Неспортивное поведение (СИ)

За жеванием.
За болтовней.
За кофе.
Я бы пошел домой, стукнулся бы головой о стену, принял бы холодный душ и попытался бы не мечтать о голой Кинси.
В общем, именно это я делал последние несколько месяцев, пока Кинс находилась в Европе.
Но судьба не была такой доброй.
— Итак, Миллер, — бросил Бен, ножом в левой руке указывая в мою сторону так, словно собирался его швырнуть. — Ты спишь с моей дочерью?
Джекс выплюнул вино прямо в лицо Санчеса.
Эмерсон передала ему салфетку, но уже после того как рассмеялась в нее и вытерла несколько слезинок.
Санчес выругался и вытер красное вино, а затем бросил салфетку в лицо Джекса.
— Папа… — пришлось вымолвить Кинс. Немедленно. Из-за ножа, направленного на мое сердце. — Это глупый вопрос, мы только начали встречаться!
— Угу. — Нож не сдвинулся с места. — А мы с твоей мамой были девственниками в нашу первую брачную ночь. Ты же понимаешь, что в этом случае Джекс был бы недоношенным?
Санчес наигранно ойкнул.
— Да, я бы поставила на недоношенный. Разве не это влияет на развитие мышц? — пожав плечами, сказала Харли.
Джекс застонал в свой бокал с вином, но продолжил пить, а Харли слегка взвизгнула, словно ее только что ущипнули.
— Ха-ха. — Черт, почему здесь так жарко? Я потянул за ворот своей рубашки и проглотил комок в чертовски сухом горле. — Сэр, со всем уважением, я бы никогда не… — ложь, все ложь, я видел ее сиськи! Признание было буквально на кончике моего языка, обычно я лучше действовал под таким давлением, я был тай-эндом, ради всего святого! — Я бы не вел себя так… неуважительно.
Он опустил нож.
Я выдохнул.
Он снова поднял нож.
Мой член дернулся с абсолютным ужасом вины.
— Значит, ты говоришь… что тот поцелуй, что был между вами… когда это было, Паула, два дня назад?
— Ты прав. — Она эмоционально кивнула. — Дорогой, твой язык был довольно… заметным.
— Очень заметным, — согласился он. Черт, я думал, что у этого мужика рак!? Почему он выглядел так, словно в нескольких секундах от того, чтобы меня кастрировать? — А говоришь, что ты ухаживаешь за моей маленькой девочкой.
— Сэр, да, сэр. — Я внезапно оказался в армии. Был готов умереть за короля и за страну… или просто защитить все нижние конечности от террориста ножом.
— Ох. — Он уронил нож. — Ну, что, черт возьми, с тобой не так? Ты не считаешь ее красоткой?
Джекс зарычал, засовывая кусочек мяса в рот, направляя на меня взгляд, который заставил бы обмочиться большинство мужчин.
— Она красивая, — сказал я, глядя в свою тарелку. — Одна из самых красивых девушек, которых я когда-либо видел.
Маленькие пальчики провели по моему бедру, а затем последовала и рука — я знал, что это Кинси, и схватился за ее руку, как за спасательный круг.
— Итак, она самая красивая штучка, которую ты когда-либо видел и все же… ты держишь «его» в штанах?
— Из страха, что кое-кто его оторвет. — Я указал на Джекса. — Конечно, да, в значительной степени.
Кинси фыркнула рядом со мной.
— Ну, если я чему-то и научился… — Бен снова начал нарезать мясо. — Жизнь так чертовски коротка… черт, не будь таким парнем, сынок. Тем, который позволит уйти красивой девушке. Если бы я сделал это с Паулой, то не мучился бы здесь вот с этим болваном. — Он указал на Джекса. — Или с моей маленькой принцессой.
— Я — принцесса! — Кинси рассмеялась глядя на Джекса, а он ей ухмыльнулся в ответ. Очевидно, такое было нормально для их семьи.
— Хорошо, сэр… — Я выдохнул. Я что, только что согласился заниматься сексом с Кинси? Неужели ее отец только что… попросил меня об этом? Что у них за семья такая?
— Спасибо, — сказала Кинси себе под нос. — Он очень вспыльчивый, когда дело касается… любви.
Она опустила глаза.
