Путь бесконечный, друг милосердный, сердце мое (СИ)

– Как ты думаешь, кто будет следующим генсеком Лиги?
Берт задумался.
– Я бы сказал, что… но сам твой вопрос подразумевает, что ты уже знаешь мой ответ и считаешь, что он неверный. Не Лиоско же? Или есть какой-то третий хрен, который внезапно выскочит и победит всех?
– Я очень хотел бы, чтобы это был именно третий вариант, – вздохнув, сказал Коринт.
========== Часть 16 ==========
Коринт подробно рассказал Тессе Вёйдерс о визите Этьена Симайди Танья. Сильвия была занята своими делами в каком-то клубе; Тесса и Коринт сидели в креслах рядом с кофейным столиком, мерно пили кофе и глядели куда угодно, но не друг на друга. Коринт неторопливо рассказывал о том, что именно предлагал Симайди Танья, Тесса изучала свои ногти, время от времени поглядывала на экран комма, но ничего не говорила. Вообще, казалось, не реагировала на рассказ Коринта. Он же не спешил интересоваться ее мнением. Знал, что для нее наверняка не была такой неожиданностью попытка Симайди Танья проинформировать ее через Коринта, ни само содержание сообщения.
Коринт замолчал, принялся за кофе; Тесса встала и начала медленно ходить по комнате.
Замерев, она задумчиво произнесла, глядя в окно:
– Знаешь, друг мой милый, был бы это кто другой, я бы, наверное, не отреагировала на личность посланника.
– Ты не доверяешь Симайди Танья? – праздно поинтересовался Коринт.
Тесса только фыркнула в ответ.
– Ты действительно не доверяешь ему, – загрустил Коринт и поднялся, чтобы сделать себе еще кофе.
– Разумеется, не доверяю. Но дело не в этом.
Коринт сделал шаг, и еще один, и замер. Покосился в ее сторону и пошел к автоповару.
– Дело в том, мое милое дитя, что я очень смутно представляю, чего потребует в качестве расплаты этот Лиоско, – глухо пояснила Тесса.
– Фунт плоти? – задумчиво предложил Коринт.
– Скажи еще без крови, – хмыкнула она. Подумала – и признала: – А ведь скорее всего.
Коринт вернулся к столику, Тесса уселась в кресло и неторопливо положила ногу на ногу.
– Будешь кофе? – спросил он.
– Милый Коринт, я, пожалуй, пощажу свое здоровье и обойдусь водой. Мне следует очень тщательно думать о здоровье, учитывая тот прискорбный факт, что нам предстоит иметь дело не только с Лиоско, но и с душкой Этьеном, да на постоянной основе, не стоит добавлять лишних ядов в организм.
Коринт посмотрел на нее и опустил глаза на чашку. При желании он мог бы озвучить более двадцати – не менее – возражений вроде «твоя слюна состоит из самых совершенных органических ядов, и тех – не менее сорока в одном плевке», но предпочел промолчать. Тесса ходила по кабинету – то ли успокаивалась, то ли наоборот, собиралась с мыслями, чтобы взорваться куда основательней. Он не следил за ней – нужды не было, знал ее достаточно хорошо, чтобы предсказать с достаточной долей вероятности, что может следовать за ее маневрами. И он честно признавался себе, что именно потому, что он неплохо изучил Тессу, ее следующий шаг может оказаться полнейшей неожиданностью.
– Так-с, попробуем прикинуть. – Тесса замерла посреди кабинета, скрестила руки на груди и сурово смотрела на стену перед собой. – Лиоско переманил Симайди Танья, Лиоско хочет пообщаться со мной. Лиоско очень усердно старается привлечь к себе внимание сильных мира сего. Гарантии того, что Лиоско хочет пообщаться только со мной, нет. Гарантии того, что остальные не захотят общаться только с ним, нет. Он хочет оказаться там, где уже давно находится Дейкстра? Разумеется. Дураком был бы, если бы не хотел. Он может оказаться там, где находится Дейкстра? Ни в коем разе, и он был бы дураком, если бы не понимал, что его шансы ничтожны. Разумеется, без некоторых игроков, которые способны превратить ситуацию из невозможной в вероятную, а из нее в осуществимую. И знаешь, что меня больше всего интересует в этой ситуации, Коринт? – Тесса развернулась к нему, уперла руки в бока и злорадно заухмылялась. Коринт вежливо пожал плечами и неторопливо отпил кофе. – Ах, прелестник, ты так замечательно делаешь вид, что тебя не интересует, что именно мы собираемся предпринимать, что я прямо-таки готова тебе поверить. – Он пожал плечами и вежливо улыбнулся. Тесса уселась в кресло, с самым решительным видом положила ногу на ногу и уперла руку в колено. – Не интересует?
