме, — промолвил он. — Это ее секрет, и мне кажется, что не в моем праве раскрывать его.
— Понимаю. — Чапмен кивнул. — Но она вас обманывает.
— Не только меня. — Виконт усмехнулся. — Весь мир. Это действительно чертовски умно с ее стороны.
— Если правда всплывет наружу, ее бизнесу конец. — Сыщик покачал головой. — Никто по доброй воле не наймет для работы такого рода женщину.
— Да уж, по доброй воле никто.
Уинфилда охватило чувство жалости.
— Эта женщина очень заботится о благополучии своих служащих. Если всем станет известно, чем она на самом деле занимается, они останутся без работы. — Чапмен задумчиво кивнул. — Именно для их поддержки она создала фонд. Должно быть, леди Гаррет понимает, что ее обман не может длиться вечно.
— Особенно сейчас, когда она открыто принимает участие в реконструкции Фейрборо, — заметил Грей.
Уин встретился с ним взглядом.
— Именно поэтому она требует с меня выполнить обещание выплатить ей бонус. Эти деньги леди Гаррет получит сверх оговоренной суммы и сможет вложить их в фонд своих работников. Она должна понимать, что время не на ее стороне.
— Боюсь, я все еще пребываю в недоумении, почему вы не говорите ей о том, что вам известно, — сказал Чапмен.
— Да потому что я хочу, чтобы она сама все мне рассказала! — Едва Уин произнес эти слова, он осознал их правдивость. — Мы с леди Гаррет наконец-то подружились, и я бы очень оценил ее доверие и готовность поведать мне правду.
— Ясно. — Сыщик усмехнулся. — Что ж, так тому и быть.
— Чему быть?
— Да, так и есть, мистер Чапмен, — резким тоном проговорил Грей, поднимаясь со стула. — Это все на сегодня?
— Да. — Кивнув, мужчина встал и обратился к Уину: — Я сделаю все, что необходимо для того, чтобы выяснить правду о мистере Темпесте.
Виконт задумчиво посмотрел на него.
— Надеюсь, этот вопрос не поставит вас в тупик, — сказал он.
— Это невозможно, милорд, — отозвался Чапмен.
Мужчины обменялись еще несколькими словами с сыщиком, пообещавшим связаться с лордом Стилуэллом, как только он узнает что-то новое, а затем мистер Чапмен ушел.
— Все это интересно, — сказал Грей, снова занимая свое место. — Но я бы не сказал, что слишком удивительно.
— Нет, это совсем не удивительно. — Пожав плечами, Уин тоже сел. — Я должен был сам догадаться. Леди Гаррет как-то по-особенному смотрит на чертежи и планы и наблюдает за ходом работ в Фейрборо. Теперь я понимаю, что это взгляд архитектора, который гордится своей работой. И она имеет на это право.