И так вина из-за всей этой ситуации резко вернулась. Потому что я все от нее утаил… из-за моего собственного страха, из-за моего собственного эгоизма.
— Ты знаешь, как «хорошо себя показать»?
О, замечательно, больше вопросов от Бена… парню нужна своя комедия.
Рука Кинси переместилась, и оказалась на «переде» моих джинсов.
 
Я чуть не подпрыгнул.
— Миллер? — влез Санчес. — Поверьте мне, если бы вы услышали звуки, доносившиеся из его квартиры этим летом, вам действительно не нужно было бы задавать этот вопрос.
Кинси отдернула руку.
А мой член заплакал из-за потери ее пальцев.
Блядь.
Я опустил голову.
Две девушки. Пока ее не было, я спал с двумя девушками, которые ничего для меня не значили. Я не собирался ей рассказывать — не то чтобы мы тогда встречались.
Но я знал, что это будет иметь значение.
Это было бы важно для нее.
Потому что, как Кинс сказала вчера, она не была той девушкой, с которой можно переспать, а на следующее утро отправить паковать чемодан. Держу пари, что последним парнем, с которым она была, был Андерсон, мудак, который все еще имел странную умственную и эмоциональную власть над ней.
Я свалил и занимался бессмысленным сексом с двумя девушками, которые не видели ничего, кроме наличных в моих карманах и тела, которое могло бы обеспечить им хорошее времяпрепровождение, а еще был виноват и потому, что использовал их, чтобы забыть о Кинси.
Над столом воцарилось молчание.
Эмерсон медленно покачала мне головой.
Отлично, теперь Эм тоже была разочарована.
Будто она не выходила замуж за парня, который в прошлом году сказал, что хочет поиметь ее ради забавы.
И посмотрите, что из этого получилось!
— Мама. — Голос Кинси дрогнул. — Я пойду проверю пирог, хорошо?
— Я пойду с тобой. — Я встал.
— Нет. — Джекс качнул головой. — Я пойду.
Я попытался улыбнуться.
И провалился.
И подумал, что потерял Кинси.
А затем подумал, был ли она вообще у меня?
ГЛАВА 13
КИНСИ
Я покончила с ним.
Совсем.
Пока Джекс не настоял на большом фальшивом возвращении Миллера в мою жизнь, даже не предоставив мне право выбора в этом вопросе. Возможно, если бы мы оба продолжали держать дистанцию, то не было бы так больно. Если бы он не извинился.
Если бы Миллер не обыскал каждую комнату в моем доме в поисках злоумышленника, если бы не обещал снова меня поцеловать, после того как я отказалась от уловки с дружбой и попросила. Если бы не был таким гигантским любителем пофлиртовать, с хрустально-голубыми глазами и кожей цвета мокко.
Если бы не говорил мне своими глазами и поступками, что единственным его желанием было защитить меня от всего мира.
Но Миллер все это сделал.
Два дня. Ему, блин, потребовались два дня, чтобы снова забраться под мою кожу, словно болезнь, и заставить поверить, что, возможно, я могу ему доверять, доверять его словам.
— Эй. — Голос Джекса был спокойным, рациональным, именно то, что мне требовалось. — Хочешь, помогу с пирогом?
— Нет. — Я вытащила пирог из духовки и поставила на гранитную столешницу, бросила на пол прихватки и начала нарезать пирог очень неровными кусками, пачкая руки сахаром и крошками.
— Остановись, — прошептал Джекс, схватил меня сзади, и положил свои ладони на мои.
И я это сделала.
Закрыла глаза.
Вдохнула его запах.
«Константу» моей жизни.
Существовало двое мужчин, которым я больше всего доверяла — брат и отец.
И еще раз это подтвердилось только что, возможно, это все, что у меня когда-либо было, и мне это не нравилось — я хотела большего. Возможно, однажды так и будет. Но не сейчас.
— Он молод и глуп, — произнес Джекс тихим голосом. — Когда ты в лиге и у тебя так много денег, славы. — Он вздохнул. — Ты забыла, как много девушек делало мне непристойные предложения, до того как я получил свою легендарную репутацию ледяного парня!? Однажды девушка буквально разделась передо мной, раздвинула ноги и попросила хотя об одной минуте моего времени, чтобы она могла умереть счастливой.
Я вздрогнула.
— Ты шутишь?