  
– Тесса,дорогая, я позволю предположить, что я буду тем человеком, которому предстоит утрясать все детали, нюансы и прочие тонкости того плана, который складывается в твоем блестящем уме, – кротко улыбнулся Коринт. – Позволишь побрюзжать немного и потребовать, чтобы ты обеспокоилась завтраком? Или мне стоит связаться с Сильвией, чтобы этим занялась она?
Тесса была довольна. Очень довольна. Она сидела, затем ходила по кабинету с торжествующей улыбкой, сообщая Коринту, что именно и как следует делать в первую очередь.
– Не сердись, милый, я не хочу дразнить древних духов, хвастаясь до поры до времени, – говорила она. – Впрочем, ты умный мальчик и наверняка начинаешь представлять, что именно нам предстоит. Но сначала – прежде всего, милый, я хочу узнать, что именно Лиоско готов предложить. Лично. Лич-но! Не через посредника, не какие-то невнятные обещания, которыми он намерен приманивать остальных, а то, что он обеспечит мне лично и «Эмни-Терре». А это значит, что тебе придется напомнить о себе этому сатиру Симайди Танья. Я хочу, чтобы он немного побегал. Самую малость.
Коринт внимательно слушал ее. Кое в чем он не был уверен, например, насколько интимной должна стать встреча с Симайди Танья. В словах Тессы не было ничего, указывавшего на ее желания. Кое в чем он был уверен абсолютно, например, в том, что дальше ему придется организовывать встречи не только с Лиоско, но и с главами местных представительств мегакорпов вроде «Тонароги» и «КДТ», возможно, с кем-нибудь еще. Что еще было почти очевидным для него, так это отчаянное нежелание ввязываться в это. Странное, почти мистическое чувство – жажда предостеречь Тессу от невидимых пока еще последствий, которые наверняка будут критическими для многих людей. Желание прикинуть иные пути, которыми можно прийти к той же ситуации. И отчего-то безнадежность.
Этьен Симайди Танья был рад звонку Коринта. Он немного попенял ему, что Тесса заставила ждать так долго, сделал несколько привычных комплиментов, которые скатывались с его языка так проворно, что Коринт отчетливо понимал: а ведь готовился, стервец, очень тщательно причем. Звонок сам по себе не удивил его совершенно; интонация, которой Коринт давал понять, что предыдущий их разговор как раз продолжается сейчас, и к удовлетворению Симайди Танья, не осталась незамеченной. Еще несколько минут они оба усердно обсуждали общих знакомых, самую малость – европейскую и азиатскую мегаполитику, и затем Коринт, заметив, что Симайди Танья становится все нетерпеливей, сказал, что Тесса очень занята, как может понять Этьен, но сочла своим первейшим долгом поинтересоваться, как дела и здоровье у ее старого приятеля. Она готова встретиться с ним при первой возможности, чтобы прояснить кое-что старое, определить кое-какие новые направления их отношений, и была бы очень, всемерно рада, если бы Этьен смог обеспечить встречу и с его новым другом Лиоско. Не сразу, и не там, где их будут видеть другие – ибо злые языки, недовольство непонимающих, все такое, зачем провоцировать недружелюбные настроения? Но сама встреча должна состояться, ибо, как понимает и сам Этьен, обсудить есть что.
У Симайди Танья на лице все шире расплывалась довольная улыбка. Он согласно кивал, где полагалось, иногда демонстрировал удивление, изредка – огорчение, но всем видом говорил: «конечно и всенепременно». Коринт позвал Сильвию на обед, чтобы узнать, как обстояли ее дела, попечалиться о своих; Тесса была глубоко погружена в переговоры с лондонским начальством, и ей было не до Коринта, на секунду появившегося в дверном проеме.
– Итак, как дела у нашей драгоценной Маты Хари? – лениво поинтересовалась Сильвия, сделав крохотный глоток шампанского.